Белая птица и черный змей - Екатерина Витальевна Белецкая

— Это Юстум, — сказала Бао.

— Не обязательно, — возразила Авис. — С точно таким же успехом главенствующим может быть и Фатум, и Парви. Если тебе говорят, что кто-то главный, не нужно верить словам, а нужно смотреть на доказательства.

— Может быть, спросим у Бардов? — предложил Скрипач.

— И они ответят, что есть один демиург, — сказала Авис. — И будут правы. Двух других они просто не видят.

— Скрыты два демиурга? — удивился Ит.

— Судя по тому, что мы видим, да, — Авис помедлила. — Давайте закончим этот путь. Думаю, на севере мы все поймем, что в этой комбинации является истиной.

— Ладно, — сдался Ит. — Рыжий, нужно собрать вещи, потому что с самого утра мы едем к Эмилии, а потом, без заезда домой, сразу к Салусу. И в дорогу.

— Давай собираться, — кивнул Скрипач. — Авис, там сейчас снег лежит, или как?

— Или как, — ответила Авис. — Там тоже лето, поэтому температура плюсовая. Днём от десяти и выше. Примерно до пятнадцати.

— Кофты надо какие-то, или жилеты, — проворчал Скрипач. — А у нас нет ни фига. Опять на месте будем покупать.

— А что делать, — вздохнул Ит. — Ладно, неважно. Нужно побыстрее собраться, и ложиться спать.

* * *

— Блестяще, Фастер! Просто блестяще! — Эмилия, только что закончившая читать последнюю статью, пододвинула к себе фотографии, и принялась их рассматривать. — Ит, это действительно вы снимали?

— Ну да, я, — кивнул Ит. — А что?

— Это великолепно, — серьезно произнесла Эмилия. — У вас несомненный талант, ко всему прочему вы ещё и растёте прямо на глазах.

— Вроде бы нет, — осторожно ответил Ит. — Ввысь точно нет. Или вы хотите сказать, что я растолстел?

— Да нет же! Я о качестве снимков, — объяснила Эмилия. — Сцена погони, сцена на кладбище…

— А русалка? — ревниво спросил Скрипач.

— Русалка тоже хороша, но мелковата, — вздохнула Эмилия. — Ит, это вы рисовали?

— Да, это я, — признался Ит. — Простите, но если бы я нарисовал её крупнее, снимок не выглядел бы достоверным. Это было бы слишком нарочито.

— Согласна, — покивала Эмилия. — Что же, я запускаю в работу все три материала. В завтрашний номер пойдет материал о русалке и путешествии, дальше — заметки исследователя руин, а последней — статья о призраке на кладбище. Кстати, братья, а кто из вас играл призрака? — спросила она с интересом.

— Это не мы, — покачал головой Скрипач. — Это… один местный. Мы ему немного заплатили, и он согласился.

— Жалко, что про Копуса вам ничего найти не удалось, но и ладно, — махнула рукой Эмилия. — Это уже устаревший случай, он не актуален, а вот путешествие в самый раз.

— Ну, вообще-то кое-что нам найти удалось, — осторожно сказал Скрипач. — Вот только там оказался господин Салус, и он запретил нам развивать тему. Сказал, что это государственные интересы. Вы только никому не говорите, но там, в Махтре, тоже человека чайки убили.

— Ничего себе, — протянула Эмилия. — Это звучит заманчиво, но если господин старший расследователь запретил…

— Именно что запретил, — вздохнул Скрипач. — Извините, но мы с ним спорить не рискнули. Подумали, и пришли к выводу, что лучше сместить акцент на путешествия и тайны.

— И получилось более чем достойно, — кивнула Эмилия.

— Мы рады, что угодили вам, — улыбнулся Скрипач.

— Значит, теперь вы будете отдыхать после дороги, вероятно, — Эмилия задумалась. — Сколько дней вы планируете бездельничать?

— Нисколько, — сказал Скрипач. — Подвернулась одна тема, и мы поедем её исследовать. Если, конечно, вы позволите, — поспешно добавил он.

— Что за тема? — тут же оживилась Эмилия.

— Северный окаём Серпа Корон, — ответил Скрипач. — Когда мы плыли на корабле, познакомились с одним… ну, скажем так, этот человек вроде как разбирается во всяких северных легендах, и всём прочем. Он нам много всего интересного рассказал, и обещал показать, если мы следом за ним поедем на север. Так что…

— Подождите, — подняла руки Эмилия. — Конкретнее, пожалуйста.

Ит заметил, что Эмилия при упоминании севера мигом утратила благостное расположение духа, и, кажется, напряглась. Еще через минуту он понял, что не ошибся.

— Северные легенды о снежных людях, о духе серой лошади, о разлученных большими льдами брате и сестре, — принялся перечислять Скрипач. Сведения об этих легендах, не очень распространенных, нашла Авис, поэтому Скрипач ничем не рисковал.

— Тео не трогать, — тут же пошла в атаку Эмилия. — К религии даже близко не подходить, ясно? Никаких упоминаний о древе, о канавке, и обо всём прочем. Надеюсь, понятно, почему?

— Ну… вроде да, но не совсем, — признался Скрипач. — Мы же ничего плохого писать не собирались.

— Всё равно, — покачала головой Эмилия. — Вы даже представить себе не можете, что произойдёт, если вы наступите на хвост или кому-то из золотой аристократической своры, или из высоких тео. От нас мокрого места не оставят. Никого не будет — ни газеты, ни меня, ни вас. Не подставляйте наше общее дело, братья. Да и себя тоже.

— Да мы вроде не собирались, — улыбнулся Скрипач. — Но ведь про аристократов много пишут, в том числе и у нас. С чего бы вдруг сейчас-то…

— С того, что это негласная запретная тема, — отрезала Эмилия. — Вы молоды, поэтому раньше не сталкивались, вероятно.

— Нет, не сталкивались, — подтвердил Ит. — И писать про религию не собирались. Но знаете, Эмилия, вы сейчас сумели нас удивить.

— И чем же? — прищурилась та.

— Тем, что вы умеете быть такой серьёзной, — ответил Ит. — А ещё тем, что вы, оказывается, ненавидите аристократов.

— А кто их любит? — шеф редактор невесело усмехнулась. — Знаете, Ит, ваш этот мелкий город Никин… там ведь они не живут. Их там нету, поэтому вы не сталкивались с ними так, как приходится это делать мне. И я не их не просто не люблю. Они… они как заноза в ладони, — Эмилия поморщилась. — Мы им