Меченый. Том 10. Мир никогда не будет прежним - Андрей Николаевич Савинков

делать с играми, ведь большая часть стран просто отказались в них участвовать. Кто-то банально не мог себе это позволить, кто-то политически считал США ответственными за происходящий в мире ужас, у кого-то были имущественные споры со штатами и прилет на самолете под собственным флагом грозил конфискацией этого самолета. Из двух сотен стран членов МОК спортсменов в этот раз прислали меньше двух десятков. Причем половина из них были страны типа Пуэрто-Рико или Американских Виргинских Островов, которые являются зависимыми от Вашингтона, а из действительно что-то значащих стран присутствовали только Канада, Мексика и Япония. Последняя начала чувствовать, что ее выдавливает из Азии куда меньше пострадавший от кризиса Китай, и до последнего сохраняла — пыталась сохранить — ориентацию на США.

Ну и конечно олимпийские игры — они стали бенефисом команды-хозяйки, еще ни разу одна страна не брала 95 процентов всех медалей, жаль только что ценность их была не слишком высока — выглядели странно. Пустые трибуны, охраны больше чем болельщиков и спортсменов вместе взятых, несколько раз отключалось электричество. Передвижение по городу от места проживания до спортивных объектов фактически под конвоем. И даже это не уберегло спортсменов от инцидентов.

За месяц игр случилось несколько ограблений, пара перестрелок с участием спортсменов, одно убийство — что иронично, представляющего команду по пулевой стрельбе спортсмена зарезали — и один теракт. 27 июля прямо на стадионе во время соревнований произошел взрыв, в результате которого погибло 32 человека и еще больше сотни пострадали. После этого сломались даже японцы, отозвав своих спортсменов, а мировое представительство на играх снизилось до уже совсем смешного.

— Таким образом, как я понимаю, возражений против признания Курдистана в имеющихся границах ни у кого нет? Будем считать, что принято единогласно, — Сергей Викторович, что по остальным Турциям? Надеюсь, вы сумели донести стамбульскому правительству всю ошибочность их мнения, что наличие Босфора у них под контролем это сила, а не слабость?

Сидящее в Стамбуле «республиканское правительство» — в ковычках потому что с легитимностью там тоже было все не слава Богу, выборы проводились не регулярно и как бы это сказать сильно не везде — Эрдала Иненю неожиданно решило что может шантажировать Союз разрешениями на проход судов через проливы, задержав в начале мая несколько наших сухогрузов под надуманными причинами. Не сложно было догадаться, чьи длинные британские уши торчат за этим демаршем, но, честно говоря, это был уже сильно не то уровень интриг, да и времена были откровенно не те. На турок оказалось достаточно хорошенько надавить дипломатически, пригрозив закрыть им все внешние границы вкруг, отрубить электричество и газ, поступающий по советской трубе из Болгарии, и они спеклись. Даже бомбить никого не пришлось.

С другой стороны турки, подав голос, сами как бы напомнили о себе. К середине 1996 года уже всем стало ясно, что никаких перспектив объединения этой территории под общим управлением без конкретного внешнего вмешательства точно не предвидится, ну а бесконечно этот гнойник, генерирующий только проблемы, тоже существовать не может. Мы даже хотели собрать что-то вроде международной конференции, однако оказалось, что всем в моменте на Турцию плевать. Это было даже забавно немного.

— Да, Михаил Сергеевич, — откликнулся Лавров. — Эрдалу Иненю было максимально доходчиво объяснено, что само существование Турции в имеющихся границах зависит только от доброй воли Москвы и следующий раз мы инициируем проект создания международной зоны в Проливах, реализуя таким образом так и не ратифицированный в 1920 году Севрский мирный договор. Восстановим справедливость так сказать. Историческую.

— Ну как раз справедливость меня интересует в меньшей степени… — Я задумчиво отстучал пальцами по столу несложный ритм, — а что вы думаете насчет возможности распространения, скажем так, юрисдикции Турецкой Народной республики на всю Малую Азию. Товарищи из Эрзерума уже давно пяткой бьют и просят помощи, обещая дойти до Стамбула без всякого серьезного сопротивления.

Было у меня странное ощущение… Что я теряю время. Что пока мир вокруг рушится, нужно не сидеть и титьки мять, а реализовывать свое превосходство в том числе и военным путем. Что прямо сейчас, пока все потенциальные противники лежат на настиле ринга и пытаются собрать глаза в кучу, разглядывая появляющиеся перед глазами цифры, нужно бить, причем бить как можно сильнее. Решать все проблемы, которые имелись у СССР. Округлять границы в конце концов. И надо сказать, судя по всему — по тем осторожным разговорам, которые со мной заводили товарищи, причем в первую очередь носящие погоны — такие мысли посещали не только меня. Во всяком случае разных проектов только по установлению своего контроля над теми же проливами я за последние полгода видел штук шесть.

— Если партия отдаст приказ, то мы внесем товарища Арена в президентский дворец Анкары на руках за 48 часов, — рубанул рукой воздух министр обороны. НАТО конечно становилось с каждым днем все более призрачной структурой, но формально никто блок не распускал и Турцию из него никто не исключал, и конечно советские вояки спали и видели возможность убрать такую опасность от своих границ раз и навсегда.

— Товарищи, давайте не будем эскалировать ситуацию, — подал голос традиционно осторожный и рассудительный Примаков. — Будем честны, разделенная на три части Турция нам выгодна. Американцы потихоньку выводят оттуда свои войска, задействовав кое-какие каналы внутри Америки, удалось договориться о том, что янки выведут под предлогом общей безопасности с полуострова свое ядерное оружие. Если получится договориться о получении своей базы в Мраморном море, этого будет более чем достаточно.

— Я тут Евгения Максимовича полностью поддерживаю. Турция — полуразрушенная страна. Надеюсь, ни у кого не возникло желания принимать ее в СЭВ и помогать с восстановлением? — присоединился к Примакову Долгих, — у нас на это средств в эту пятилетку не заложено, а речь там идет о десятках миллиардов рублей. У нас и так проблемы имеются…

К сожалению это была правда. На второй год кризис махнув хвостом хлестанул таки и по Союзу. Во всю начали проявляться сбои во внешних поставках, если поначалу договариваться с контрагентами было просто, поскольку главной их проблемой стала потеря рынков сбыта, то теперь начали умирать сами производства, кое что стало купить просто невозможно. Если с условным чаем, кофе, какао или там фруктами экзотическими это было не так критично, то всякая сложная техника, прецизионные станки, электроника… И что обиднее всего часть заказов сделанных и оплаченных еще долларами весной-летом 1995 года, когда мы не стесняясь сорили деньгами