Паутина Света. 1-6 - Сергей Александрович Плотников

— Яшка не очень вашего брата-мага жалует, — объяснил дух Холода. — Он вообще царю Петру верой и правдой служил, многие беды от него отвёл. И в Москву поехал по его приказу. Да помер царь — а Брюс остался. Башня у него тут была. Сломали — но вход в его Сокрытое всё ещё на месте. Если знать где искать.

Большая Сухаревская площадь в этой Москве, как и в родной моей, была превращена в небольшой сквер. Со скамейками, дорожками, несколькими павильончиками-бистро и в условной середине — памятным камнем с выбитой надписью, что мол де тут стоял памятник архитектуры Сухаревская башня. Несмотря на некоторую плотность потока пешеходов на окружающих улицах, сама площадь практически пустовала. Парочка курильщиков, проводившая нас безразличными взглядами, оказались продавцами двух соседних ларьков.

— Яшка наверняка привязал вход к камню, — фыркнул Мороз Морозович, касаясь гранитной плиты. — Спрятать на самом видном месте и смотреть, как другие тужатся да ноги сбивают — его любимая потеха!

— Кстати, хорошо спрятал, — Снегурочка сначала принюхалась, потом повела рукой перед камнем. — Вообще ничего не чувствую. Дорогой?

— Ничего, — покачал головой Распутин. — Но интуиция твердит: что-то тут не совсем так, как должно быть.

— Вот потому и люди проходят мимо, не задерживаются, — хмыкнул Кузнецов, тоже подходя к плите. — Я тоже что-то такое чувствую, будто комар еле слышно зудит.

— Есть городская легенда про это место, — подсказал Пётр Фомин. — Будто иногда тут можно встретить призрака Якова Брюса. Однако ни разу не получилось засечь магические эманации.

— Теперь получится, — «успокоил» я, глядя, как Генерал стучит своей ручищей по плите и своим трубным голосом зовёт: «Яшка, выходи, дело есть!»

Однако, я ошибся. Минуту ничего не происходило, потом пять. Мои ребята, получив моё разрешение, пошли закупились пирожками и картошкой в рядом стоящем павильончике. Мы успели понаблюдать за суетой Садового Кольца, доесть фастфуд, пока он не остыл…

— Может, просто пойдём дальше? — предложил Иван. — Видимо, Брюса нет дома.

— Или он перенёс точку входа своего сокрытого, — логично предположила Снежка. — Может, даже со всем сокрытым…

— Нет, он тут! — упрямо боднул воздух головой Василий Морозов. — Иначе отчего атмосфера дискомфорта? И он выйдет, потому что я так сказал!

— Наверное, не узнал в проекции, — высказал предположение я.

— Не недооценивай этого гада! — кажется, отец Снегурочки начал злиться. — Он почему-то решил, что может наплевать на договорённости и дружбу! Ты можешь его выкурить, Амакава?

— Может быть и могу, только памятник придётся делать заново, — предупредил я.

— Тогда, если можно, я сделаю запрос на причинение ущерба городской собственности, — остановил меня Пётр Фомин. — Это буквально пять минут займёт. Что вы на меня так смотрите? До нас тоже добралась автоматизация и нейросети!

«Я доделала свою усовершенствованную проекцию!» — радостно воскликнула в моём сознании Химари. — «Ты ФСБшнику пообещал, что познакомишь меня с ним!»

«Думаешь, он обрадуется?» — саркастически переспросил я.

«Да уже скучно сидеть смотреть, как вы вокруг плиты круги нарезаете!»

Я уже привычно сделал шаг в сторону, а кошка — шагнула в другую. Мы будто раздвоились из одного человека в двоих.

— Прошу любить и жаловать: Химари Амакава, моя жена, — привлёк я внимание всей нашей немаленькой компании. И специально для куратора от ФСБ уточнил. — Именно она управляла нашим вагоном в движении по «мерлиновому тоннелю». Вот, выполняю обещание познакомить!

— Прошу, позаботьтесь обо мне, — хозяйка Сердца Мира отвесила церемониальный поклон до земли.

Свою новую, способную долгое время существовать на поверхности, проекцию самая сильная аякаси мира сделала почти такой же, какой я увидел её после возвращения в М-инварианту. Перед запуском переделанной в космическую станцию «Юпитер-1» базы октоводов — когда мы вдвоём обеспечили рекордный приток энергии в накопители станции, ага. Всё те же длинные белые волосы, белые кошачьи ушки — только вместо кимоно белое в крупный чёрный кружок летнее платье и сандали. Бант тоже сделала чёрным, для контраста. Нет, всё-таки у моей супруги есть чувство вкуса — не смог дедушка его испортить.

— Лихо правишь упряжкой, красавица! — хохотнул Генерал.

— Очень приятно познакомиться! — удивлённо посмотрела на меня дух холода. В смысле «чего это я».

— Вы так здорово гуляете по Москве, что я уговорила Алекса разрешить мне присоединиться, — прощебетала кошкодевушка, отвечая на невысказанный вопрос и беря меня под руку.

— Тоже очень приятно! — Распутин сразу смекнул природу Химари, отчего сразу спрятал руки за спину. Мол, всё понимаю, даже случайно не коснусь.

— Камень можно разрушить, — со вздохом доложил Петр Фомин. — Только просят не на глазах у горожан.

— Вы тут кого-то ждёте? — похлопала ресницами кошка. Все одарённые люди и аякаси почувствовали толчок силы снизу. А моя жена сделала резкое движение рукой, будто ловит мошку — и у неё в пальцах оказался ворот камзола довольно толстого дядьки, одетого явно не по современной моде. — Не его, случаем?

— Яшка! — узнал Василий. — Что, попался, стервец?

Яков Брюс, набольший по Московскому региону

Людей Брюс невзлюбил еще с тех пор, как наследники Петра попытались разрушить всё, к чему приложил руку Великий Государь. И чем дальше — тем только больше убеждался в свой правоте. Окончательно всё порушили большевики — даже башня его и та не устояла. Ну вот за что их любить? Тьфу.

По правде, он и раньше-то довольно прохладно относился к этому роду-племени — человекам. Но царь-реформатор сумел зажечь в душе Якова тот же огонь, что горел в самом Петре — и демон-алхимик переехал за своим кумиром в Россию. Увы, жизнь человеческая коротка. Петра не стало — и рухнуло столь многое, из чего могли получиться великие свершения! Впрочем, к тому моменту Брюс уже осознал свой путь и цель, к которой достойно стремиться. Жизнь обрела смысл. А люди?

Нелюбовь так и не переросла в ненависть: ну живут и живут. Умеючи можно вообще не пересекаться. Или свести контакты к необходимому минимуму: новые знания всё ж как-то получать надо. Удобно: добывают их учёные — а пользоваться может он сам. За что можно и потерпеть немного раздражающее соседство.

Вот с другими демонами по воле царской переселенец дружбу как раз водил. Все окрестные духи знали: нужно чего? Ищи у Брюса! Спор грозит перейти в бойню? К Брюсу иди, тот честно рассудит. Порой к нему даже обращались такие титаны, как живущие на глубине легендарные сущности!

Разумеется, всякие беспредельщики обходили Якова десятой дорогой. Не только из-за связей среди демонов: комбинируя человеческие знания и искусство алхимии, хозяин Сухаревской башни обрёл немалую мощь! Умело используя