Автобиография. Заметки о штате Виргиния - Томас Джефферсон

деревянными же стенами этого не происходит. Возникает вопрос, какой же воздух полезнее — тот, в котором остается во взвешенном состоянии влага, или тот, в котором ее не остается? В обоих случаях от влаги можно легко избавиться. Небольшой огонь, разжигаемый в комнате каждый раз, когда воздух влажен, предотвращает появление сырости на стенах. И такой обычай оказывается здоровым как в самое теплое, так и в самое холодное время года; его необходимо соблюдать как в деревянных, так и в каменных, и в кирпичных домах. Я не утверждаю, что дождь никогда не проникает сквозь кирпичные стены. Наоборот, я наблюдал такие случаи. Но у нас такое происходит только с северными и восточными стенами дома после штормового северо-восточного ветра, причем только когда эти ветры длятся настолько долго, что дождь начинает проникать сквозь стены. Однако это происходит слишком редко для того, чтобы считать такие дома опасными для здоровья. В доме, стены которого сложены из хорошо обожженного кирпича и крепкого раствора, за двенадцать-пятнадцать лет я только дважды наблюдал, как дождь проникает сквозь его стены. Европейцы, которые в основном живут в каменных и кирпичных домах, несомненно такие же здоровые люди, как и жители Виргинии. Эти дома имеют также то преимущество перед деревянными, что в них теплее зимой и прохладнее летом; в местах, где есть известь, их строительство обходится дешевле и они несравненно долговечнее. Последнее соображение имеет большое значение для искоренения этого предубеждения в сознании наших соотечественников. Страна, в которой дома строятся из дерева, никогда не сможет добиться существенных улучшений. В лучшем случае деревянные дома служат 50 лет. Поэтому каждые полвека территория нашей страны превращается в tabula rasa,{421} на которой надо снова все начинать заново, как и во времена первоначального ее заселения. А при строительстве домов из прочных материалов каждое новое здание будет подлинным и долгосрочным приобретением штата, умножающим его ценности и украшающим его.

ВОПРОС XVI

ЛЕГАЛЬНАЯ ПРАКТИКА В ОТНОШЕНИИ ТОРИ

Меры, принятые в отношении имущества и собственности мятежников, обычно называемых тори{422}

Тори было дано хорошее определение: предатель в мыслях, но не в делах. Единственное определение, которое попытались дать им в законах — это «неприсягнувшие», или лица, отказывающиеся принести присягу верности штату. Одно время такие люди подвергались обложению двойным налогом, позднее — тройным, но наконец получили возмещение и были приравнены к добропорядочным гражданам. Как доказательство милосердия нашего правительства и единодушия в этом наших жителей можно отметить тот факт, что, хоть война свирепствует у нас уже почти семь лет, не было совершено ни одной казни за измену.

Отвечая на поставленный вопрос, я расскажу о мерах, принятых в отношении британской собственности, владельцы которой находятся в гораздо более справедливом положении, чем тори. По нашему законодательству, так же как и по соответствующим разделам английского законодательства, иностранец не может владеть землей, а подданный враждебного государства не может возбуждать в суде дело о денежном иске или другой движимости. Земли, приобретенные иностранцем, или принадлежащие ему, конфискуются государством, а по иску гражданина враждебного государства о возмещении денежной суммы или другого движимого имущества ответчику достаточно сослаться в свое оправдание на то, что истец является гражданином враждебной страны. Это аннулирует его права на его движимое имущество, находящееся в руках должника или держателя. Вследствие нашего отделения от Великобритании британские подданные стали иностранцами, а поскольку мы в состоянии войны — гражданами враждебного государства. Их земли, конечно, были конфискованы, а долги стали невозместимыми. Ассамблея, однако, в разное время принимала законы, направленные на сохранение их имущества. По этим законам на их земли, рабов и другое имущество на фермах сначала накладывался арест, и оно передавалось в руки специальных уполномоченных, являвшихся, по большей части, близкими друзьями или агентами этих владельцев. Законы предписывали чистую прибыль с этой собственности сдавать в казну и разрешали всем должникам британских подданных выплатить свои долги также в казну. Эти деньги считались остающимися в собственности британского подданного и, если использовались штатом, подлежали возмещению, за исключением тех случаев, когда предосудительное поведение этого подданного в Великобритании не сделает целесообразным их удержание. В то время началось небольшое обесценивание денег, хотя и непризнанное и незамеченное вигами. Должники выплатили большие суммы денег. Позднее ассамблея, обратившись к политическим принципам, запрещающим иностранцу владеть землей в штате, распорядилась распродать всю британскую собственность; а ощутив реальные темпы обесценивания и осознав размеры потерь, которые оно принесет, если против него не принять мер, ассамблея распорядилась обратить вырученные от этой продажи деньги в табак по тогдашней его стоимости, оставив за легислатурой право распорядиться им в дальнейшем. Этот закон сделал вопрос возврата денег более проблематичным. В мае 1780 г. другой закон отменил разрешение выплачивать в государственную казну долги, которые причитались британским подданным.

ВОПРОС XVII

РЕЛИГИЯ

Различные религии, принятые в этом штате

Первыми поселенцами этого штата были эмигранты из Англии, последователи англиканской церкви, как раз того времени, когда ею была одержана полная победа над верующими всех других исповеданий. Получив право издавать, применять и исполнять законы, они проявили ту же нетерпимость в здешних местах, как и их собратья-пресвитериане, переселившиеся в северные колонии. Бедные квакеры бежали из Англии от преследований. Они с надеждой смотрели на эти новые земли как на убежище гражданской и религиозной свободы; но они нашли их свободными лишь для правящей секты. По ряду актов ассамблеи Виргинии 1659, 1662 и 1693 гг. стали подлежать уголовному наказанию родители, отказавшиеся крестить своих детей; запрещались, как незаконные, собрания квакеров; подлежали уголовному наказанию капитаны любых судов, доставивших квакеров в штат; предписывалось тех квакеров, которые уже находились здесь, и тех, которые могли приехать впоследствии, заключать в тюрьму до тех пор, пока они не отрекутся от своих убеждений; определялось сравнительно мягкое наказание за их первое и второе возвращение, но смертная казнь — за третье; запрещалось всем лицам разрешать их собрания в своих домах или вблизи них, принимать их у себя лично или распространять книги, защищающие их догматы. Если здесь и не было казней в противоположность Новой Англии, то не из-за терпимости церкви или особого настроения легислатуры, как можно заключить из самого закона, а в силу исторических обстоятельств, о которых нам ничего не рассказано. Англикане сохраняли свое полное господство в штате на протяжении почти целого столетия. Затем к нам начали проникать иные взгляды, а постоянное стремление правительства поддерживать свою церковь порождало равную степень