Занимательная история Древней Церкви. От гонений к триумфу - Владимир Соколов

одно время с Иисусом, он долго странствовал по всей империи, ведя жизнь строгого аскета, исцеляя больных и предсказывая будущее. В личности и жизни Аполлония все было гармонично: внешность, одежда, движения, слова, поступки; он изъяснялся благородным и изящным языком, достойным римского ритора. Достаточно сравнить его изысканную манеру речи с емкими и краткими притчами Иисуса: «Если кто-то говорит, что он мой ученик, то пусть он добавит, что воздерживается от посещения бань, не убивает живых существ, не ест мяса, свободен от зависти, злобы, клеветы и враждебных чувств, а его имя вписано среди тех, кто завоевал свою свободу». Учение Аполлония сводилось к тому, что Бог — совершенство и чистота, физически олицетворенная в солнце, а человек — божественное существо, которое приближается к Богу через познание и добродетель. Некоторые римские философы находили между Аполлонием и Иисусом много общего и считали, что их учения можно объединить или хотя бы примирить. Язычников гораздо больше устраивал рафинированный Аполлоний, впитавший в себя всю античную культуру и соединивший ее с экзотической восточной мудростью и новым мистицизмом. Он не разрушал полностью римские представления о мире, как делал Иисус, а скорее дополнял его и развивал. Принять христианство было страшно, потому что это означало полный отказ от прошлого; принять аполлонийство было безопасно, поскольку оно ни к чему особенному не обязывало. Не случайно для создания мифа об Аполлонии была выбрана чисто литературная форма: это была попытка внедрить «христианство сверху», обезопасив его культурной прививкой в противовес темному и иррациональному христианству иудеев.

Часть III

Учение Оригена

Ориген мыслил и писал свободно, не сдерживаемый никакими авторитетами. Догматы в то время еще не были приняты, поэтому Ориген мог думать, что и как хотел, шествуя путем первопроходца и в одиночку вспахивая девственную целину богословия. Позже многие его идеи были усвоены такими великими отцами Вселенской Церкви, как Григорий Чудотворец, Василий Великий и Григорий Богослов, и вошли в православную догматику. Однако в них было много спорных моментов, которые православие не могло принять, что в конце концов привело к его посмертному отлучению от Церкви.

Ориген был одним из тех, кто стоял у истоков церковного учения о Троице. Он первым ввел понятие «лица» (по-гречески «ипостаси») и сущности, хотя не различал их так ясно, как было сделано потом в Никейском символе. Ориген считал, что молиться как Богу можно только Отцу, потому что только Он и есть собственно Бог, Сын же — нечто производное от Него. Поскольку Бог Сам по Себе непостижим, между Ним и нами нужен посредник — Иисус. Это не значит, что Иисус был человеком: представлять Сына в человеческой плоти значило бы слишком близко приближать Его к человеку. На самом деле плоть Христа была лишь призрачной, или Он имел особое, эфирное, душевное тело. По мнению Оригена, Иисус мог принимать разные образы. Каждый видел Его настолько совершенным, насколько был достоин. Поэтому Его преображение видели только два ученика, и при жизни враги не могли Его арестовать, хотя Он проходил сквозь них, а после смерти Его не узнавали ученики.

Ориген утверждал, что Сын не происходит из сущности Отца (то есть не единосущен Отцу), но рождается из существа Отца, как Его энергия, направленная на мир. Все качества Бога существуют только в возможности, идеально, пока Он не делает их реальными, обращая на мир: Сын и есть реальное воплощение этих качеств. Если Бог — скрытая энергия, то Сын — ее видимое проявление. Бог — чистый белый свет, а Сын — призма, разлагающая его на отдельные цвета. Ориген считал, что, если Бог благ и всемогущ, значит, Его благость и всемогущество на что-то направлены. На что? На мир. Мир не может не существовать, иначе Бог не был бы ни всемогущим, ни благим: Ему не в чем было бы проявлять эти качества. А поскольку Бог вечно благ, то и мир существует вечно. Он безначален и бесконечен, точнее — безначальна и бесконечна бесчисленная смена идущих друг за другом миров. Каждый из них индивидуален и неповторим.

Зло возникает из нежелания свободных духов (ангелов) стремиться к совершенству. Пока одни поднимаются к Богу, другие падают вниз в несвободу, в материю. По Оригену, сначала существовали только духи, равные между собой. Потом некоторые из них добровольно отпали от Бога, охладели и спустились и образовали души. Когда они пали еще больше, образовался материальный мир, а души вселились в тела. Какова душа, таково и тело, поэтому все люди выглядят по-разному. Падшие души страдают, потому что страдание есть инструмент спасения, обратного движения вверх. Страдающий понимает и осознает свою греховность и стремится от нее избавиться. Каждое последующее рождение души — это путь вниз или вверх, к падению или спасению, в зависимости от того, как она прожила свою жизнь. Души воплощаются в новые тела в новых мирах, пока все в конце концов не придет к единству спасения — апокатастазису.

Ориген первым ввел понятие Богочеловека. Иисус нисходит в мир, чтобы восполнить падшую тварную природу Своим совершенством и всех вернуть к Богу. Речь идет не только о людях, но и обо всех разумных душах, так или иначе отпавших от Бога, будь то демоны или ангелы. «Было бы нелепо думать, что Христос пострадал за людей, но не пострадал и за ангелов: ведь и самые совершенные между ними тоже не безгрешны». Дьявол держал нас в аду по праву, потому что мы согрешили; но Христа он удержал не по праву, потому что Тот не согрешил. За эту несправедливость ему пришлось отдать и тех, кто согрешил. Получилось по поговорке: откусил больше, чем мог проглотить.

Наш мир не единственный — когда он закончится, за ним последуют другие. Очищение и спасение в нашем мире совершаются не до конца (это видно из простого жизненного опыта). Каждый новый мир необходим, чтобы очистить еще не спасенные души. Эти миры будут все лучше и лучше, а грешников в них — все меньше и меньше. Последний мир будет лучше всех, материальное в нем сведется к минимуму, духовное будет торжествовать. Наконец, нигде не останется никакого зла, все закоренелые грешники, даже сам дьявол, раскаются и обратятся к Богу. Материальный мир