Становление Патриарха - Сергей Александрович Малышонок

Он был не особо адекватен, порой «подвисал» и сбивался на своё «Помогите», но разговор потихоньку строился. Итак, как его звали, он не помнил, как и большую часть своей жизни, но вот последнее задание в его сознании отпечаталось. Товарищ был мастером-вором, едва ли не из тех, что могут спереть панталоны с бдящего городского стражника и исполнить перед ним зажигательную джигу, размахивая означенными панталонами и оставаясь совершенно незаметным. С учётом того, что призрак явно утратил эмоции, вряд ли он сейчас врал и приукрашивал — ему просто незачем было это делать. В общем, очень уважаемый в определённых кругах дядька. И вот его наняли за пять тысяч золотых достать из поместья графа Белоргана определённый посох с определённым набалдашником. Наниматель представился «господином Злотом», но это наверняка было вымышленное имя. Впрочем, вора это мало заботило, он получил аванс в две тысячи и пошёл на дело. Спокойно обошёл зачарованный забор, охрану, сигналки, проник в хранилище и вынес посох (и ещё пару сувениров уже чисто для себя). И всё бы хорошо, оставалось только так же тихо уйти, и никто ничего бы не узнал, но тут нелёгкая принесла гнома-мажордома, которому было поручено вынести посох, дабы явить его гостям. Гном вошёл в сокровищницу, посоха не увидел и сразу же принялся поднимать панику, активировать все возможные системы безопасности, звать стражу и так далее. В общем, пришлось срочно уходить, да ещё и импровизировать — ведь плановый путь эвакуации оказался перекрыт, как и два резервных.

Что было дальше, мы уже видели — вор решил смыться через главный вход, внаглую последовав за гномом, ведь тот поднимал тревогу и направлял охрану искать невидимок во все стороны, но… не к себе за спину. И всё было хорошо, но для последнего рывка к свободе взломщику нужно было пройти через банкетный зал, а там его смог заметить волшебник, скорее всего, с каким-нибудь артефактом-детектором, вроде того кольца с «Обнаружением Невидимости», что было у Ансельмо во время нашего путешествия «на ярмарку», только более навороченным, не суть. Суть в том, что в итоге посох — в труху, сам вор получил перелом грудины, травму рук и множество осколков в брюхе, более того, травмы не исцелялись ни зельями, ни услугами жрецов. Причём не только жрецов Хельма, которые оказались на месте быстрее всех, но и привлечённых уже позже ради расследования ребят, мягко говоря, не слишком этими хельмитами жалуемых — были у воров свои покровители, а у тех — свои служители. Пусть исцеление не было их сильной стороной, но лечить они могли. Однако в этот раз ничего не помогало, и наш безымянный вор благополучно помер, после чего его дух отправился не к Маску, Богу Воров, а вернулся в дом, где и пребывал в виде призрака вот уже сто пятьдесят лет.

На мой вопрос «а кто тогда прибил нашего бывшего нанимателя?» дух лишь развёл руками. Это был не он, ибо «честный вор». В том смысле, что бывали в его жизни разного рода разборки и всякие «перо в печень, никто не вечен», но именно заказы на устранение воры почти никогда не брали. В этом мире разделение криминала на разные профили было не только социальным явлением, но и прямым следствием воли божественных покровителей. Убийцам покровительствовал Баал, а ворам — Маск, и влезания в свою епархию ни тот, ни другой не ценили, как и попытки подопечных усидеть на двух стульях. Профессии же и там, и там очень рисковые, а потому нарываться на возможное неудовольствие покровителя, что мгновенно может вылиться в фатальную неудачу на работе с посмертным занесением в личное дело, желающих мало. В общем, всё как у людей, и Боги вели себя как типичные уголовники при разделе территорий, то есть «Крёстный Папа» одного синдиката очень крепко спросит, если его подчинённый вдруг начнёт шестерить на другой синдикат. Короче, кто и как траванул графа, оставалось тайной.

На этом полезность призрака закончилась. Нет, ещё он мог показать Айвел, как взламывать замки такого уровня при помощи подручных средств, но это когда плутовка проснётся. Впрочем, до этого благого мига оставалось не так уж и долго — беседа с призраком, с учётом его природы и проблем с памятью, заняла порядочно времени. Сверху всё так же горел и никак не сгорал дом, пламя словно закольцевалось в каком-то бесконечном цикле и никак не могло «доесть» строение, продолжая лишь исправно генерировать жар и дым. Но вот девочки всё-таки проснулись, и… пришлось поизвращаться, чтобы они смогли, прошу прощения за подробности, справить нужду. Но и этот неловкий момент мы преодолели и вернулись к методам взлома.

Дух матёрого домушника, несмотря на то, что сам вор немного помер, оказался весьма хорошим наставником и смог «на пальцах» объяснить, как нужно замок «слушать» и что в нём «щёлкать», а ещё — какие тут нужны инструменты. Далее, пусть и не с первого раза, Лин смогла вырастить из куска дерева несколько фигурных щепочек потвёрже, что вполне сошли за одноразовые отмычки, нужные к местному замку, а потому спустя полчаса пыхтения сокровищница поддалась, и дверь распахнулась. Внутри помещение было не особо большим, быть может, тридцать-сорок квадратных метров. На полу стояли массивные сундуки, на стенах висели полки, на которых, в свою очередь, лежали различного рода сумки, просто какие-то вещи и безделушки, в общем, если так посмотреть, было что выносить. Вот только нам было не до этого, наши взгляды были прикованы к очередной сияющей ране в пространстве, висящей в воздухе. Очередная точка перехода…

— Ну что, пойдём?

— Пойдём, — особых вариантов всё равно не имелось — сидеть в подвале вечно горящего особняка без еды можно было долго, но что толку?

Новая вспышка, и… мы в холле. Вокруг светло, горят магические светильники, ходят обычные слуги.

— Хо? Господа, разве вы не прошли в зал для гостей пару часов назад? О Боги, что с вами случилось⁈ И почем вы при оружии⁈ — тот самый словоохотливый слуга, что рассказывал о заблудившемся стражнике, умершем с голоду, с удивлением взирал на нас. И вот теперь в его байку верилось куда как сильнее.

— Мы… заблудились… и второй день тут блуждаем… — ошарашенно ответила Эндаэль.

— У вас поесть не найдётся⁈ — чуть смущённо спрятав трофейный лук за спину, уточнила Линвэль.

— Э-э-э-э? Пожалуй, я сейчас позову… — а вот это было лишним.

— Ты никому о нас не скажешь, — спешно надавил я телепатически, на ходу воскрешая в памяти нужные усилия и самые удачные решения.

— Да, конечно… господин! — посмотрел на меня как на любимого брата, друга и