Центр притяжения - Оксана Кас

Хару оставил чемодан у дверей своей спальни и зашел в гостиную вслед за Ноа. Там, собственно, уже собрались все остальные.

Ноа вернулся в Корею загорелым — стилисты наверняка будут ругаться. А еще его волосы выгорели на солнце, особенно окрашенные кончики. Теперь на макушке у него были отдельные каштановые пряди, а кончики волос отдавали в рыжину.

— Ты, кажется, много времени провел, плавая в океане, — с улыбкой предположил Хару.

— Ага. Папа купил лодку, мы минимум раз в неделю выбирались рыбачить. Ну и купался я практически каждый день. Сгорел немного… несколько раз.

Хару засмеялся:

— По мне не скажешь, но я тоже в Италии успел обгореть. Просто на мне загар не держится.

Он вошел в гостиную и замер, не сразу даже поняв, что его удивило. А потом у него вырвалось:

— Ого! Я даже не сразу понял, что это ты!

Сухён смущенно взъерошил короткие черные волосы. С ними он стал выглядеть совсем иначе. У него в целом за последний год лицо сильно «похудело». Как будто даже нос стал уже, острее, что уж говорить о скулах и заострившемся подбородке. Но, пока он ходил с маллетом средней длины и блондом, изменения в лице были не так заметны. А тут у него за отпуск отрос блонд, он коротко подстригся и разом из милашки-айдола превратился в топ-модель.

— Я покрашусь в блонд к тому времени, когда мы начнем снимать клипы, — уверенно сказал он.

— Не надо! — запротестовал Сай, — Тебе очень идет.

— Да, — согласился Хару, — Сразу видны модельные черты внешности.

— Да за такие скулы в модной индустрии готовы убить, — сказал Шэнь.

— Ага, он об этом знает не понаслышке — у него такие же, — с улыбкой добавил Тэюн.

Айдолы часто работают с представителями модной индустрии. И Шэнь всегда был любимчиком всех модельеров, визажистов и фотографов. Его высокие, четко выраженные скулы — золотой стандарт для мужчины-модели. Иронично, что в Корее эту же деталь внешности считают грубоватой, ценятся мягкие линии. Теперь же и лицо Сухёна окончательно потеряло мягкую округлость.

— Черные волосы окончательно похоронили мой образ, — вздохнул Сухён.

— Это было предсказуемо, — пожал плечами Ноа, — Мы все видели твоих родителей.

— Но ты все равно останешься нашим любимым малышом-макнэ, — со смешком добавил Шэнь и тоже взъерошил волосы Сухёна.

Пиликнул код входной двери. Пришел Юнбин. Хару сам пошел его встречать.

Все в группе в честь отпуска коротко подстриглись. Хару в принципе смог выторговать себе право на короткую мужскую стрижку, с которой ходит уже много лет. Остальные то отращивали, то укорачивали длину, но к отпуску выбрали удобство. Следующий альбом еще даже не записывали на студии, съемки будут только зимой, времени на отращивание нужной длины достаточно, а волосы до плеч, откровенно говоря, доставляют немало проблем. И только Юнбин остался верен своему стилю. В общежитие он зашел с хвостиком. Длину он держит на уровне чуть ниже плеч. Стилисты обожают делать ему прически, усиливая ассоциации с эльфом или сказочным принцем.

— Ты единственный вернулся без загара и с длинными волосами, — весело сказал Ноа.

Юнбин перевел взгляд на Хару.

— А он у нас бессмертный вампир, не меняется со временем, — отмахнулся Ноа. — Проходи, интересна твоя реакция.

Юнбин улыбнулся, «припарковал» чемодан у дверей своей комнаты и прошел в гостиную. Реакция на Сухёна была ожидаемой — Юнбин тоже удивился и посоветовал не спешить с возвращением блонда. Хару, впрочем, был уверен, что Сухён покрасится уже к концу недели. А ведь когда-то чуть ли не ревел из-за первого окрашивания волос…

Заказали пиццу. Собрались за столом обсуждать отпуск, делиться впечатлениями и сувенирами.

— Я съездил в Горы Аватара, — поделился Шэнь. — Вместе с родителями и малышкой.

— Она задала вам жару в отпуске? — уточнил Ноа, — Не сложно было с маленьким ребенком?

— Она очень спокойная, — сказал Шэнь, — Практически не плачет, не капризничает. Ну… ее главные капризы — не то платье надели, не туда поставили игрушку и некрасиво положили кашу. В путешествии она становилось настоящим ангелом сразу после завтрака. Один раз, правда, закатила истерику за ужином, потому что до этого ей ужин подавали на тарелке с синими цветочками, а в этот вечер принесли в детской, с оленятами. Пришлось персоналу менять ей тарелку.

Все за столом тихо засмеялись. Шэнь показал фотографии сестренки. На фото — реально ангелок, всегда в красивой одежде, на хвостиках какие-нибудь бантики или заколочки, на крошечных пальчиках — колечки. Умилились все.

— Она такая милашка, что я не хотел уезжать, — признался Шэнь. — Наверное, из всех нас у меня был самый скучный отпуск.

— Маленькие дети милые, — вздохнул Юнбин. — Близнецы моей сестры спокойствием не отличаются, но я все равно с удовольствием с ними возился.

Сестра Юнбина решила, что хочет второго ребенка. Она принимала какие-то препараты, потому что у них не получалось зачать второго. Итог — получились два пацана. Так сестра Юнбина нечаянно стала многодетной матерью… ну, по корейским меркам.

— Я тоже никуда толком не выбирался, — сказал Ноа, — Мы, правда, на неделю ездили заниматься дайвингом, но тоже всей семьей. В остальное время я просто наслаждался отдыхом дома поблизости от океана.

— Погружались на Большом Барьерном Рифе? — уточнил Хару.

— Да! — восхищенно ответил Ноа.

Хару понравилось нырять около рифов в Индонезии, поэтому он сразу же начал задавать Ноа уточняющие вопросы. Юнбин тоже подключился. Он отдыхал с семьей сестры, тоже в Индонезии, но в другом месте.

— Немного разочаровало, что волны были сильными, особо не поплаваешь, но вообще мы хорошо отдохнули, — поделился он. — Я погружался несколько раз… преимущественно от скуки. Курорт, который выбрала моя сестра, был классически семейным, в самом отеле из недетских развлечений был как раз дайвинг. Но под водой было красиво, так что я не в претензии.

— Дайвинг у нас становится практически групповым развлечением, — заметил Сухён.

— Что, и ты? — удивился Сай. — Вы же вроде на Мальдивы летали.

— Да, на Мальдивы, — кивнул Сухён, — но в отеле нам сказали, что как раз начался удачный сезон для наблюдения за