Бандерос для училки, или Мечты сбываются… - Мари Александер

«Мой Бог» был на высоте и туда же возносил меня каждый раз, когда мы занимались любовью. Да, уже любовью, ну не смогла я не влюбиться в него, и с моей стороны это уже в первый раз, там, на старой квартире, в коридоре на обувном комоде, это был уже не просто секс.

Время шло, нужно было принимать какое-то решение.

Как оказалось, Бандерос принял своё, не подозревая о моей дилемме.

И нужно сказать, его решение всё ещё только больше запутало.

Глава 4

Сегодня была пятница, отправив по электронке выполненную работу, я занялась приготовлением ужина.

Настроение было чудесным.

Да, ужин я готовила на двоих, предвкушая сладостную ночь и поздний завтрак в постель с божественным кофе. А потом ещё целые выходные вместе.

Такое случалось не часто. Нет, виделись мы регулярно, но так как у Антона была хоть и почти взрослая, но всё-таки дочь, и на ночь, а тем более на все выходные, он оставался редко.

С другой стороны, это давало мне возможность не чувствовать себя зависимой от него. Если бы не это, я бы уже растворилась в нем, и ожидаемый неминуемый разрыв этих отношений в итоге убил бы морально.

– А так, – уверяла я себя, – мы просто любовники. Да, я современная самостоятельная женщина, которая способна сама позаботиться о себе и своём будущем ребёнке.

И в подтверждение этого я уже начала подыскивать себе новое жилье. Нужно было решаться: снимать квартиру или оформлять ипотеку. При наличии достаточной суммы сразу купить квартиру даже в этом районе я бы не рискнула, но и платить за чужое тоже не видела смысла. Родственников у меня нет, проситься на проживание к единственной подруге не вариант, у той однушка, хоть и в центре.

Мысли метались из одной крайности в другую. То я обдумывала, что надеть: как любил мой Бандерос – что-то строгое из моего гардероба училки, или надеть только новый комплект белья и остаться в лёгком шёлковом халатике, лишь слегка прикрывающим мои прелести? А то прикидывала в уме, на какую сумму первоначального взноса можно рассчитывать, так чтобы и платёж был не слишком большой, но и денег хватило на чёрный день, если долго не смогу выйти на работу после родов. Конечно, оставалась вероятность того, что по дистанционке смогу работать и дальше, но… И снова резкая смена вектора мыслей: чем мы будем заниматься завтра, ну, кроме того, чем занимаются двое взрослых наедине после недельной разлуки.

Целая неделя, как это оказалось долго. И всё из-за моих псевдомесячных. Да, я врала Антону, что пью таблетки, иначе по всей моей квартире были бы разбросаны презервативы.

– Чтобы они всегда были под рукой и не требовалось останавливаться, – это его слова.

А на новоселье он, помимо прочего, подарил мне ну очень большую упаковку презервативов. Вот тогда я и "призналась", что пью таблетки. Благо мои витамины так же были рассчитаны по дням недели на месяц, и упаковка была очень похожа на блистер противозачаточных. Было весело, когда он по утрам контролировал, чтобы я не забывала выпить очередную таблетку. Сейчас, нарезая салат, с улыбкой вспоминала, как, собираясь на уикенд в домик в лесу, в список вещей, которые нужно обязательно взять с собой, Бандерос прибавил и мои таблетки.

Именно на этой мысли мои размышления и были прерваны.

Уже знакомые руки прижали к уже знакомому и любимому телу, а губы любимого мужчины уже целовали шею, а точнее ту самую венку, которая с головой выдавала мою реакцию на его появление.

Рука, держащая нож, дрогнула, но я этого даже не заметила, потому что, уже закрыв глаза, растворялась в любимом запахе своего мужчины, и весь мир перестал для меня существовать. И если бы не почти маниакальная привычка моего мужчины всё держать под контролем, я либо выронила бы нож, либо так и развернулась бы к нему, держа в руке холодное оружие вполне мирного предназначения. Но это же старший из отпрысков Стрельцовых, и поэтому всё прошло без членовредительства. Предмет кухонной утвари был аккуратно и, самое главное, практически незаметно для меня извлечён из моей руки, доска и салатник отодвинуты на безопасное расстояние.

И вот я уже развернулась лицом к нему, наши губы встретились в жарком поцелуе. Его руки распахнули полы моего, как он говорит, "шелкового безобразия", а я величаю домашним халатиком, и, обхватив мою талию, усадили меня мягким местом на то самое место на рабочей поверхности кухонного гарнитура, которое только что освободили от ненужных предметов. Развел мои бедра в стороны и встал между ними.

А я…, а мне… В общем, я не отвлекалась от поцелуя. Бандерос всё равно сделает так, как захочет, а мне всегда нравилось, что он хочет, поэтому я не мешала, не противилась его самоуправству, а, наоборот, поощряла все его действия.

Вот и сейчас я поняла, что первым блюдом на ужин буду я, а уже потом мясо, запечённое с овощами, и салат. Красное вино и десерт тоже будут потом.

После того как мы утолим нашу жажду друг в друге.

Я не успела надеть новый кружевной комплект нижнего белья, лишь накинула халат после душа, и сейчас Бандеросу это очень понравилось.

– Ты ждала меня? – прошептал он мне на ушко, накрывая ладонями пышную грудь.

– Конечно, но только немного позже, – отвечаю я, но на последнем слове срываюсь на протяжный стон.

– Да, я смог освободиться раньше, – объяснил он своё появление и, уже наклоняясь, прошептал: – Как же я скучал по моим красавицам.

Это уже было сказано не мне, а моей груди. Да, моя грудь была его эрогенной зоной. Он мог ласкать и смаковать ее часами, то нежно и ласково, то требовательно и почти на грани боли, жёстко, и вообще, обе мои окружности (что были немного больше чем кем-то общепринятые стандартные 90) вызывали в моём мужчине очень сильные животные инстинкты.

Иногда, вот как сейчас, казалось, он хочет меня реально съесть. И начнёт свою трапезу с груди, а потом уже опустится ниже.

Я так соскучилась, это были самые длинные восемь дней в моей жизни. Поэтому сначала я просто кайфовала от всех его действий: он сжимал руками мою грудь, дразнил языком и губами соски, задевая уже безумно чувствительные вершины зубами, и облизывал их, при этом я чётко слышала, как он рычит. Его ласки на грани фола