Охота на мастера. Том 3 - Александра Лисина

Впрочем, расспрашивать учитель ни о чем не стал, да и расстались мы вполне мирно. Причем случилось это даже не слишком поздно, чтобы я не рискнул создать третий на сегодня сон. Ну а когда в моей гостиной появился очередной гость… точнее, гостья… я шутливо ей поклонился и с улыбкой поинтересовался:

— Ну что? Твои предки готовы со мной пообщаться?

Арли, явившаяся в мой сон уже не в ночнушке, а в красивом платье и даже с прической, как настоящая леди, широко улыбнулась.

— Да. Мне сказали, что это случится сегодня, так что я готова.

— Ну раз готова, то веди, — хмыкнул я, усилием воли убирая дверь и давая маленькой принцессе право распоряжаться в моем сне, как у себя дома.

Она, приняв это как данность, благодарно кивнула, после чего подошла к пустому проему, за которым клубился густой туман, и негромко произнесла:

— Родичи, к вам взываю…

Причем ответили ей быстро. Не успела она договорить, как туман резко потемнел и уплотнился, а следом к моему сну легко и непринужденно пристроился сон Арли. И я при этом ничего особенного не почувствовал, как если бы сон на самом деле был мне не чужим.

Внешне он выглядел точно так же, как гостиная в семейной резиденции рода Хатхэ. Светлые тона, изысканная мебель, красивый ковер на полу… вот только вместо кресел и компактного журнального столика здесь находился большой письменный стол и целый ряд удобных, по-королевски роскошных стульев, на которых восседало сразу восемь человек.

Четверо мужчин и четыре, я так полагаю, лэнны. Причем все они были одеты как для светского раута: на мужчинах красовались строгие черные костюмы, а на дамах, соответственно, вечерние платья и дорогие украшения. Если бы на столе стояла еда, я бы, может, решил, что меня пригласили на официальный ужин. Однако ни тарелок, ни скатерти на столе как раз не было. Ничего, кроме скромного букета цветов посередине. А вот знатные… естественно, мертвые… представители древнего рода Хатхэ в помещении имелись. И все они, стоило Арли переступить порог, дружно повернулись в нашу сторону.

Я ощутил себя на перекрестье чужих взглядов и на мгновение почувствовал себя почти так же, как когда приходил знакомиться со своим собственным родом. Когда стоишь перед огромной толпой людей, при этом хорошо видишь лишь первые ряды, но прекрасно понимаешь, что там, за ними, находится гораздо больше народа, и все они смотрят на тебя. Причем видят не только то, какой ты снаружи, но, что самое важное, видят, что у тебя внутри. И решают, достоин ли ты их внимания.

— Клянусь, что здесь для тебя нет угрозы, — вдруг повернулась ко мне Арли и протянула руку. — Никто и ничто здесь не навредит тебе и не поранит ни тело, ни душу. Клянусь в этом жизнью и даром. Пусть род будет мне свидетелем.

Мою принцессу окутало ярчайшее золотое сияние, которое осветило комнату, словно маленькое яркое солнце. А когда оно угасло, я спокойно шагнул через порог, взял девочку за руку и коротко поклонился ее предкам, одновременно их поприветствовав, прекрасно понимая при этом, что поклялась она в том числе и с их молчаливого разрешения.

— Подойдите, — велел сидящий во главе мужчина среднего возраста, который, судя по внешнему виду, по положению за столом и в том числе по царящему вокруг него ореолу силы, был в этой компании самым значимым лицом.

Арли легонько потянула меня вперед, и мы, по-прежнему держась за руки, прошли мимо стола, к тому самому человеку, который пожелал рассмотреть нас поближе.

Рядом с ним, что показательно, стоял никем не занятый стул, причем всего один, и именно на него мужчина нам и указал, тем самым как бы предлагая решить, кто именно достоин на нем устроиться.

Я, недолго думая, отодвинул стул в сторону, после чего преспокойно уселся сам, а затем протянул вторую руку к Арли. И юная провидица без колебаний пристроилась у меня на колене, тогда как я лишь бережно ее обнял и придержал, чтобы ненароком не свалилась.

И вот после этого на суровом лице последнего почившего тана рода Хатхэ появилась мимолетная улыбка. Царящее за столом напряжение заметно спало. Дамы при виде такого грубого нарушения этикета тихонько поулыбались, господа так же тихонько похмыкали кто в усы, а кто просто так. Тогда как я неожиданно понял, что все сделал правильно. Впрочем, даже если бы такую вольность предки Арли и не одобрили, я все равно поступил бы так же. Просто потому, что сидеть, когда она стоит, я бы не стал. А стоять, когда все сидят… ну это так себе решение, которое ненавязчиво бы намекнуло присутствующим, что я считаю себя выше их.

— Ну здравствуй, Адрэа, — наклонил голову тот самый мужчина, который начал разговор. — Мое имя Иррус Хатхэ. В этом мире я — действующий тан и глава рода Хатхэ… рода, из которого ты вознамерился увести самую перспективную и самую сильную провидицу за последние два столетия.

Я мысленно присвистнул.

Ничего себе предъява, да? Не успел, понимаешь, зайти, как сразу ткнули мордой в салат.

— Прошу прощения, лэн, но я пока никого и никуда не увел, — предельно вежливо ответил я. — Да и Арли — вовсе не та лэнна, которую можно взять и куда-то увести, как покорную овцу.

— Я сама его выбрала, — тут же насупилась Арли. — И вообще, у меня судьба такая — идти следом за ним. Вернее, вместе с ним. Я уже говорила.

Лэн Иррус в ее сторону даже не посмотрел.

— И все же, молодой человек… может, вы рассмотрите и другие варианты?

Какие именно? Вступить в чужой род?

Я вместо ответа наклонился к недовольно сопящей девочке и негромко спросил:

— Солнце, как считаешь, у нас есть другие варианты?

— Нет, — фыркнула она, демонстративно сложив руки на груди. — Я уйду с тобой. В другой род. И точка.

— Что за род? — мгновенно насторожился тан. — Ты мне раньше об этом не говорила.

Арли зыркнула на него из-под бровей и так же демонстративно умолкла.

— Милая-а-а… не вынуждай меня с тобой ругаться и принимать меры. Это важно для нас. Для меня, для Хатхэ. Если ты что-то видела, будь добра, поделись.

— Поделюсь, — буркнула юная лэнна Хатхэ. — Когда Адрэа скажет, что уже можно.