Избранные циклы фантастических романов. Компляция.Книги 1-22 - Кира Алиевна Измайлова

видя мое удивление. — Бьярни и в живом виде мог поднять над головой вола и пробежать с ним пару миль, а еще он был прорицателем, вот после славной смерти и того… возвеличился. Погляди-ка, Бьярни, похоже на твоё имущество?

— Похоже, — кивнул тот, посмотрев на фотографию. — Ну точно, это я тогда по пьяни руны-то рассыпал, а потом манназ не досчитался, пришлось новые делать… Точно, мой.

— Руны? Такого размера? — не выдержал я: булыжник был размером с мой кулак, не меньше.

— А что? — не понял Бьярни. — Мелкие не ухватишь, а такие мне в самый раз! Да и для пращи годятся, мало ли, дичину какую подбить…

Я счел за лучшее промолчать, а вот археолог не удержался.

— А как же орел? — он показал второе фото.

— А это я чайку детишкам накарябал, — подумав, вспомнил Бьярни.

— Он у нас мастер изобразить чего-нибудь, — ласково сказал Дональд и ткнул его в бок. — Помню, завидев носовую фигуру его работы, чужие корабли драпали против ветра впереди собственного визга…

— Славные были деньки! — согласился Харальд и окинул взглядом собравшихся. — Ну, нам в самом деле пора! Бывай, потомок, молодец, что не забываешь…

Я вежливо кивнул.

— Счастливого Йоля, хо-хо-хо! — добавили предки хором и растворились в порыве ледяного вихря.

Свечи вновь (сами собою!) загорелись обычным пламенем, тёплым и ясным, и только иней на полу и на спинках скамей говорил о том, что в церкви только что побывали призраки.

— Надо бы поднять отца Уайта с пола, простудится ведь, — сказал кто-то и нервно хихикнул.

Началась суета, а я вышел наружу. Неподалеку реял Хоггарт с семейством — мы обменялись приветствиями.

Я посмотрел вверх — уже стемнело, шел снег, издалека доносились истошные вопли вразумляемой предком миссис Ходжкин, и на душе было легко и спокойно, будто на меня в самом деле снизошел дух Рождества…

ЛАГУЗ[31]

Лагуз — рискуют люди

на утлой лодчонке

средь бескрайнего океана,

дикие волны морские,

как кони, узде не послушны.

(Древнеанглийская руническая поэма)

1.

После снежной зимы наступила прохладная весна, а за ней дождливое лето. Будто стремясь наверстать упущенное в прошлом году, природа разверзла небесные хляби, и прогулки мои то и дело приходилось откладывать. Затем я подумал, что этак все лето просижу взаперти, заказал себе зонт попрочнее, наисовременнейшие водонепроницаемые сапоги и дождевик и продолжил смущать взоры обитателей Блумтауна и окрестностей, разгуливая по округе в любую погоду.

Ларример ворчал, мол, я уже не мальчишка, чтобы бегать по лужам: этак можно нажить ревматизм, подхватить воспаление легких или что похуже, — но я отмахивался.

В один из таких пасмурных дней, когда тучи низко опустились над Блумтауном, а в воздухе висела мелкая морось, я привычно вышел из дома. На сей раз по делу: мне нужно было на вокзал. Так-то бы я с удовольствием прошелся пешком, но мои гости вряд ли оценили бы прогулку в таких условиях с багажом наперевес.

Мелкий дождь перешел в тропический ливень. Я ехал медленно, не ожидая встретить никакой помехи на дороге, а потому удивился, когда мне навстречу вдруг показался автомобиль. Серебристый капот, медленно выдвигавшийся из пелены дождя, казался бесконечным, он походил на блестящую спину громадного обитателя глубин, поднявшегося из морской пучины с приливом…

Заглядевшись, я едва успел затормозить — капоты разделяло буквально несколько дюймов. Вот это, я понимаю, была бы сенсация для блумтаунской прессы: на совершенно пустом вследствие непогоды перекрестке столкнулись два лимузина!

Кстати, чей бы это мог быть «роллс-ройс»? Вроде бы визита особ королевской крови мы не ожидали…

Тут кто-то в дождевике с поднятым до ушей воротником постучал в стекло, и я опустил его.

— Вик, ты, может, сдашь назад? — произнес Сирил, ухмыляясь во весь рот. — Иначе мы тут не разъедемся.

Хорошо, что рядом не было дам: от неожиданности я высказался совсем не куртуазно.

— Ты откуда взялся? — пораженно спросил я, хотел было выскочить из автомобиля, чтобы пощупать кузена и убедиться в его материальности, но вовремя вспомнил о дожде. Нет, я не опасался промокнуть, просто не желал ехать встречать гостей, напоминая водяную крысу.

В итоге картина нашей трогательной встречи оказалась немного подпорчена зонтами (с ними в руках несколько затруднительно обниматься и хлопать друг друга по спинам) и галошами.

Сирил выглядел… думаю, не преувеличу, если скажу — сногсшибательно. Он будто помолодел лет на пять, куда-то пропало немного капризное выражение лица, а еще кузен сбросил пару десятков фунтов, не меньше, и заметно загорел. (Не как я в былые годы, конечно, но более чем заметно для британского джентльмена.) Вдобавок он был одет с иголочки, не со столичным, а прямо-таки заграничным шиком. Одна булавка для галстука стоила, навскидку, больше, чем Сирил мне задолжал за последние пять лет (а он не стеснялся занимать без отдачи).

— Ты что, все-таки ограбил банк? — сумел я наконец выговорить.

— Не совсем, — еще шире улыбнулся Сирил. — Да, поздоровайся с Мирабеллой!

Задняя дверца серебристой машины приоткрылась, и мне помахали сразу две руки — побольше и поменьше.

Я подошел поближе, чтобы лучше видеть спутниц Сирила.

— Добрый день, миссис Ва…

— Кертис, — с обворожительной улыбкой поправила она. — Рада снова вас видеть… и, кажется, вы называли меня по имени?

— Ах да…

— Познакомьтесь — это Ванесса, моя дочь.

— Очень приятно, — выговорил я, дотронувшись до девичьих пальчиков. — Виктор Кин.

— Рада встрече, — прощебетала она, — наслышана о вас, мистер Кин!

Девочка (да какая девочка, почти девушка уже, ей, если мне не изменяет память, должно быть лет четырнадцать) оказалась очень похожа на мать. Ох, чувствую, лишится блумтаунская молодежь сна и покоя, когда Ванесса начнет выезжать!..

— Но когда вы… как и где? — довольно понятно сформулировал я вопрос, снова повернувшись к Сирилу. — И почему сбежали?

— Начну по порядку, — сказал кузен, поудобнее перехватив зонт. — Для начала… Вик, ты помнишь мамину свадьбу с полковником?

— Разумеется.

— Ты бы желал себе подобного?

— Боже упаси! — искренне ответил я.

— Вот и я не желал.

— А как же Мирабелла? — я покосился на нее.

— А я уже однажды прошла через эту пытку, — весело ответила она, — и не видела смысла повторять. Вам, мужчинам, проще, а нам… После бессонной ночи — всё думаешь, всех ли пригласили, кого положено, хватит ли угощений и шампанского, не подведет ли кто, не испортится ли погода, — с утра мучаешься то с прической, то с платьем… Потом сама церемония, все эти поздравления… и к вечеру ты мечтаешь уже только о том, чтобы упасть и уснуть.