Грех Каина. Острые семейные конфликты на примерах подлинных уголовных расследований - Алексей Ракитин

Понятно, что при таком отношении к делу стали известны многочисленные случаи самоуправства, незаконных действий и решений большого числа высокопоставленных военнослужащих практически всех подразделений и частей военно-морского флота.

Активное вмешательство в расследование Администрации Президента было расценено многими руководящими работниками военного флота США как совершенно деструктивное воздействие, разрушающее единство воинской среды и взаимное доверие военнослужащих. Уже в 1994 и 1995 г. раздавались голоса, призывавщие не придавать случившемуся в Лас-Вегасе политической окраски и свернуть расследование, вышедшее далеко за рамки инцидента в Лас-Вегасе. Однако, существовала и другая точка зрения, согласно которой военному флоту нужно очиститься от того негатива, что на протяжении десятилетий отравлял жизнь воинских коллективов, и перестать быть «корпорацией избранных». Эту точку зрения активно защищал адмирал Джереми Майкл Бурда (Jeremy Michael Boorda), настаивавший на продолжении президентского расследования и даже вступивший из-за этого в открытый конфликт с группой других высокопоставленных офицеров военного флота. Надо сказать, что Бурда был для флотской элиты «чужаком»: во-первых, он являлся этническим евреем, что само по себе было нетипично для высшего руководства флота, а во-вторых, он сделал редкостную карьеру, став адмиралом, начальником Штаба Военно-морских операций без окончания Военно-морской академии в Аннаполисе. Неудивительно, что адмирал оказался в условиях изоляции со стороны сослуживцев и фактически столкнулся с хорошо организованной травлей. Многие уважаемые на флоте офицеры прямо утверждали, что адмирал «предал» интересы флота в угоду «штатским из Белого Дома» и поддержал президентское расследование исключительно с целью обеспечения собственного карьерного роста. А при таком отношении сослуживцев, согласитесь, легко получить в спину не только плевок, но и пулю.

Адмирал Джереми Бурда был сторонником бескомпромиссного расследования всех случаев харассмента и сексуальных преступлений на флоте, за что у части военнослужащих снискал репутацию «ренегата» и «предателя корпоративной чести». В начале 1996 г. репутация борца за нравственность оказалась под серьёзным ударом после того, как его обвинили в незаконном ношении двух знаков воинской доблести, на что он не имел права ввиду того, что никогда непосредственно не участвовал в боевых действиях. Это обвинение разрушило жизнь адмирала в буквальном смысле.

В конечном итоге адмирал Джереми Бурда, выражаясь метафорически, свою пулю получил. В начале 1996 г. в средства массовой информации странным образом «просочились» сведения о том, что он незаслуженно носит знаки «За доблесть в бою», фактически самочинно их присвоив. Информацию эту озвучил журналист «Newsweek» Дэвид Хэкуорт, хотя нетрудно догадаться, что тот явился лишь рупором других, куда более осведомлённых лиц. Долгое время высокопоставленные защитники адмирала из Администрации Президента игнорировали эту информацию, делая вид, будто оснований для внутреннего расследования не существует — не тот, дескать, повод. Однако волна публикаций в прессе и журналистских расследований на телевидении — явно кем-то отлично срежиссированная — всё-таки побудила Администрацию санкционировать предметное изучение выдвинутых в адрес адмирала обвинений. Впрочем, до этого дело не дошло: узнав о том, что Администрация Президента санкционировала в отношении него внутреннее расследование, адмирал Джереми Бурда покончил с собою 16 мая 1996 г.

Т.е. буквально через двое суток после трагических событий в доме Макдесси.

Обстоятельства смерти адмирала до сих пор остаются не до конца ясны. Известно, что он оставил два предсмертных письма, текст которых не оглашён даже спустя 15 лет с момента описываемых событий. Неясно, как именно был совершён суицид — акт судебно-медицинской экспертизы остаётся засекречен и поныне. Это тем более странно, что в США не принято делать особой тайны из документов подобного рода, особенно, если речь идёт о широко известных личностях (опубликованы, например, акты СМЭ Элвиса Пресли, Майкла Джексона, ДжонБенет Рэмсей и т. п. Американцы прекрасно понимают, что публикация такого рода документов привлекает интерес общественности и умеют на этом играть). Неофициально сообщалось, что адмирал покончил с собою двумя выстрелами в грудь, но насколько это соответствует действительности — неизвестно. Как мы увидим из дальнейшего, история самоубийства адмирала Джереми Бурда получит неожиданную перекличку с «делом Макдесси», но об этом будет написано в своём месте.

После этого вынужденного отступления от основного сюжета можно составить представление о той непростой обстановке, в которой проводилось расследование двойного убийства в доме Макдесси. Флот и без того пользовался уже весьма дурной репутацией среди населения, журналистов и политического истэблишмента. И самоубийство адмирала Джереми Бурда, случившееся в те же самые дни, лишь всколыхнуло подутихшие было страсти вокруг не прекращавшегося все эти годы расследования злоупотреблений на флоте. И тут новая скандальная и по-настоящему сенсационная история с неоднократными изнасилованиями белой женщины-военнослужащей чернокожими сослуживцами, признания этой женщины как записанные собственной рукой, так и оставленные на плёнке видеомагнитофона! И жестокое убийство этой женщины, последовавшее после её неоднократных обращений за помощью к старшим офицерам, которые в силу своего служебного долга должны были принять все необходимые меры для защиты чести и достоинства подчинённого! Если все эти детали станут известны журналистам, мог разразиться скандал, по масштабу не уступавший тому, что имел место после дебоша 1991 г. в Лас-Вегасе!

Этого нельзя было допустить, и потому руководство Военно-Морского флота решилось на вполне ожидаемый, хотя и не совсем законный шаг. Не дожидаясь завершения официального расследования двойного убийства в доме Макдесси, высшие руководители Военно-Морского флота решили купить лояльность Эдди Макдесси хорошенькой денежной выплатой. Сугубо для того, чтобы тот поменьше болтал языком перед журналистами и уехал куда-нибудь подальше от Вирджиния-Бич, не мозолил, так сказать, своим присутствием глаза. Эдди нельзя было отдать деньги просто так, в конверте или чемодане, выплату требовалось как-то формально мотивировать. Для этого ему в ускоренном порядке оформили страховую выплату за погибшего на флоте члена семьи.

Все лица, завербованные в Военно-Морские силы США, получают обязательную страховку, размеры выплат по которой зависят от большого числа критериев: срока службы, звания, должности, категории военнослужащего, страхового случая (степень тяжести ущерба здоровью, либо смерть) и условий его наступления (несчастный случай, нарушение техники безопасности, учения, боевые действия и пр.). Застрахована была, разумеется, и Илайс Макдесси. Хотя погибла она в неслужебное время и не на рабочем месте, было решено произвести все начисления «по полной программе», так, словно она являлась участником боевых действий. В результате уже в середине июня 1996 г. её муж получил 204 тыс.$ — это была очень значительная сумма, принимая во внимание должность Илайс и обстоятельства её гибели (никак не связанные с исполнением воинского долга).

Буквально через неделю после перечисления этой суммы на счёт Эдди Макдесси к специальному агенту Брайану Рикардо обратился представитель страховой компании «New York life insurance» с просьбой сообщить о ходе расследования гибели Илайс. Оказалось, что в середине апреля 1996 г. Илайс и Эдди Макдесси застраховали в этой компании свои жизни на 500 тыс.$ каждый. В качестве бенефициариев (получателей денег при наступлении