Бесы на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

— Давай, — разрешил я.

Честно говоря, на положительный результат я не рассчитывал. С Абсолютом мне не везло с самого начала. Крепкий орешек. А ведь Лука не обладал стопроцентным знанием, многое было построено на гипотезах и экспериментах.

Каримов вытащил из аккумулятора что-то тонкое, похожее на проводок с клеммами, и подсоединил к Абсолюту. Несколько секунд возился, чем-то щёлкая на верхней грани. После этого закрыл глаза, сел прямо и накрыл скарабея ладонью.

Я продолжал следить за представлением.

На уровне восприятия всплесков ки практически не ощущалось. Вообще не ощущалось. Впрочем, это можно списать на экранирование.

Лука сел так, чтобы не загораживать мне обзор своей спиной.

Затаив дыхание, я невольно усилил остроту глаз.

Лабораторный стол приблизился. И буквально через полминуты я заметил свет, о котором говорил каббалист. Поначалу слабый, но интенсивность выросла за считанные секунды.

Лука открыл глаза.

— Готово.

— В смысле, — охренел я. — Это всё?

— Да.

На лице Доброго Эха возникла победоносная улыбка.

— Он работает?

— Да.

— И… ты уже бес?

— Нет, — Лука с трудом сдерживал смех. — Чтобы изменить кого-то из нас, нужно разобраться с настройками. А они появляются в твоей голове.

— Так действуй.

— Может… ты первый? Артефакт принадлежит тебе.

Качаю головой:

— Нерационально. Ты разбираешься в этой системе. Редактируй свой психотип, а потом расскажешь, что надо делать. Я, знаешь ли…

— Чайник, — вспомнил прикольное слово Лука.

— Он самый.

— Что ж, — Каримов положил скарабея себе на ладонь. — Пожелай мне удачи.

— Не остаться в этом подвале, — перефразировал я классика «русского рока».

Добрый Эх закрыл глаза, и я чуть не пропустил момент, когда скарабей шевельнулся. Момент трансформации был настолько неуловим и быстротечен, что я решил: показалось. Но нет. Устройство, бывшее амулетом, вновь пришло в движение. Из плоского сделалось объёмным, выгнуло спину, обросло жёстким панцирем, отрастило крохотные лапки…

Я почему-то был уверен, что сейчас тварь вопьётся в ладонь каббалиста.

Или поползёт вверх по руке, чтобы достичь затылка…

Скарабей перестал шевелиться.

Напряжённо всматриваясь в лицо Эха, я невольно попытался уловить его эманации. Узнать, изменился ли рисунок возможностей. Даже не знаю, как объяснить. Если каббалист работает, напитывая энергией Знаки, я безошибочно почувствую, кто передо мной.

Что касается бесов…

Раньше я их не выделял из толпы.

Сейчас, встретив на своём пути вечноживущего, я просто знаю — вот он, застывший во времени. И это при том, что бесы не оперируют ки.

Насекомое сидело на ладони оператора неподвижно.

Секунды растягивались в нескончаемое ожидание. Если что-то и происходило, оно разворачивалось в недоступных для меня плоскостях восприятия. Цепочки, вычерченные на стекле, надёжно блокировали все потоки. Причём, в обе стороны.

А потом каббалист открыл глаза.

— Ну? — поторопил я.

— Можно выходить, — сказал Добрый Эх.

Раздвинув створки стеклянного куба, я выбрался наружу.

Прислушался к эфирным циркуляциям.

Определённо в психотипе этого человека что-то переменилось. Лука Каримов, легендарный мастер Знаков, всю свою жизнь охотившийся за бессмертием, перестал быть только каббалистом. Он, конечно, ничего сейчас не напитывал. Не заряжал куб, не изготавливал вставки для мехов. Но в нём было что-то ещё. Вроде одарённый, но…

— Не понимаю, кто ты, — честно признался я.

Каримов рассмеялся.

— Я, например, никогда не мог определить твой психотип.

— Но… — я замялся. — Что ты чувствуешь?

— Я бес.

— Как ты это понял?

— Даже не знаю, как объяснить. Тело не умирает. Не стареет. Все процессы… остановлены. И у меня исчезло осознание своей… конечности.

— Хм, — я задумался. — А что с прежним Даром?

— Сохранился.

— Ты можешь это доказать?

— Легко, — Каримов положил Абсолют на столешницу, достал из внутреннего кармана пиджака блокнот с ручкой. — Смотри.

Прямо на моих глазах каббалист набросал простенькую цепочку из трёх Знаков, взятых в треугольники. Соединил получившиеся фигуры линиями, замкнув контур. Убрал ручку и прикоснулся к самому сложному символу. Линии напитались силой, вспыхнули ярко-фиолетовым, а затем… вся цепочка исчезла.

— Тающие Знаки, — пояснил Каримов. — Простейшее упражнение для учеников.

В комнате воцарилась тишина.

Я поймал себя на том, что неотрывно смотрю на Великий Артефакт.

— Не дрейфь, — подбодрил Лука. — Я скажу, что надо делать.

— Он активен?

— Все блоки сняты. Кладёшь на ладонь — и понеслась.

Я сел на место, которое до этого занимал каббалист. С опаской взглянул на амулет… Мне почудилось, что скарабей слегка шевельнулся, реагируя на моё присутствие.

— Да, он тебя считывает, — подтвердил мои подозрения Каримов. — Я уйду в экранирующую капсулу.

У меня было всего несколько секунд, пока Добрый Эх не дошёл до дальнего угла лаборатории и не задвинул за собой створки. Я успел обдумать своё положение. Если эксперимент пройдёт неудачно, я лишусь собственного Дара. Способности, делающей меня практически неуязвимым! И это будет катастрофой для Рода. Потому что я не очень-то верю во всякие договора и юридические ограничения. Многие из моих врагов затаились лишь по одной причине — они знают, что я легко достану их.

А с другой стороны…

У меня никто не отнимет мои навыки. Боевой опыт. Расширитель, домоморф, призванное из иных реальностей огнестрельное оружие… Даже без хождения сквозь стены я останусь достаточно сильным, чтобы представлять угрозу для потенциальных противников.

Лишиться бессмертия — это глупо.

Страх убивает разум.

— Ладно, — тихо произнёс я. — Посмотрим, что ты умеешь.

— Включай! — крикнул Лука из своего укрытия.

— Как?

— Положи на ладонь. Закрой глаза. И ты увидишь… Впрочем, все видят разное.

— Что с настройками?

— Забудь про них.

Артефакт улёгся мне на ладонь.

Жук-скарабей вновь пришёл в движение, и в этом уже не приходилось сомневаться. Механическая тварь преобразовала себя, и теперь на моей ладони сидело реальное насекомое. Чёрные лапки упирались в кожу.

Я закрыл глаза.

И испытал очень странное чувство.

Абсолют просто сидел у меня на руке, при этом существо внедрилось в мою энергосистему. Скарабей подключился к устьям каналов и стал естественным продолжением меня. Чем-то напоминает соединение с мехом, когда ты управляешь машиной, совершенно не напрягаясь.

— Не бойся, — услышал я голос Каримова. — Жди.

Ждать пришлось недолго.

Перед глазами соткался призрачный образ скарабея, в голову влезло что-то инородное. Какое-то время меня сканировали. Считывали психотип, анализировали, оценивали потенциал. Я уж было настроился увидеть перед собой контекстное меню или какие-нибудь хитрые пиктограммы, но вместо этого в сознание вторгся голос:

Контакт установлен. Чего ты хочешь?

Голос был тихим, но я отчётливо воспринимал каждое слово.

— Какое управление? — спросил Каримов.

— Вербальное.

— Тогда просто договаривайся.

Инструктор от бога.

Мне нужна дополнительная сверхспособность. При этом я хочу сохранить текущий Дар.

Какая именно способность тебя интересует?

Бессмертие.

Пауза.

Проведён повторный расчёт. Тест на