Абонент временно недоступен - Катерина Райдер

 Спустя сорок минут и четверть бутылки монотонно мигающий курсор начал раздражать. Ни слова… ни единого словечка! Я безнадёжен.

 Крышка ноута с треском шлёпнулась о клавиатуру под давлением руки.

 В жопу всё! Бриджет и Колина! Её высокомерного отца! Писательство! Всю мою чёртову жизнь!

 Приложившись к виски и благополучно прикончив его в течение следующего часа, я кое-как добрёл до спальни, устало повалившись на постель. Как там говорят: «Лучший совет можно найти на подушке»? Вот я и планировал как следует его поискать. Да только воспоминания о Бриджет принялись настойчиво путать восприятие, играть не по правилам и будоражить разбитое сердце, готовое и без предательских «игр разума» рассыпаться на стеклянную пыль.

 Первое, что я сделал после разрыва – сменил постельное бельё. Всё, под чистую! Но сейчас отчётливо слышал запах духов на соседней подушке, простыня со стороны Бриджет казалась тёплой, а через рифлёное стекло в двери ванной комнаты мерещился стройный женский силуэт, расчёсывающий длинные волосы.

 Чёрт! Как же я мог так легко её отпустить?

 Телефон на тумбочке назойливо завибрировал. Звонил Эдди. Приятель снова тусил в ночном клубе в компании недалёких старлеток, искреннее верящих, что он директор крупного журнала. Интересно, если бы Миллера слышала главный редактор его издательства, как скоро он бы пополнил ряды безработных?

 С трудом открестившись от приглашения «на бал», я уткнулся в новостную ленту. Не читал, просто бездумно листал. И вдруг на глаза попалось обновлённое фото профиля Бридж. Сдуру я перешёл на страницу и в графе «семейное положение» увидел: «есть парень».

 В горле встал ком! Я резко принял сидячее положение и начал одержимо обновлять браузер. Статус оставался прежним! А ведь ещё неделю назад он гласил: «всё сложно»…

 Какого чёрта Бридж? Какого, мать его, чёрта?!

 Открыв список контактов, я начал судорожно его листать, но как только добрался до нужной буквы, вспомнил, что удалил номер сразу после того, как выбросил постельное бельё, совместные фотографии и набор коктейльных бокалов. Ладно, не беда, посмотрим в истории звонков.

 И вот среди одних и тех же имён я наткнулся на городской номер. Странно… Кто вообще в наше время пользуется стационарным телефоном?

 СТОП! Это же та истеричка с игуаной!

 Дальше всё происходило как в тумане! Палец сам собой ткнул на иконку вызова. На дисплее замигала зелёная трубка. Сердце заколотилось быстрее.

 Что я собирался сказать? Бросить ответку, вылив на совершенно незнакомого человека всё, что накопилось?

 Многие психологи утверждают, если долго держать негатив в себе, однажды он сдетонирует и зацепит осколками окружающих. Я не хотел, чтобы мои внутренности разлетелись по всему Бруклину, повиснув на фонарных столбах, но чувствовал, что близок к этому.

 И пока воображение рисовало животрепещущую картину, похожую на скриншот из сериала «Ходячие», на том конце раздался сонный женский голос:

– Привет, Пит. Представляешь, твой номер почему-то отобразился цифрами, хотя я вбивала его в память. Наверное, сбились настройки.

 Либо эта девчонка слепая, либо сумасшедшая.

– Ну и чего молчишь? Ты хоть знаешь, который час? Что случилось? – невнятно пробормотала она.

 Хрипло прокашлявшись, я несколько раз ударил себя кулаком в грудь и спокойно произнёс:

– Я не Пит…

ЧАСТЬ ВТОРАЯ – Вселенная наносит ответный удар

 Нью-Йорк. Апрель.

Эмма: 1

 День начался из рук вон плохо. Сначала разбила кофейник. Затем моё такси подрезал какой-то хам и я запачкала блузку макиато6. Пока пыталась застирать пятно в уборной, опоздала на планёрку. Вдобавок клиент, над проектом которого мы с командой работали последний месяц, внезапно решил провести полный ребрендинг, не соблаговолив заранее оповестить маркетинговый отдел. И вот теперь, когда большая часть рекламных материалов уже свёрстана и передана в типографию, мне нужно мотаться по дождливому Бруклину из офиса в офис, чтобы минимизировать расходы и не испортить отношения ни с той, ни с другой стороной. А ведь я, чёрт побери, дизайнер, всего лишь дизайнер, а не менеджер по продажам или специалист по контролю качества. Радовало одно – сегодня пятница. Правда, грядущий уик-энд, собственно, как и прошедший, не предвещал ничего увлекательного. Ну, разве что досмотрю наконец «Игру Престолов» и налопаюсь вдоволь вкусняшек. Одна. Снова.

 Питер вернулся из Сиэтла ещё две недели назад. Но, как оказалось, слово «партнёр» на двери его нового кабинета – это не только значительная прибавка к жалованию, а ещё и тонна дополнительных обязанностей. Так что уже вторые выходные подряд я провожу на диване в компании телевизора. Наверное, это естественно для женщины моего возраста, осталось завести парочку кошек… Эх.

 Дождь лил весь день. Не понимаю людей, которые считают его романтичным. Сыро, холодно, тоскливо. Из-за беснующейся стихии движение в городе встало. Уж лучше бы поехала на метро! В итоге домой я добралась аж к одиннадцати вечера.

 Сбросив промокший насквозь плащ и безнадёжно испорченные замшевые туфли, я направилась в кухню. Кофе! Срочно! Но меня ожидало очередное разочарование… Замотавшись, я совсем забыла купить новый кофейник. Ну что за досада?

 С губ сорвался обречённый стон. Бренное и продрогшее тело устало плюхнулось на стул. В груди неприятно засвербело. Наверное, именно так ощущается одиночество. Но ведь у меня была не плохая жизнь: работа, друзья, молодой человек, медицинская страховка в конце концов. Так откуда взялось это, скоблившее изнутри, чувство неполноценности?

 Щёлкнув кнопкой на чайнике, я вышла в гостиную, запнувшись о не распакованную коробку, огляделась и снова трагично вздохнула. Интересно, если навести порядок в доме, прояснятся ли мысли? Что же, проверим.

 Приняв по-быстрому душ, я заварила ароматный ромашковый чай и принялась разбирать вещи под аккомпанемент ночного шоу Джимми Фэллона.7

 Вечер пролетел незаметно. На часах было около двух, когда я, перейдя на какао быстрого приготовления, оценивала плоды своих трудов. Да, так определённо лучше! Даже зловредный дождь, разрисовавший окна размытыми отблесками уличных фонарей, больше не казался таким угнетающим.

 Уставшая, но гордая собой, я завалилась на диван, натянув до ушей клетчатый плед, подаренный Мишель на прошлое рождество. На журнальном столике приятно потрескивала ароматическая свеча. Её мягкий свет действовал успокаивающее, чуть сладковатый сандаловый аромат расслаблял. Взгляд невольно зацепился за танцующее пламя, унося сознание в лабиринты раздумий.

 А если проблема наших «замерших» отношений с Питером заключалась не в нём, а во мне? Я никогда не отличалась страстностью натуры, не блистала спонтанными идеями, не подпитывала своего мужчину эмоционально. Ему было скучно? Поэтому Пит назвал меня ограниченной? Но ведь это совсем не так! Я очень