Борьба с вредительством в СССР. 1927-1941 гг. - Олег Борисович Мозохин

и СНК СССР от 8 мая 1933 г.: «Было бы неправильно думать, что наличие новой обстановки и необходимость перехода к новым методам работы означают ликвидацию или хотя бы ослабление классовой борьбы в деревне. Наоборот, классовая борьба в деревне будет неизбежно обостряться. Она будет обостряться, так как классовый враг видит, что колхозы победили, он видит, что наступили последние дни его существования, – и он не может не хвататься с отчаяния за самые острые формы борьбы с советской властью. Поэтому не может быть и речи об ослаблении нашей борьбы с классовым врагом. Наоборот, наша борьба должна быть всемерно усилена, наша бдительность – всемерно заострена. Речь идет, стало быть, об усилении нашей борьбы с классовым врагом. Но дело в том, что усилить борьбу с классовым врагом и ликвидировать его при помощи старых методов работы невозможно в нынешней новой обстановке, ибо они, эти методы, изжили себя. Речь идет, стало быть, о том, чтобы улучшить старые способы борьбы, рационализировать их и сделать наши удары более меткими и организованными. Речь идет, наконец, о том, чтобы каждый наш удар был заранее подготовлен политически, чтобы каждый наш удар подкреплялся действиями широких масс крестьянства. Ибо только при подобных способах улучшения методов нашей работы можем добиться того, чтобы окончательно ликвидировать классового врага в деревне».

Таким образом, новая обстановка в деревне диктовала необходимость улучшения старых способов борьбы с классовым врагом и их рационализации в агентурной работе, учету, следствию, оперативной работе. Прекращение массовых репрессий и массовых выселений в деревне и запрещение арестов за маловажные преступления требовало от органов ОГПУ более осторожного отношения к производству арестов, чем то, которое наблюдалось. Прежде чем арестовать, предлагалось все тщательно взвесить, насколько арест, который должен являться крайней мерой пресечения, оперативно и политически целесообразен и необходим. Каждое оперативное действие должно быть не только агентурно и политически подготовлено, но и должно было способствовать еще большему укреплению авторитета советской власти.

Было приказано рационально использовать и организовать гласные и агентурные силы, поставив на такую высоту агентурную работу и следственное производство, чтобы удары по классовому врагу были более своевременными и мелкими, более отточенными и организованными. При ведении следственных дел предлагалось обязательно проверять показания обвиняемых и подтверждать фактическую сторону дела документальными данными. При ликвидации контрреволюционных, повстанческих, кулацких организаций и групп в деревне арестам предлагалось подвергать только организаторов и действительно активных участников. Массовые операции при этом воспрещались[567].

28 октября 1934 г. на Пленуме ЦК ВКП(б) Л. М. Каганович подвел итоги деятельности политотделов. Он доложил, что за два года было создано 3368 политотделов МТС и 2021 политотделов совхозов. Они добились больших успехов в деле превращения отсталого участка социалистического строительства – сельского хозяйства – в передовой. Учитывая то, что политотделы МТС выполнили поставленные перед ними задачи, пленум ЦК ВКП(б) постановил преобразовать их в обычные партийные органы, слив с существующими районными комитетами партии.

Несмотря на вышеуказанные послабления, борьба с преступностью в сельском хозяйстве продолжалась, она велась политотделами совхозов. 17 апреля 1935 г. начальник ЭКО ГУГБ НКВД СССР Л. Г. Миронов сообщил Сталину о раскрытых контрреволюционных группировках в зерновых и животноводческих совхозах. В докладной записке он показал работу заместителей начальников политотделов по линии ОГПУ о вскрытых ими контрреволюционных группировках, которые применяли в своей работе весьма активные формы вредительства. Разрушительная работа велась ими по линии уничтожения скотопоголовья, вывода из строя машинно-тракторного парка, организованного хищения, контрреволюционной агитации и террористических выступлений.

Были выделены группировки, уничтожавшие скот.

Свиносовхоз «Пламя» (Западно-Сибирский край). В ноябре 1934 г. ветсанитар Курлов отравил мышьяком 32 свиньи и 4 телят. Установлено умышленное распространение по фермам совхоза чумы, что вызвало падеж свыше 2200 голов свиней.

Тамбарский маслосовхоз (Западно-Сибирский края). В ноябре 1934 г. в совхоз прибыл уволенный из этого совхоза гуртоправ Зернов. Он приготовил 40 небольших кусков хлеба, в которые ввел мышьяк и положил этот хлеб в корм, чем вызвал отравление 37 голов высокоудойного скота.

Свиносовхоз «Спайка» (Омская область). В феврале 1935 г. ветфельдшер Вандышев произвел отравление молока, предназначенного для кормления поросят. Этим молоком отравились 4 доярки, пробовавшие его перед кормлением поросят.

Маслосовхоз № 82 (Омская область). Кулаком Садбековым была организована группа из казаков, уничтожавшая совхозный скот, мотивируя это местью за ликвидацию кулачества. Участники группы вводили через задний проход в организм животных небольшие березовые палочки с заостренным концом, чем вызывали проколы кишечника и падеж.

Тапинский мясосовхоз № 36 (Азово-Черноморский край). Группа лиц уничтожала и зарывала в навоз телят, полученных от преждевременного отела, зверски избивала скот, скрывала от учета абортировавших коров, дающих небольшой удой, нелегально доила их и присваивала себе молоко.

Овцесовхоз № 6 (Азово-Черноморский край). Группа лиц в количестве 18 человек уничтожала путем искусственного сохранения очагов заболевания и неправильного лечения заболевших овец. В результате пало свыше 18 тысяч голов.

Черепановский свиносовхоз (Западно-Сибирский край). В декабре 1934 г. была арестована группа в количестве 8 человек. Эта группа уничтожала свиней путем плохого их содержания, в результате чего за 1934 г. пало 634 головы, или 58,9 % приплода. Сорвала случную кампанию, что привело к недополучению 1400 поросят. Сорвала откормочные операции, вследствие чего к декабрю годовой план мясосдачи был выполнен лишь на 38 %. Расхищала поросят и концкорма. Убытки превышали 125 тысяч рублей.

Морозовский мясосовхоз № 17 (Азово-Черноморский край). На ферме арестована группа из 6 человек. Участники этой группы не выделяли из гуртов скот, больной инфекционными болезнями, чем вызывали заражение здорового скота; давали колхозникам в обмен на яловых коров больных.

Маслосовхоз № 61 (Западно-Сибирский край). Арестован ветврач Абрамович, который при лечении телят давал не соответствующие болезням лекарства, чем вызвал отравление 35 телят; заразил чесоткой 26 импортных производителей и через них распространил болезнь на 150 телят; забивал высокоудойных коров, в том числе 15 стельных; заразил лишаем 120 голов, не выделив из гурта больной скот.

Маслосовхоз им. Вохитова (Татария). Арестована группа лиц, возглавлявляемая бывшим заместителем директора И. В. Цветковым, которая в целях снижения урожая, уничтожала сортовые семена, для чего 510 цент. сортовой пшеницы ими смешано с рядовой; снижали нормы высева, заделывали семена в сухую почву, затягивали сроки сева и др.

Контрреволюционные группировки, ставившие своей целью срыв ремонта и поломку тракторов.

Ставрополь-Кавказский племскотоводсовхоз (Северо-Кавказский край). В ремонтно-механической мастерской совхоза арестована группа лиц из 4 человек, которые умышленно провалили своевременную подготовку мастерской к ремонту, не обеспечили ее необходимыми инструментами, заведомо годные детали выбраковывали и изготовляли недоброкачественные. В результате из подлежавших ремонту 20 тракторов ни один не был отремонтирован.

Егорлыкская межсоюзная мастерская Ростовского зернотреста. Арестована группировка из 5 человек. Участниками группировки был сорван ремонт тракторного парка. Из подлежащих ремонту 50 моторов