Ветер - Лариса Мельникова

тех пор, пока финансовый запас её устраивал. А когда он начинал сокращаться, Иршалия снова становилась холодной и недовольной, а бедный Мерхем снова искал способ её порадовать. Его прекрасная жена всегда великолепно выглядела, вела себя, как королева, и уже привыкла: куда бы она ни пришла, все ею восхищались. Муж не догадывался, что у неё появились поклонники, с некоторыми Иршалия иногда тайно встречалась. Она даже не сомневалась, что и Раван не устоит под её колдовским взглядом. А он… мог бы быть повежливей, хотя бы. Ладно, она этого не забудет.

И тут Иршалия вспомнила, что взяла со стола Равана какую-ту цветную бумажку. Это как-то непроизвольно получилось, она даже сама не поняла, как так вышло. Почему-то бросило в жар. Включив свет, Иршалия стала судорожно искать эту бумажку в сумочке. Вот она! Приглашение на день рождения известной телеведущей... Оно не именное! Наверняка такие приглашения получили и другие члены правительства. Где будет мероприятие? В загородном ресторане, Иршалия в нём раньше бывала. Там большая территория, значит, будут пускать всех, у кого есть приглашения. Сердце бешено забилось: вот он, её шанс! Там-то она поведёт себя мудро и сделает всё правильно.

Машина вождя медленно ехала по улице. Зажглись фонари. Тихо, тепло. Вот и знакомый поворот. Дома горит свет, значит, Эйр и дети вернулись. Как хорошо! В темноте родное окошко светит так уютно. Сердце защемило, захотелось скорее оказаться дома. Захватив сумку с гостинцами, Раван зашёл в дом. Все радостно бросились ему навстречу.

– Вы не спите?! – с улыбкой спросил он, обнимая ребят.

– Нет, ждём тебя.

– Долго ты как сегодня! Устал? Хочешь чаю? – спросила Эйр и поспешила навстречу.

В нежно-голубом мягком домашнем костюме она напоминала нежное, лёгкое облачко. Волосы аккуратно уложены, едва заметный запах – пряный, травяной, волнующий... Слегка обняла и улыбнулась своей огромной улыбкой.

– А я сегодня вовремя ушёл, представляешь?! Но ты предупредила, что вы уедете на пляж, вот я и заехал к Ашкару. Нужно было кое-что завезти. А там Никол жарит шашлыки! Говорит: «Не отпустим, пока не поешь». Ну, а дальше девочки пришли, в общем, еле ушёл. Вот тебе, Макс, собачка. По дороге купил.

У Макса глаза загорелись при виде игрушки. Он так завидовал ребятам, которые попали на первый спектакль и купили таких собачек!

– Обуреть!!! Ой..., – мальчик смутился, закрыл рот рукой и покраснел.

– Сынок!!! – возмущённым хором произнесли родители, строго глядя на сына.

– Тебе надо следить за словами, Макс, - строго сказал отец. - С тебя особый спрос. Не позорь нас с мамой.

Сын кивнул, опустив глазки. Раван решил сменить тему и продолжил весёлым тоном:

– Давайте чайку попьём! Нам какие-то гостинцы передали. Смотрите, что дедушка вам смастерил, – обратился Раван к детям, передавая деревянную игрушку, – шарик крутится, а куры клюют.

– Ух ты! – воскликнул Марк и нас всякий случай погрозил брату кулаком. – Как это работает? А, понятно! Здорово придумано!

– Их надо покрасить! – сообщил Макс. – Мам, где мои краски? А что они клюют? Там же ничего нет… Так не пойдёт, – сейчас я им пшено приклею.

– Нет, Макс-мин, все дела завтра. Попьём чаю и спать.

– А мы сегодня ездили на пляж!

– Здорово!

– Так было весело! Мы построили Прозрачную гору из песка, а она развалилась!

– Такое бывает с горами из песка.

– Ого, нам дедушка вишнёвое варенье передал! Давайте его откроем!

– Давайте! Неси вазочку и ложки.

Раван давно научился правильно пользоваться столовыми приборами, но дома ел исключительно деревянной ложкой, – он был абсолютно убеждён, что так намного вкуснее. Многие об этом знали и дарили ему деревянные ложки по поводу и без. Всевозможных ложек дома накопилось огромное количество, Раван их бережно хранил, но новую доставал, только когда старой пользоваться было уже невозможно. Выбирал при этом самую обычную, без украшений. Дело было не только в удобстве. «Благодаря деревянной ложке я не забываю, кто я такой», – как-то признался Раван. Для него эта ложка была связующим звеном с тем простым деревенским парнем, которым он когда-то был.

Попив чаю, дети ушли мыться и спать, а взрослые отправились в свою комнату, где Раван превратился в волка, а Эйр легла к нему под бочок. У них была такая традиция: Раван передавал мысли, а Эйр отвечала словами, – она не могла передавать мысли, так как не была могаром, но могла их принимать. В эти минуты они были особенно близки. Обсуждали события, произошедшие за день, мечтали, что-то вспоминали, делились тем, что тревожит и беспокоит.

– Как прошёл день?

«День ужасный: бестолковый и пустой. Жена Мерхема приходила. Вывела меня из себя».

– Просила помиловать?

«Если бы! Просила не конфисковывать имущество. Приглашала встретиться вечерком».

– Пойдёшь? – с наигранной грустной улыбкой спросил Эйр.

«Щас! Лечу, бегу и спотыкаюсь. Прости, что задержался, от Ашкара с Николом быстро не уйти».

– Хорошо, что навестил их. Живём рядом, а видимся реже, чем когда папа жил в деревне. Да мы и сами поздно вернулись, – никак не могли вытащить детей с пляжа. Тимер с детьми тоже были там.

«Как у него дела?»

– Хорошо! Вышли новые модели, заказов очень много! Он даже сам не ожидал. Вчера до ночи работал, решил себе сегодня устроить выходной. Кстати, а ты не знаешь, куда Илар исчез?

«Никуда он не исчез. Отсидел, тот завод продал, открыл новый – теперь делает бетон. Дела вроде бы идут неплохо. Видел его неделю назад – сделал вид, что меня не заметил, отвернулся. Ну и правильно – я тоже с ним здороваться не собираюсь».

По закону Могара вождь и его близкие родственники не могли становиться владельцами предприятий. Раван остался владельцем завода, так как право собственности на него получил ещё до выборов, но работать там, конечно, уже не мог. На его место пришёл новый директор по производству, опытный и грамотный человек по имени Илар. Быстро вошёл в курс дела, изучил технологии, а через год уволился и открыл свой завод. Забрал часть сотрудников и начал производить технику, даже не потрудившись что-то поменять. Новый завод выпускал то же, что и «Атэк», только под другой маркой – «Данар». Узнав об этом, Раван сразу же позвал Тимера, чтобы обсудить ситуацию и согласовать план действий. Поздно вечером, вернувшись домой, Раван, как обычно в волчьем облике, рассказал об