Реджеп Тайип Эрдоган - Севинч Учгюль

власти в руках одного человека, что может привести к недостаточному демократическому контролю. Законодательные полномочия парламента могут быть ослаблены, а некоторые законы – легко изменены указами, издаваемыми президентом. Кроме того, возможно неэффективное взаимодействие исполнительной и законодательной ветвей власти, а также усиление политической поляризации.

После одобрения референдума о всенародном избрании президента дебаты о новой системе сконцентрировались вокруг двух основных вопросов. Первый – возможное возникновение кризиса между всенародно избранным президентом и всенародно избранным премьер-министром. Обсуждалось, что этот кризис может быть преодолен, если президент и премьер-министр будут представлять одну политическую традицию, но конфликт может обостриться, если они будут представлять разные партии или политические течения. Оппозиционные партии утверждали, что полномочия президента и его роль должны быть пересмотрены в Конституции, но не предложили конкретного решения, каким должны быть эти изменения и как они должны быть осуществлены.

Реджеп Тайип Эрдоган, в свою очередь, предложил начать дискуссию о реформировании политической системы. Он вынес на обсуждение различные модели – такие как «президентская республика», «полупрезидентская республика» или «партийное президентство». Основной целью Эрдогана, начавшего эти дебаты, было закрепление политической стабильности, достигнутой в эпоху Партии справедливости и развития. Сильная исполнительная структура могла бы обеспечить межпартийную стабильность. Однако из-за негативного отношения оппозиционных партий к этим дискуссиям достичь конкретных результатов не удалось.

Второй спорный момент – изменение роли президента и увеличение значения этой должности в связи с его всенародным избранием. Было очевидно, что кандидат, не учитывающий ценности и требования общества и не являющийся сторонником демократии, не сможет заручиться поддержкой населения. Прямое избрание президента народом означало, что он будет представлять интересы общества и будет вынужден действовать в интересах народа, а не оставаться только символической фигурой.

Однако те, кто рассматривал пост президента как «символическую» и «надпартийную» должность, негативно восприняли новое положение вещей. Перед президентскими выборами 2014 года оппозиция разработала стратегию, направленную на умаление значения всенародного избрания президента, опираясь на идеи «общественного консенсуса» и лозунг «социального согласия». Лидеры Партии националистического движения Девлет Бахчели и Республиканской народной партии Кемаль Кылычдароглу выдвинули кандидатом в президенты Экмеледдина Ихсаноглу, которого они охарактеризовали как «надполитическую фигуру» и «государственного деятеля» – в качестве так называемого единого кандидата (çatı aday). Такой кандидат отражал стремление сохранить существующий порядок.

Премьер-министр Эрдоган, говоря о кандидатуре на пост президента, утверждал, что оппозиция надеялась вернуть дух старой Турции с «независимым от политики» президентом, заявив: «Когда говорят, что президент должен быть нейтральным, на самом деле хотят, чтобы президент противостоял народу. Этот период остался в прошлом».

Эрдоган подчеркнул, что всенародное избрание президента разрушило один из важнейших устоев в традициях опеки политической власти и придало должности президента более демократическое и легитимное основание. «В случае моего избрания я буду президентом, представляющим и государство, и народ, вставшим на сторону народа. Я буду президентом всех», – добавил Эрдоган.

Премьер-министр Эрдоган также заявил: «Народ взял на себя руководство. Народ, который выбирает парламент, который формирует правительство, и 10 августа, надеюсь, изберет и президента своей свободной волей. Государство, которое ставит барьеры между собой и народом, не может быть справедливым государством. С помощью этого мы надеемся стереть еще один след 27 мая 1960 года. Президент, избранный народом, будет тем, кто защищает права всех граждан. Это президент, который использует свои полномочия не против народа, а для народа»[196].

Затем он также выразил уверенность: «10 августа [2014 года] мы рассчитываем на голоса не только сторонников Партии справедливости и развития, но и тех, кто симпатизирует CHP, MHP, HDP. Я уверен, что смогу заручиться и их поддержкой, у меня нет в этом сомнений. На протяжении срока моих полномочий у меня будет лишь одна цель – служение всем 77 миллионам граждан. Если нас изберут, мы, если на то будет воля Всевышнего, покажем иной стиль президентства. Мы будем прилагать еще больше усилий для роста экономики, продвижения демократии к более высоким стандартам и полноценного членства в ЕС. Президент, избранный народом, и премьер-министр вместе смогут вывести Турцию на новый уровень во всех отношениях»[197].

Президентская стратегия Эрдогана: политика, выборы и знание дела

Электоральная политика и стратегия президентских выборов Эрдогана основаны на эффективном управлении политическими ожиданиями через превращение повестки дня Партии справедливости и развития в общенациональную повестку Турции. Эта стратегия направлена на то, чтобы втянуть оппозицию в свое политическое пространство и сфокусировать предвыборные дебаты на изложении собственных проектов.

В то же время, имея возможность обновлять свою политику и кадровый состав на каждых выборах, Эрдоган во главе AK Parti побеждает, увеличивая количество голосов в каждом электоральном цикле, способствует консолидации его политики и обновлению ее легитимности в каждый избирательный период. В этом контексте подготовка к выборам и эффективное управление избирательным процессом имеют центральное значение в предвыборной политике Эрдогана.

Местные выборы 30 марта 2014 года, прошедшие в тени событий 17–25 декабря 2013 года, проходили в атмосфере референдума. Одной из важных причин этого было стремление не допустить ослабления AK Parti, поскольку значительное уменьшение количества голосов Партии справедливости и развития на местных выборах позволило бы оппозиции укрепиться и подготовиться к президентским выборам более организованно.

Однако, несмотря на кампании по дискредитации Эрдогана и его партии, на выборах 30 марта 2014 года электорат проголосовал за Партию справедливости и развития, этот результат повлиял на его решение баллотироваться на пост президента. Однако оппозиция тратила всю свою политическую энергию на то, чтобы не допустить Эрдогана на пост президента и спорила о том, кто должен стать кандидатом от AK Parti, а не выдвигала собственных кандидатов. Самым ярким примером этой стратегии стало предложение оппозиции поддержать Абдуллаха Гюля с целью вызвать новые дебаты разногласия внутри партии.

В отличие от оппозиции, электоральная политика Эрдогана основывалась на подходе, в центре которого находились его собственные проекты и будущее его партии. Это укрепило его авторитет внутри партии и обеспечило ему прочную легитимность в глазах избирателей. Стратегия оппозиции, сосредоточенная исключительно на противодействии Эрдогану, привела к тому, что она не смогла выработать собственные политические альтернативы и утратила доверие избирателей.

Несмотря на то что в партии был достигнут консенсус по поводу кандидатуры Эрдогана на пост президента, основная озабоченность заключалась в будущем партии после того, как Эрдоган станет главой государства. Чтобы избежать возможной внутрипартийной борьбы, Эрдоган акцентировал внимание на двух ключевых вопросах. Первый – даже будучи президентом, он остается лидером AK Parti и будет заинтересован в развитии и процветании партии. В этом контексте он неоднократно подчеркивал, что будет строго придерживаться основополагающих принципов, таких как «правило трех сроков», принятое с момента основания партии.

Второй акцент он сделал