История английского футбола - Сергей Владимирович Сурин

С самим кубком связана одна любопытная детективная история: за пять лет до конца XIX века «Астон Вилла» увозит выигранный кубок в свой родной Бирмингем, где местный торговец умудряется упросить руководителей клуба выставить трофей в витрине своего магазина. Через несколько дней кубок исчезает. Позор, тоска, о жалкий жребий Футбольной ассоциации! Серебряную чашу разыскивают лучшие сыщики Скотленд-Ярда, – ищут пожарные, ищет полиция, ищут фотографы… объявляется крупное вознаграждение за информацию о краже – но все тщетно. Не могут найти. Пропажу оплакивает вся Англия. В течение шестнадцати лет футбольные власти терпеливо ждут, надеются на чудо, на удачу, на раскаяние… но ничего подобного не происходит – пришлось изготовить новый серебряный кубок.

1957 год, полицейский участок в Бирмингеме. В дверь стучится 80-летний местный житель.

– Это я! – заявляет старец прямо с порога.

– Выпейте воды, – говорят ему удивленные полицейские.

Старец отвел воду рукой и тихо, с расстановками, но внятно проговорил:

– Это я с компанией сообщников 62 года назад выкрал с витрины драгоценный Кубок, посягнув на величайшую английскую святыню! Это я остался теперь единственным живым участником «преступления века» и не хочу унести тайну на тот свет. Серебряную чашу мы давно переплавили на слитки. А теперь делайте со мной что хотите…

Полицейские раскрыли рты. Со всех сторон сбежались…

Впрочем, за давностью срока и древностию лет, да еще и с учетом чистосердечного признания, похитителя помиловали.

Но вернемся к стадионам. 1892 год вошел в историю не только премьерой балета «Щелкунчик» в Санкт-Петербурге, но и появлением на футбольной карте Британии сразу трех знаменитых стадионов, построенных специально для игры в мяч ногами: наряду с ливерпульским «Гудисон Парком», в Глазго открывает турникеты «Селтик Парк», а в Ньюкасле – «Сент-Джеймс Парк». Еще через пять лет в Бирмингеме появился новый дом «Астон Виллы» – «Вилла Парк», а спустя два года в Шеффилде открылся «Хиллсборо», печально знаменитый из-за трагедии с ливерпульскими болельщиками.

Ко всей этой истории – гигантской футбольной стройке века – хочется поставить один нескромный вопрос: кто и как финансировал футбольное «Преображение»?

Падали ли денежные средства с неба вместо манны специальным целевым потоком? Ведь изначально игра в футбол замышлялась как чисто любительское занятие: Футбольная ассоциация (для тех, кто – мало ли – подзабыл) даже выпустила в 1882 году специальный грозный циркуляр, в котором черным по белому говорилось, что игрок, получающий от клуба вознаграждение, превышающее его личные расходы, связанные с выходом на игру, автоматически отстраняется от любых соревнований под эгидой Ассоциации, а клуб, нанявший такого игрока, автоматически исключается из ее рядов.

Отвечая на этот вопрос, мы походим к двум судьбоносным событиям в истории футбола, которые изменили вектор развития новой игры, перечеркнув грозный циркуляр Футбольной ассоциации.

События эти связаны с именами апостолов Саделла и Макгрегора.

1.8. Апостол Саделл

Фальстаф:

– Да, деньги – славные солдаты, всюду себе дорогу пробьют.

Уильям Саделл родился ровно в середине XIX века в городе Престон (350 км на северо-запад от Лондона), где живут гордые ланкаширцы, они же целеустремленные ланкастеры. Учиться будущий футбольный апостол поехал чуть южнее, чтобы согреться, – в графство Чешир (где, как известно, странно улыбаются коты), а потом вернулся работать к милому северу на место рождения. Парень был толковый, по карьерной лестнице взбирался стремительно и вскоре занял место исполнительного директора текстильной фабрики.

В те давние годы футбол был страшно далек от бизнеса и строился на добровольных пожертвованиях граждан: задолго до ДОСААФ (Добровольного общества содействия армии, авиации и флоту), образовавшегося в СССР в 1927 году, в Англии появились добровольные общества содействия игре ногами в мяч – футбольные клубы.

Саделл был неплохим спортсменом (регби, футбол, крикет, коньки), но и не более того. А Саделлу хотелось большего – быть одним из многих он не умел. Трезво оценив свой потенциал, Уильям (он же Билли) понял, что талант его находится не в самой игре, а в ее организации. Сначала он потренировался на кошках (недаром же обучался в чеширском графстве), организовав два фестиваля легкой атлетики. Причем если на первом фестивале присутствовало пять тысяч зрителей, то на второй пришло уже восемь. И Саделла – вслед за Архимедом и Ньютоном – озарило: во-первых, в спорте необходим эффективный менеджмент, а во-вторых, именно он, Уильям Саделл, и должен этим заниматься. Людям нужно особое зрелище – динамичное, увлекательное, захватывающее с головой и с потрохами. И тогда они будут заполнять стадионы не раз в год, а несколько раз в месяц.

Саделл становится управляющим крикетного клуба «Престон», где открывает футбольную секцию. Открывает на свой страх и риск, поскольку в городе традиционно любили регби и крикет, но Уильям чувствовал, что будущее не за этими видами спорта. Именно футбол может стать настоящей религией, безумной страстью и неизлечимой болезнью англичан. И он не ошибся. Англичане потянулись к футболу – регби и крикет с сожалением и завистью уступали дорогу новой национальной игре…

Известно, что все тела притягиваются друг к другу вне зависимости от расы и вероисповедания. Одно из тел – наша Земля, обладающая значительной, по сравнению с каждым из нас, массой, за счет чего она и придает нам, хотим мы этого или нет, ускорение свободного падения. На англичан же стала действовать дополнительная сила – сила притяжения к стадионам, еще до конца не изведанная физиками. Эта сила точно так же придает английским болельщикам реальное, осязаемое ускорение, – в день футбольного матча британец забывает обо всем на свете и торопится на стадион в предвкушении чуда.

Раз уж речь зашла о физике – попробуем разобраться с гравитацией внутри клубов в новой игре. Кто отбирал, тренировал, расставлял, определял и мотивировал? В те давние-давние годы командами руководили советы клубов – они набирали футболистов и определяли состав на игру. Понятия «тренер» или «менеджер» отсутствовали как класс. Был секретарь клуба, который выполнял, скорее, технические функции.

Но в «Престоне» был Саделл. Апостол Саделл – который не вписывался ни в какие рамки и определения. 17 лет он отработал президентом клуба, управляя в жесткой манере, близкой к диктаторской. Обязательные ежегодные акционерные собрания не проводились. Говорили, что «Престоном» управляет совет директоров из трех человек, при этом двое спят, а третий – Саделл.

Удивительно, но факт: именно в это время – через 24 года после «рождества» футбола (1887) – во Франции открывается первый режиссерский театр Андре Антуана, который стал не разыгрывать, а ставить пьесы и первым выключил свет в зрительном зале. На сцене и на стадионе возникает стиль, то есть – режиссерская (тренерская) мысль. Все сильнее ощущается потребность в тренерах-режиссерах. И зверь побежал на ловца.

Саделл добивается полного контроля над клубом. Финансы, селекция, состав и план на игру –