Батальоны просят воды - Владимир Николаевич Прямицын

полков в полосу фронтового тыла на направление этих армий была выделена 44-я гидротехническая рота, которая за 19 суток построила 50 и отремонтировала девять колодцев в районах, имевших пресную воду[61].

В составе десанта на Малой земле были воины 54-й гидротехнической роты. В тяжелых условиях, под сильным огнем противника они обеспечили войска водой. 1 апреля 1943 года по постановлению Военного совета 18-й армии рота была направлена на восстановление участка водопровода от Кабардинки до цементного завода «Октябрь», протяжением 19 км. Водопроводная линия от артиллерийского огня и бомбовых ударов противника сильно пострадала. За 15 суток воины восстановили ее, ликвидировав разрушения в 52 местах. Чтобы не пускать воду в занятый врагом Новороссийск, в районе цементного завода «Октябрь», в 20 м от переднего края, саперы перерезали трубопровод и поставили заглушку. Все участники этой операции были награждены медалями «За отвагу»[62].

В дополнение к штатным подразделениям, для лучшей организации обеспечения водой в войсках создавались нештатные команды водоснабжения. В каждом батальоне (дивизионе) для решения этих задач выделялось отделение, в дивизионном и корпусном саперных батальонах – рота, а в инженерной бригаде – батальон полностью и по роте в других батальонах. Объем работ по организации водоснабжения войск наглядно демонстрируется следующими цифрами: в период подготовки к контрнаступлению войск Сталинградского фронта к обеспечению наступающих войск водой были привлечены несколько гидротехнических рот и рот полевого водоснабжения, а также 45 саперных рот[63].

В третьем периоде Великой Отечественной войны в операциях 1944–1945 годов появились такие элементы боевого порядка и оперативного построения инженерных войск, как гидротехнические группы и отряды водоснабжения. Большой объем работ по водоснабжению был выполнен при подготовке и проведении Крымской операции весной 1944 года. Так, 6-я, 54-я гидротехнические роты и 56-я рота полевого водоснабжения в ходе подготовки операции оборудовали на Таманском полуострове 98 источников воды общим дебитом 3,9 тыс. м3 в сутки. В ходе наступления в Крыму 6-я, 16-я и 54-я гидротехнические роты обследовали 350 шахтных колодцев, родников и скважин, восстановили водопроводы в городах Керчь, Феодосия и Старый Крым.

Сложнее обстояло дело со снабжением войск водой в исходных районах для наступления во 2-м и 3-м Украинских фронтах при подготовке Ясско-Кишиневской операции. Потребовалось обследовать все источники воды, закрыть непригодные, отремонтировать сохраняемые и отрыть новые. Только в полосе 2-го Украинского фронта было отрыто и отремонтировано более 2,5 тыс. колодцев. Для выполнения этих работ, кроме частей полевого водоснабжения, было привлечено по одному специально подготовленному взводу от каждой армейской бригады. В результате каждый стрелковый и танковый батальон имел не менее одного пункта водоснабжения. Большинство источников, используемых войсками, находилось в системе ходов сообщения, что давало возможность пользоваться водой в любое время суток. В траншеях переднего края были устроены ниши и установлена тара с питьевой водой[64].

Отступая под натиском советских войск, противник стремился превратить оставляемую территорию в зону пустыни. Он приводил в негодность водопроводы и колодцы, засыпал мусором и трупами животных водохранилища, отравлял воду с помощью химикатов. Можно было рассчитывать лишь на воду из подземных источников. В этой связи объем работ, связанных с водоснабжением войск в наступлении, значительно возрастал. Важнейшее значение отводилось разведке воды, которую обычно проводили группы из четырех-пяти подготовленных саперов. Кроме них в состав общевойсковой и инженерной разведки включались три – пять саперов-гидрологов[65].

Примечательно, что в период наступательных операций Красной армии вода приобрела еще и сакральный смысл. Одним из самых известных агитационных плакатов, посвященных взятию Киева и форсированию Днепра, стало произведение Виктора Иванова под названием «Пьем воду родного Днепра», созданное в 1943 году. Центральным образом плаката стал солдат-красноармеец, пьющий воду из каски, которую он зачерпнул в Днепре. Казалось бы, в самом образе нет никаких примечательных элементов, однако сам он весь словно источает торжественность момента и твердую решимость в том, что освобождение советских земель успешно продолжится и дальше. Для большего эффекта плакат в ярком соцреалистическом стиле подчеркивает намерения красноармейцев-освободителей: «Пьем воду родного Днепра, будем пить из Прута, Немана и Буга!»

Всего за время Великой Отечественной войны была проведена разведка более 53 тыс. шахтных колодцев и более 500 только глубоких скважин, а также выполнено более 20 тыс. химических и более 15 тыс. бактериологических анализов воды. При разведке подземных вод было пробурено более 800 мелких и глубоких скважин. В большинстве городов и населенных пунктов производилась специальная разведка головных сооружений водопроводной сети и системы электроснабжения[66].

Безусловно, такая масштабная работа не могла быть проведена без соответствующей материальной базы. Известный теоретик и практик военно-медицинского дела В. А. Виноградов-Воложинский, возглавлявший в годы Великой Отечественной войны кафедру военной гигиены Военно-медицинской академии, охарактеризовал этот аспект следующим образом: «Современная весьма сложная и ответственная задача полевого водоснабжения может быть разрешена лишь при применении мощных технических средств»[67].

В годы войны существенно расширилась номенклатура технических средств водоснабжения. В дополнение к тем, что существовали в Красной армии в 1941 году, появились земляные буры, мелкие трубчатые колодцы, глубокие трубчатые колодцы, буровые станции, агрегаты вращательного бурения, ручные штанговые насосы, штанговые насосы с лебедками, диафрагмовые насосы, эрлифты, новые фильтры, возимая фильтровальная станция ВФС-1000. Появились резервуар-цистерны РЦ-1200 на базе ГАЗ-АА, ЗИС-5, ЗИС-6, резервуары БТР-1000 и БТР-100[68].

Необходимо упомянуть, что водоснабжению войск уделялось существенное внимание и у союзников, и у противников СССР. В частности, значительные усилия в этом направлении прилагались в Германии. Об эффективности этой работы в стане противника говорит пример танковой армии под командованием генерал-полковника Э. Роммеля. До начала Второй мировой войны пустыни на севере Африки не рассматривались как театр масштабных боевых действий. Эксперты предполагали, что из-за недостатка воды в египетской пустыне может находиться войск суммарно не более бригады. Однако в составе немецких войск на севере Африки решали задачи 580-й моторизованный батальон водоснабжения и 300-й водоразведочный батальон оазисов, что позволило снабдить водой танковую армию[69].

С победой над Германией боевые действия перенеслись на Дальневосточный театр, который по сравнению с Европейским был более сложным с точки зрения водоснабжения. В условиях пустынно-степной безводной местности, где сосредоточились части и соединения Забайкальского фронта, прежде всего требовалось снабдить войска водой. В районах, в которых предстояло вести боевые действия, рассчитывать приходилось лишь на подземные воды[70].

Особые трудности пришлось преодолевать в ходе Хингано-Мукденской фронтовой наступательной операции. Для Забайкальского фронта, наступавшего в пустынно-степной местности, водоснабжение войск было сложной задачей. Еще до прибытия с запада основной массы войск для создания системы их водоснабжения было выделено пять инженерных батальонов и рота полевого водоснабжения. Они развернули работы в районах предстоящей