Танго над бездной. Эскалации - Александр Гельевич Дугин

Вспомним Сократа: верующего в богов обвинили в безбожии те, кто сам в них не верил. Так и тут: страна, не вмешивавшаяся в румынские выборы, названа виновной теми, кто это вмешательство и устроил. Это и есть хуцпа. Либерализм давно утопает в этой лживой, тоталитарной диктатуре.

И ничего удивительного. Симион, противник Дана – марионетки глобалистов, Сороса и либерального Евросоюза, – получил поддержку Трампа. А что делают европейцы? Плюют Трампу в лицо, осыпают его бранью – «сволочь», «крайне правый», – но ждут, что он будет сражаться за них на Украине против нас. Вот вам еще одна хуцпа! Одной рукой они травят, оскорбляют, стремятся уничтожить Трампа, а другой – хитро заманивают его в ловушку, заставляя воевать с тем, кто мог бы стать его единственным подлинным союзником – Владимиром Владимировичем Путиным – в новой мировой реальности.

Трамп этого не видит – его сбивают с толку потоком дезинформации. Его кандидата, Симиона, нагло оттесняют, вмешиваясь в румынские выборы и подтасовывая итоги. Победителя первого тура, Кэлина Джорджеску, протрамписта, просто убирают с дороги. И кого винят? Россию, разумеется. Хотя ни один из них не является пророссийским – оба просто поддерживают Трампа. Используя нас как предлог, они ведут войну против Трампа. И все это творят страшные люди, руководствующиеся принципом наглости в Евросоюзе. Пора проснуться.

Трамп и мировое глубинное государство. Раскол Запада[62]

Удар по либеральному глобализму

После прихода в Белый Дом Дональда Трампа и его команды начала меняться вся архитектура международных отношений. Причем принципиально. Одним из важнейших явлений в новой картине мира стал ускоренный раскол Запада. Об этом многие пишут и говорят, но исчерпывающего геополитического и идеологического анализа пока этот феномен не получил.

Прежде всего, раскол Запада имеет именно идеологическую природу. Геополитические выводы здесь вторичны. Дело в том, что Трамп и его сторонники, которые победили на выборах в США осенью 2024 года, являются радикальными противниками либерального глобализма. И это не сиюминутное и не межпартийное обстоятельство. Это вопрос серьезный и принципиальный. Дело в том, что Трамп строит свою идеологию, политику и стратегию на центральном тезисе: лево-либеральная идеология, которая доминировала в США, на Западе и в целом в мире, вплоть до прихода Трампа и начала популистских движений в ЕС, несколько десятилетий, и особенно укрепившаяся после распада Варшавского блока и СССР, полностью исчерпала свой потенциал, не справилась с задачами мирового лидерства, подорвала суверенитет США, которые были главным мотором и генеральным штабом глобализации, и теперь должна быть отброшена решительно и бесповоротно.

Трамп, в отличие от классических республиканцев последних декад (например, Дж. Буша – младшего), не собирался корректировать глобализм в духе неоконов, которые настаивали на прямом агрессивном империализме для продвижения демократии и укрепления однополярности. И здесь, не противореча демократам по существу, он полон решимости вообще отменить либеральную глобализацию во всех ее измерениях, предложив свое видение мировой архитектуры. Удастся ли ему воплотить свои идеи в жизнь – вопрос открытый: сопротивление политике Трампа нарастает с каждым днем, но позиция президента США достаточно серьезна, а его народная поддержка достаточно велика, чтобы как минимум попробовать. Трамп и пробует.

Трампизм, по крайней мере в теории и в ожиданиях наиболее мотивированных его представителей, отвергает глобальный левый либерализм системно и последовательно. Субъектом развития для таких либералов является все человечество, которое надо объединить под началом мирового правительства (состоящего из либералов). Для этого необходимо укрепить глобальную гегемонию западных демократий в модели однополярности, а когда все оппоненты (Россия, Китай, Иран, Северная Корея) и колеблющиеся страны будут повержены и расчленены («проект деколонизации») – перейти к бесполюсному миру.

Национальные государства должны постепенно передать полномочия наднациональной инстанции (мировому правительству), которое будет представлять собой не просто Глубинное государство (Deep State), а всемирное Глубинное государство. Оно уже сейчас создается по сетевому принципу: его проводники и сторонники есть практически в каждом обществе, причем часто занимают ключевые посты в области политики, экономики, бизнеса, образования, науки, культуры, финансов. Фактически современная интернациональная элита (преимущественно либеральная, к какому бы обществу она ни принадлежала) и есть та инфраструктура, на которую подобный глобалистский проект опирается.

Идеология либералов представляет собой крайний индивидуализм, отрицающий все формы коллективной идентичности – этнической, религиозной, национальной, гендерной и, в конце концов, саму принадлежность к человеческому виду, что отражено в программе трансгуманистов и сторонников глубинной экологии. Поэтому продвижение нелегальной миграции, гендерной политики и защиты любых меньшинств, вплоть до критической расовой теории («расизма наоборот»), является неотъемлемой частью либеральной идеологии. Здесь вместо наций и народов фигурируют чисто количественные множества.

При этом либеральные интернациональные элиты становятся все более нетерпимыми к любым попыткам критики в их адрес. Поэтому они активно продвигают методики тоталитарного контроля над обществом, вплоть до создания биологического профиля каждого индивидуума, складированного в Big Data. Под лозунгом «свободы» либералы стремятся установить, по сути, диктатуру оруэллского типа.

Именно такая идеология и основанные на ней глобальные институты – как легальные, так и скрытые – доминировали в США, на Западе и в мире в целом до прихода Трампа. Естественно, за исключением России, Китая, Ирана и Северной Кореи: а также отчасти Венгрии и Словакии и тех стран, которые встали на путь сохранения и укрепления собственного суверенитета вопреки давлению глобалистских структур.

Между либерал-глобалистами, с одной стороны, и странами, ориентированными на многополярность, – с другой, и развертывалось основное противостояние. В наиболее острой форме это проявилось в украинском конфликте, где Киевский нацистский режим был специально создан, вооружен и поддержан либерал-глобалистами для нанесения России как полюсу альтернативного многополярного миропорядка «стратегического поражения». В исламских странах для этой же цели используются радикально исламистские силы – такие, как ИГИЛ, «Аль-Каида» и их производные (пример – режим Аль-Шараа[63] в Сирии). По сути, марионеточный глобалистский политический режим в Тайване относится к той же категории.

Обобщенно до прихода Трампа все это и называлось коллективным Западом. В этой конфигурации позиции отдельных стран и национальных правительств большой роли не играли. Мировое Глубинное государство имело свои программы, цели и стратегии, где национальные интересы просто не учитывались. Это касалось и самих США: либеральные глобалисты из Демпартии проводили свою политику, совершенно не считаясь с интересами обычных американцев. Отсюда рост социального неравенства, дикие эксперименты в области гендерной политики, «затопление» США нелегальными мигрантами, делокализация промышленных мощностей (вывод их за границы США), катастрофическая деградация системы здравоохранения, провал образования, резкий рост преступности и т. д. Все это второстепенно перед лицом глобального господства мировых либеральных элит,