Невозможный - Роман Романович

сказать, что я принял волшебную пилюлю и в этом весь секрет. О нет. Битва бы была на уровне чистого мастерства. Отличный вызов для тех, кто считает себя культиваторами. Раз так печёшься о сыне, может, дядя, ты примешь этот вызов?

И в гробовой тишине я достал вторую шкатулку, положил перед ним.

Шелиот на неё даже не посмотрел, изучая меня своими холодными, мёртвыми глазами. Сейчас он вполне тянул на наследника клана, которого можно отправить сделать грязную работу и избавиться от лишних племянниц с племянниками.

— А мне? — возмутилась Нада.

— Конечно, — улыбнулся я ей.

Выставив третью шкатулку.

— Эту пилюлю ты даже мне не дал, брат, — напомнила Мая.

— Значит, пришло время, — выложил я четвёртую шкатулку.

— Сегодня что, день подарков? — спросила Лин.

— Ты ведь не думала, что я забуду про свою любимую маму? — спросил я.

Выставив новую шкатулку.

— В твоих запасах, может, и для меня пилюля найдётся? — спросил Кадий.

— К сожалению, дед, нет, — виновато ответил я. — Тебя я вот не смог изучить заранее. Пилюля требует тонкой настройки. Но если ты готов дать покопаться в твоей энергетике… То вряд ли это имеет смысл, — закончил я мысль. — Действие пилюли нивелируется банальным временем.

— Не хочешь ли ты сказать, что смог изучить Шелиота? — с интересом спросила бабушка.

— Сказать — нет, не хочу, — ответил я. — Это и так очевидно. Так что, дядя, — посмотрел я на самого Шелиота. — Рискнёшь? А то совсем не интересно. Устроим битву мастерства и посмотрим, чей талант лучше.

Вопрос остался без ответа. Ужин продолжался.

Глава 26. Новая встреча, или Когда нашёл смысл

Неплохо тот ужин прошёл. Я отвёл душу, поиздевался над роднёй. Кого-то впервые увидел, составил впечатление.

По поводу налаживания отношений не обольщался. Я по-прежнему был опасным чужаком, к которому присматривались, прикидывая, какую выгоду поиметь и стоят ли того риски.

Самое горькое — то же самое я мог сказать про свою мать и сестру. Первая формировала новый политический капитал, и столь могущественный сын играл на это. Вторая — да в целом занималась тем же самым, собираясь сделать карьеру. Обеим уже давно не нужен серьёзный конфликт.

Неожиданный поворот судьбы в моей жизни, но вполне понятный.

Я вернулся к своим обязанностям, продолжил инспекцию школ. Постепенно разобрался с этим делом, что суммарно заняло два года.

Не совсем правильно говорить про такой срок. Я занимался и много чем другим. Продолжил набирать учеников и обучать их. Вёл алхимические эксперименты. Бывало, углублялся во всякие разные дисциплины. На арену ещё захаживал, но там свои проблемы были. Выпустить-то выпустили, но мне в противники подходили либо сильнейшие Предки, либо крепкие Основатели. А это не тот народ, кто готов ставить жизнь на кон, чтобы испытать себя. Сама суть этих рангов требовала совсем другого — заниматься семьёй, родом, кланом, создавать города и академии. Работать над наследием, а не разрушением.

Дошло до того, что я стал предлагать могущественные пилюли за победу над собой. Пара человек даже смогли их получить. Непобедимым я вовсе не стал, что меня несказанно радовало.

Во многих знаниях многие печали, одна из которых — скука, как оказалось.

Наконец, дело было сделано, и я вернулся в столицу. Я здесь и до этого постоянно появлялся, но тут вернулся основательно и пошёл сдавать очередную пачку подготовленных документов.

Бюрократия — вот что настоящее чудовище!

Итоговая проверка заняла аж три недели. Только после этого глава павильона развития, старик Дирий, принял меня.

— Если бы все работали так, как ты, парень, империя бы проблем не знала, — сказал он мне вместо приветствия. — Или, наоборот, знала бы куда больше, потому что тратить столько сил впустую — это надо уметь.

— Что-то я вас не понял. Вы хвалите или ругаете?

— Одно не исключает другого. Какие у тебя планы дальше? — подался старик вперёд, разглядывая меня, как неведомую зверушку.

— Так вы же глава павильона, в котором я работаю. Каковы будут приказания?

— У меня — никаких. А вот глава клана велел организовать тебе свою школу. Раз ты такой талантливый и проявляешь к этому интерес, то чего мелочиться? — ощерился старик.

— Логично, — задумался я.

— Задачу принимаешь? — спросил он с каким-то скрытым интересом.

— Принимаю, — кивнул я.

— Тогда вперёд, — махнул он рукой. — Как найдёшь место, не забудь всё правильно оформить.

— Сделаю, — сказал я, попрощался и пошёл на выход.

***

Как алхимик могу сказать, что существует множество способов продлить жизнь. Особенно если речь идёт о высоких рангах культивации.

Пиковые Основатели, если им никак не помогать, спокойно живут тысячу лет. Начинающие Основатели — лет семьсот. Предки, соответственно, в районе пятисот лет. Тема сложная, зависит от десятков факторов. Тут и наследственность роль играет, и насколько ты везуч, и какими стихиями повелеваешь, и какие травмы получал. Не так важны нюансы, как то, что когда всем заправляют люди, живущие больше тысячи лет, это накладывает свой отпечаток на происходящее.

Представляю, какие семейные драмы разворачиваются, когда встречается талантливый практик лет пятидесяти, который сам бы хотел уже порулить кланом, а его отцу всего лет двести и жить он планирует ещё лет восемьсот минимум.

Но меня это никак не касалось. Зато касались различные бюрократические нюансы. Почитал я правила, как открывать свою школу. Работы там предстояло много.

Во-первых, требовалось определить, школа это будет или академия. Во-вторых, требовалось место. Казалось бы, с этим проблем не должно быть, но нет. Земля стала ключевой проблемой. Культиваторам требуются стихии, энергия и сила духа. Источники же не разбросаны на каждом углу. Как нетрудно догадаться, в окрестностях столицы все самые лучшие места были давным-давно заняты и поделены между собой. Места похуже, места так себе, места совсем не очень — тоже были заняты. Забегая вперёд, скажу, что поиск места у меня два месяца занял. Мог бы занять сильно меньше, но все мы крепки задним умом.

Выбрал я бывшие земли отца. Находились они на окраине империи Бинхуэм. И фактически я просто прибыл туда и захватил этот кусок под свои нужды. За время моего отсутствия экосистема, выстроенная ранее, разрослась, дала свои плоды. Что-то померло, а что-то, наоборот, разбежалось по округе. Всё же природа — это сильная штука. Всегда себе дорогу найдёт.

Земли