История Австралии - Ким Владимирович Малаховский

«Парламент, судя по недавним предложениям, может быть лишь фасадом, имитирующим то белое здание в Канберре, которое само во многих отношениях является только фасадом».

Вполне понятно, что коренные жители территории были неудовлетворены новым законом. Об этом убедительно сказал во время своего пребывания в Австралии в январе 1963 г. член Законодательного совета от коренных жителей Д. Гиз: «Вы можете спросить меня, что я предлагаю. Мне кажется, что, во-первых, большая часть решений по политическим вопросам должна быть перенесена из Канберры в Порт-Морсби, а во-вторых, необходимо, чтобы представители коренного населения принимали участие в законодательной деятельности на самой ранней стадии... Эти изменения нужно сделать немедленно. Следует сократить время для создания собственного ответственного правительства».

Однако австралийское правительство на дальнейшие уступки тогда не пошло. Реакция Совета по опеке на действия Австралии вследствие позиции, занятой колониальными державами и сочувствующими им членами совета, была вялой. Лишь представитель Советского Союза выступил с разоблачением лицемерных действий австралийского правительства. «Власть Палаты ассамблеи, — заявил он, — чрезвычайно ограниченна, поскольку генерал-губернатор и австралийское правительство сохраняют полный контроль над территорией и имеют право изменять любой закон, принятый палатой, или налагать на него вето... Если палате не будет дана власть утверждать законы и регулировать жизнь на территории и если ей не будут даны законодательные функции, а австралийские власти сохранят свою неограниченную власть над территорией, существо происшедших изменений будет весьма слабым и Палата ассамблеи будет фактически орехом без ядра... Основная проблема политического развития территории, а именно создание представительного парламента, наделенного всей полнотой власти, который явится краеугольным камнем будущего независимого государства, осталась нерешенной».

Советский представитель внес проект резолюции на 1239-е заседание Совета по опеке. В ее преамбуле выражалось сожаление в связи с тем, что управляющая власть не предприняла необходимых шагов для передачи всей власти народу территории в соответствии с § 5 Декларации о предоставлении независимости колониальным странам и народам, принятой на XV сессии Генеральной Ассамблеи ООН 14 декабря 1960 г. В постановляющей части резолюции предлагалось: а) подтвердить неотъемлемое право народа Папуа и Новой Гвинеи на самоопределение и независимость в соответствии с Декларацией; б) потребовать от управляющей власти выполнить постановления Декларации в отношении Папуа и Новой Гвинеи как можно скорее, во всяком случае, не позднее, чем к 20-й годовщине ООН; в) призвать управляющую власть принять срочные меры для передачи всей законодательной власти на территории Палате ассамблеи и исключить из избирательного закона дискриминационные пункты в отношении коренного населения; г) просить Генерального секретаря ООН дать указание директору информационного центра в Порт-Морсби довести эту резолюцию до сведения народа Папуа и Новой Гвинеи. Колониальные державы добились отклонения этого проекта резолюции.

Выборы в Палату ассамблеи состоялись в феврале — марте 1964 г. Коренное население территории, недовольное новым законом, в ряде мест, по существу, бойкотировало выборы. Так, на острове Новая Ирландия подавляющее большинство избирателей отказалось голосовать за выставленных кандидатов. Несмотря на нажим властей, в голосовании приняло участие всего лишь 25% избирателей.

В 1965 г. подопечную территорию Новая Гвинея посетила выездная миссия ООН. В беседах с ней многие члены Палаты ассамблеи прямо высказывали недовольство ходом политического развития территории. Необходимо принять конституцию, предусматривающую расширение прав коренного населения, утверждали они, «в противном случае территория будет иметь неприемлемую форму самоуправления, навязанную ей администрацией».

Во время дебатов, развернувшихся на заседании Палаты ассамблеи 22 января 1965 г., многие ее члены высказались за создание специального комитета по политическим делам, который бы разработал проект конституции территории. Представители коренного населения в палате упорно подчеркивали, что любая конституция для Папуа и Новой Гвинеи должна быть разработана на самой территории, необходимо также, чтобы она отражала волю народа. Нельзя допустить, чтобы Папуа и Новая Гвинея были поставлены в такое положение, когда нет другой альтернативы, кроме принятия конституции, поспешно составленной в Канберре. Они также говорили о том, что специальный комитет по политическим делам должен отвечать не перед министерством внешних территорий, находящихся в Канберре, а только перед Палатой ассамблеи Папуа и Новой Гвинеи.

Миссия ООН при всей благожелательности, проявленной к управляющей власти, не могла не отметить, что последняя не торопится предоставлять территории самоуправление, не говоря уже о независимости: коренным жителям по-прежнему не давали занимать сколько-нибудь важные посты в административном аппарате. «Лишь несколько новогвинейцев занимают значительные посты в администрации, — говорилось в отчете миссии. — Ожидается, что один туземный чиновник станет помощником районного начальника в 1967 г. и три — к 1969 г. В настоящее время имеются три туземных патрульных офицера и семь туземных патрульных офицеров подготавливаются. Исполнительная власть... находится полностью в руках австралийцев».

В своих выводах, составленных в весьма осторожных выражениях, миссия вынуждена была отметить, что необходимо принять меры, которые покончат с прямой формой управления. «Наиболее достойные представители коренного населения должны более активно участвовать во всех сферах жизни территории, вместо того чтобы пассивно ждать, когда администрация удвоит свои усилия по претворению в жизнь планов, в которых они заинтересованы. Единственный способ научиться плавать — это войти в воду».

В этой связи миссия предложила, чтобы «управляющая власть и Палата ассамблеи пришли к соглашению, в силу которого последняя действительно в состоянии будет осуществлять те мероприятия, ради которых она создана». Миссия также рекомендовала «немедленно подобрать среди коренных жителей территории лиц, которые... могли бы после кратковременной подготовки занять важные посты в центральной и окружной администрации».

Австралийские власти пошли на дальнейшее расширение представительства коренного населения в Палате ассамблеи. Выборы в палату в феврале — марте 1968 г. проходили уже иначе. Общее число членов палаты увеличилось с 64 до 94, местных жителей — с 44 до 69.

Одновременно претерпел реорганизацию высший исполнительный орган территории — Исполнительный совет, он был преобразован в Совет при администраторе.

В 1968 г. была принята поправка к Закону о Папуа Новой Гвинее, согласно которой в системе управления территорией создавалось семь департаментов. Их возглавляли члены Палаты ассамблеи, возведенные в ранг министров. Назначение министров происходило следующим образом: после консультаций между комитетом по назначениям Палаты ассамблеи и администратором территории составлялся список кандидатов, который передавался на утверждение палаты, а затем направлялся в австралийское министерство по делам внешних территорий.

В 1968 г. была принята и другая поправка, в соответствии с которой Совет при администраторе вновь заменялся Исполнительным советом при администраторе. В него входили администратор (председатель совета), три официальных члена Палаты ассамблеи, назначенные австралийским министром по делам внешних территорий (по