Делай – и учись. Как превратить обучение в управляемую систему достижения целей - Рустам Агамалиев

и заключается первое и главное отличие гражданского и академического подходов. А теперь, на раз-два-три, рассмотрим каждый из трех этапов освоения сложного навыка более детально.Раз: понять «зачем»

Работа по развитию сложного навыка начинается с познавательного этапа – поиска ответа на вопрос: а тебе это зачем?

Когда понимаешь «зачем», становится ясно, какой результат тебе нужен. А значит, появляется и стандарт: как именно ты будешь действовать, чтобы понять – получилось или нет. И тут, как ни странно, нужно совсем немного:

1. Провести исследование: что мы изучаем, зачем, какого результата хотим достичь.

2. Вдумчиво проанализировать составные элементы действия. Объяснить себе, что и как собираемся делать[85].

3. Декомпозировать навык на элементы, которые можно «изолированно»[86] практиковать.

После ответа на вопрос «зачем?», исследования навыка, формулирования результата и анализирования его составных частей начинается самая сложная работа. Сколько часов она займет – двадцать, как считает Джош Кауфман, или больше, – не имеет значения. Мы знаем, для чего это делаем, что само по себе мотивирует действовать и практиковать. Примером ниже я проиллюстрирую, что значит «ответить на вопрос “Зачем?”».

В 2019 году мне нужно было написать магистерскую работу по педагогике. До фактического написания оставалось два года, и я думал, что количество моих идей решает задачу «успешно защитить диплом». Однако оказалось, что скрытая проблема возникала тогда, когда необходимо было выразить идеи на бумаге или словами. В этот момент идеи куда-то исчезали, и я ничего не мог написать.

После очередной попытки создать педагогический мегаопус стало очевидно: невозможность выразить идеи превратилась в системную проблему, возникающую каждый раз при попытке написать фрагмент магистерской диссертации. Что делать? Ответ оказался прост: до сдачи оставалось два года, нужно было научиться собирать свои мысли и идеи в одном месте, то есть создать систему заметок. Она у меня уже была, но почему-то не работала.

Я стал искать методы работы с заметками и идеями, и это закономерно привело меня к Зонке Аренсу и его книге «Как делать полезные заметки»[87]. А еще через год – к компьютерной программе по работе с заметками Obsidian[88].

С помощью некоторых усилий и консультаций с опытными экспертами, работающими с заметками, я сформулировал результат, который хотел получить от системной работы с информацией (читая книги, статьи, просматривая видео, слушая подкасты):

Ежедневно записывать мысли об изученном и перерабатывать записанный материал в «магистерскую диссертацию».

Иными словами – «научиться заметковедению».

Анализ элементов заметковедения помог выделить его структурные составляющие[89]:

• переработка информации;

• написание заметок;

• связывание идей между собой;

• связывание идей с моей деятельностью.

Освоение этих навыков потребовало дополнительного изучения сопутствующих источников и тысячи часов практики. Каждый этап практики я документировал, все успешные приемы формализовывал в инструкции, а неудачи анализировал. В итоге часть записей, возникших при освоении сложного навыка заметковедения, легла в основу метода «нечтение», который позже я оформил в книгу[90] и курс «Как (не)читать книги».

Результатом работы над диссертацией стало то, что написание заметок превратилось в часть моей повседневной деятельности. Освоение техник потребовало значительно больше времени, чем двадцать часов, и причина у этого простая: все они – от переработки информации до написания заметок и связывания записей друг с другом – «допиливались напильником» под себя, то есть адаптировались под обстоятельства, в которых я находился.

Два: практика с обратной связью

Человек, осваивающий новый для себя навык, проходит адаптационный период, в ходе которого появляется связь между обучающимся и навыком: действия, получение обратной связи и снова действия. По сути, второй этап – это «практика, практика, практика», но с нюансом, который в случае самообучения часто остается недооцененным.

Я верю, что обучение – это не лекции, не говорящая голова, не информация, а деятельность и социальное взаимодействие. Именно эти два важных элемента создают условия для получения обратной связи, адаптации деятельности в соответствии с новыми вводными и последующего обновления практики, до очередной порции обратной связи.

Обратную связь можно получить двумя способами: от более опытного человека и от среды деятельности. В идеале будет объединить оба источника. В науке адаптация действий в соответствии с сигналами среды и наставника называется сильной петлей обратной связи или обучением с подкреплением.

Подкрепление возникает в момент, когда обучающийся соотносит контекст, в котором действовал, результат и характер выполненных действий. Ему не говорят (наставнику не следует, а среда не сможет) напрямую, что делать или что пошло не так, а создают условия, в которых он самостоятельно познает деятельность через личный опыт методом проб и ошибок.

Да, это «дорогостоящий» способ – он требует времени и соблюдения определенных условий. Именно здесь стоит вспомнить, зачем мы это делаем. Ведь если знать «ради чего», то цена[91] не имеет значения. Не только потому, что появляется понимание цели, но и потому, что обучающемуся ясно, какое место этот навык займет в его системе ценностей и повседневной деятельности.

Три: автоматизация и интеграция

Встраивание в повседневную деятельность и автоматизация исполнения – последний этап постепенного освоения навыка. П. Я. Гальперин называл это интериоризацией, Л. С. Выготский – развитием высшей психической функции. Суть одна: навык больше не требует значительных умственных усилий, приобретает ценность для исполнителя, приносит пользу и/или удовольствие, встроен в ежедневную рутину и, самое главное, обладает основными и второстепенными свойствами.

Академическая и гражданская позиции относительно освоения сложного навыка

Может сложиться впечатление, что академический взгляд сильно отличается от гражданского, но это не так. Они дополняют друг друга и вместе создают систему, подходящую для тренировки как психических навыков (внимание, память, саморегуляция), так и физических (хук справа, апперкот, жим штанги). Они также подходят для тренировки метанавыков («нечтение», заметковедение, логическое мышление).

Наиболее эффективно освоение сложного навыка происходит при корректно настроенной деятельности[92], включающей элементы как гражданского, так и академического подходов. В идеале это может выглядеть так:

1. Под присмотром наставника отвечаем на вопрос «зачем?» и определяем условия «успешного» освоения.

2. Исследуем составные части навыка и декомпозируем изолированные действия. Можно как самостоятельно, так и вместе с наставником.

3. Создаем условия, включая настройку среды[93] и возможность концентрированной практики продолжительное время. Крайне желательно настраивать вместе с наставником.

4. Творчески адаптируем деятельность в соответствии с обратной связью, не разрушая существующую рутину. Самостоятельно или в соответствии с рекомендациями наставника.

5. Автоматизируем исполнение и обновляем повседневную рутину с учетом того, чему научились. Самостоятельно.

Небольшое, но важное послесловие

В двух последних эссе я много писал о составных элементах навыка, называя их то действиями, то навыками, однако здесь скрыта методическая неточность, которую опытный педагог заметит сразу. В научном дискурсе существуют два связанных понятия: умение и навык, где навык является составной частью умения.

В этих эссе «сложный навык» – это то, что в науке называют «умением». А отдельные действия, из которых он состоит, – это «навыки». Например, умение вести заметки требует навыков работы с информацией, написания заметок и их связывания. Но можно пойти дальше и разложить каждый навык снова. Так, умение работать с информацией включает навыки скимминга, выделения главного