Советские морские десантные операции в Великой Отечественной войне - Владислав Львович Гончаров

гарнизон (гарнизонное подразделение «Чхончжин») состоял из полка, сформированного на базе местного пехотного училища, пехотного батальона, подразделений японской жандармерии и местной корейской полиции.

Командующий Нанамским дивизионным округом генерал-лейтенант Сокити Нисиваки ожидал советского десанта в районе Чхончжина и заранее отдал распоряжения по его отражению. Несмотря на это, он не усилил заранее городской гарнизон и не поменял дислокацию соседних гарнизонов: в горах в 8 км западнее Сейсина разместился отряд Яманэ, а расположенный юго-восточнее по берегу город Нанам, где разместился штаб округа, оборонял гарнизонный отряд генерала Такуми. Наконец, перевал Кванчжурен к северу от Сейсина прикрывала усиленная 2-я рота 1-го пехотного резервного отряда[92]. Всего под командованием генерала Нисиваки находилось около 16 тысяч человек, но в основном они представляли собой учебные и охранные части.

В Сейсине организованная оборона имелась лишь на господствующем над гаванью гористом полуострове Комульсан (Комацу). В качестве береговой артиллерии тут имелись только старые 75-мм горные орудия. Однако по ходу боев японские войска в городе получали подкрепления из соседних отрядов, а также пополнялись из состава отступавших с севера частей 137-й пехотной дивизии.

По данным воздушной разведки было известно, что в порту находятся только сторожевые катера и гражданские суда. Однако не исключалось, что в ходе отступления сюда подойдут новые пехотные части, и взять город будет уже сложнее – поэтому штаб фронта требовал торопиться.

Северная часть Корейского полуострова. С карты из американской монографии А. Гражданцева (1944)

Поскольку операцию приходилось готовить чрезвычайно быстро, никаких указаний о порядке высадки и действиях десанта на берегу, а также о порядке действий кораблей и авиации при обеспечении высадки штабом флота составлено не было. Согласно спешно разработанному плану требовалось сначала провести разведку порта авиацией и торпедными катерами, затем нанести по нему удар с помощью тех же самолетов и торпедных катеров. Затем в порту высаживалась разведывательная группа, которая должна была выявить систему обороны противника. В случае, если оборона признавалась достаточно слабой, начиналась высадка основных сил десанта.

Силы и средства десанта

Для участия в операции были выделены следующие силы:

• 40-й разведотряд штаба флота;

• рота 62-го отдельного пулеметного батальона Хасанского сектора береговой обороны;

• 355-й отельный батальон морской пехоты Шкотовского сектора береговой обороны;

• 13-я бригада морской пехоты;

• 335-я стрелковая дивизия.

В первый бросок десанта входил 140-й флотский разведотряд (60 человек) старшего лейтенанта В. Н. Леонова и 2-я рота старшего лейтенанта И. М. Яроцкого из 390-го батальона автоматчиков 13-й бригады – 121 человек; позднее предполагалось усилить разведку ротой 62-го отдельного пулеметного батальона (80 человек). Общее командование осуществлял начальник разведотдела штаба флота полковник А. З. Денисин. Отряд должен был боем произвести разведку порта Сейсин, в случае благоприятной обстановки занять причалы в гавани и удерживать плацдарм до подхода первого эшелона десанта.

Первый эшелон состоял из 355-го отдельного батальона морской пехоты под командованием майора М. П. Бараболько. Он должен был высадиться на плацдарме, занять порт Сейсин и удерживать его до прибытия второго эшелона.

Вторым эшелоном высаживалась 13-я бригада морской пехоты генерал-майора В. П. Трушина, который являлся командиром десанта. Бригада должна была занять порт и город Сейсин и удерживать их до подхода войск 25-й армии.

Третий эшелон представляла собой 335-я стрелковая дивизия полковника Волкова, она должна была высаживаться для усиления десанта и развития успеха.

Всего в операции принимали участие минный заградитель «Аргунь», старый эсминец «Войков», 5 боевых кораблей ТОФ, два сторожевых корабля (миноносца) типа «Ураган» 3-й серии, 6 ленд-лизовских фрегатов, 7 тральщиков, 6 «малых охотников», 18 торпедных катеров, 12 десантных судов и 7 транспортов. Силами высадки командовал уже знакомый нам А. Ф. Студеничников – бывший начальник штаба КВМБ, дослужившийся до капитана 1-го ранга.

Командующий Тихоокеанским флотом адмирал И.С. Юмашев

Начальник управления береговой обороны ТОФ генерал-лейтенант С.И. Кабанов

Командир сил высадки в Сейсине капитан 1-го ранга А.Ф. Студеничников

Командир 140-го разведотряда ТОФ старший лейтенант В.Н. Леонов

Поскольку десант приходилось перевозить постепенно, а угроза появление на море противника считалась минимальной, корабли в постоянные отряды не сводились – каждый раз для выполнения конкретной задачи из них собирались временные отряды. Соответственно, единого командира высадки и командира десанта тоже назначено не было, для каждого отряда они назначались отдельно и подчинялись напрямую командующему флотом. Отработка организации взаимодействия сил и управления ими также не проводилась. Столь грубое нарушение базовых правил проведения десантных операций объяснялось отсутствием времени на подготовку и стремлением как можно быстрее ускорить темпы высадки – но в итоге отряды кораблей действовали без координации, что неизбежно привело к ряду проблем.

Для воздушной поддержки десанта привлекались 2-я минно-торпедная авиадивизия, 12-я штурмовая авиадивизия, 10-я авиадивизия и 55-й отдельный дальне-разведывательный авиаполк. Всего был задействован 261 самолет, в том числе 188 бомбардировщиков и 73 истребителя.

Подготовка десанта

Начало десантной операции (высадка первого броска) назначалось на утро 13 августа, поэтому подготовка десанта началась сразу же и проводилась максимально оперативно. Уже днем 11 августа 13-я бригада и 355-й отдельный батальон морской пехоты были подтянуты к пунктам посадки в гавани Владивостока, а части 335-й стрелковой дивизии начали грузиться на транспорты в бухте Находка.

Однако в 4.45 следующего утра командующий 1-м Дальневосточным фронтом маршал Мерецков внезапно отменил операцию. В этот момент Юки уже был взят, первый бросок расинского десанта вышел в море, шла спешная подготовка десанта в Сейсин. Поэтому командование флотом решило не отменять операцию и через голову Мерецкова обратилось к главнокомандующему советскими войсками на Дальнем Востоке маршалу Василевскому. Было доложено, что в случае необходимости десант может быть использован в другом месте – например, для усиления десанта в Расине (на практике оно не потребовалось). Василевский одобрил решение Юмашева и распорядился продолжать подготовку к операции.

Еще во второй половине дня 11 августа подул юго-восточный ветер и все корейское побережье затянуло густым туманом. Воздушная разведка стала невозможна и командование флота отправило для разведки порта Сейсин четыре оснащенных поисковыми радарами ленд-лизовских торпедных катера типа «А-1» (№ 547, 548, 590 и 597) под общим командованием капитана 3-го ранга Кострицкого.

В 11.20 катера вышли из бухты Троица и в 20.30 на малом ходу вошли в порт Сейсин. Перед этим они были обстреляны двухмоторным самолетом противника, опознанным как Me.110. В порту катер № 597 выпустил по стоявшему у мола транспорту торпеду, но промахнулся, и она взорвалась о мол. Катера в течение двух часов обследовали гавань, но кораблей противника в ней не нашли и сопротивления не встретили. Затем катера вышли из гавани, но остались в районе Сейсина.

Высадка первого броска

Получив донесение от катеров, командующий флотом решил высаживать здесь разведку, не дожидаясь следующей ночи. В 7 часов утра 13 августа группа из шести торпедных катеров под командованием капитан-лейтенанта Марковского с отрядом разведчиков вышла из бухты Новик. Командир отряда полковник Денисин получил