Олимпиец. Том VI - Артур Осколков

Он вытащил серп и бросился на Аида со спины. Тот развернулся на каблуках и отразил удар мечом. Отшатнулся от удара, увидел меня и осознал, что нас отделяет пелена полупрозрачного пламени, очертившего вокруг них с Кроносом идеальный круг.

— Я сейчас! — крикнул я, судорожно вглядываясь в пламя.

Должно быть слабое место, обязано быть!

— Нет! — приказал Аид, когда я забил на попытку потушить пламя и собирался уже прыгнуть насквозь. — Не вмешивайся!

— Но…

— Я сказал: «Нет». Это мое дело.

Я хотел возразить, но, увидев решительность в его глазах, отступил. Только кивком пожелал ему удачи:

— Удачи, старик. Надери ему задницу.

Аид удивительно лихо кивнул и повернулся к титану. Тот больше не пытался напасть, наоборот — даже слегка отступил, словно давая сыну место на сцене.

Аид и Кронос синхронно пошли по кругу.

— Ты хотел поединка, отец! — холодно заметил Аид, вращая мечом. — Хорошо. Ты его получишь. Но на моих условиях.

— Поздно ставить условия, сын, — кровожадно ухмыльнулся титан. — Нападай. Я заставлю тебя гнить на этом песке. Посмотрим, как ты запоешь через пару лет такой жизни!

Кронос напал первым, быстро, как молния, но Аид, отразив удар, ловко взмахнул мечом, выпадом заставив Кроноса шагнуть назад. Они снова пошли по кругу, глядя друг другу в глаза.

— Боги Олимпа и Бездна, Аид! Зачем ты это устроил⁈ — зло воскликнула подошедшая мама. — Зачем этот риск⁈ В этом нет никакого смысла!

Я понимал ее и… одновременно понимал Аида. Да, он мог бы послать души на барьер и, скорее всего, сломить его под напором. Он мог бы вырваться, позволить душам спеленать Кроноса и притащить его к нашим ногам. Но…

— Потому что он зол, — ответил я, наблюдая за поединком. — И он хочет причинить Кроносу боль. Я знаю, что это глупо, да. Но это его решение, мам.

Персефона странно на меня посмотрела. Я нахмурился.

— Что?

— Нет, ты не подумай, я рада, что вы начали лучше общаться.

— Сейчас будет «Но».

— Верно. Но не тогда, когда титан угрожает сделать из моего мужа живой обрубок и пытать, чтобы я его отпустила.

— А ты бы отпустила?

Персефона помедлила.

— Не знаю. Давай надеяться, что до этого не дойдет, и твой отец победит.

Аид сделал рубящий, потом — колющий выпад, Кронос легко отбил оба и, внезапно пригнувшись, ринулся в нападение. Серп блеснул в воздухе, на сантиметр разминувшись с шеей Аида. Тот шагнул вперед, крутнулся на пятках и ударил Кроноса в лицо тыльной стороной кулака. Титан споткнулся, выправился и быстро отбил смертельно опасный выпад, нацеленный в шею.

Его ответный удар был так быстр, что Аид бросился на землю, перекатился и через мгновение снова стоял на ногах.

Они снова пошли по кругу. Я, как зачарованный, наблюдал за поединком.

Оба бойца обладали врожденным чувством равновесия и скоростью божества. Оба отточили свои навыки в тысячах битв. Аид был моложе и менее опытен, но, в отличие от своего отца, не провел последние тысячи лет в заточении. Кронос обладал большей энергией, но долгий бой с тенями и Ахиллом забрал часть его сил.

Теперь оба они бились хладнокровно и терпеливо. Каждый знал, что малейшая ошибка станет последней. Каждый прощупывал другого в поисках слабых мест; каждый пытался предугадать движения другого.

Шаги бойцов стали быстрее, меч и серп столкнулись в кружении мерцающей бронзы.

Аид сделал выпад. Кронос отбил, восстановил равновесие и сделал молниеносный ответный удар; его клинок скользнул по доспеху Аида, оставив глубокую борозду. Оба противника, словно по обоюдному согласию, шагнули обратно к центру круга.

Я знал, что их танец мог затянуться надолго. Выносливости у них было хоть отбавляй, и потому, шанс ошибки тоже снижался, но я также знал, что в бою сила и скорость меркнут перед волей бойцов. Кронос желал победить, да, но даже победа ничего ему не давала, и в душе титана все больше и больше прорастало сомнение — не лучше ли бросить последние силы на попытку сбежать и прорваться наружу? Аиду же было просто плевать. Он ненавидел Кроноса всей душой и просто хотел причинить ему как можно больше боли, прежде чем бросить его гнить в подземелье. И я гадал: не было ли слабостью Аида то, что в глубине души его не волновало, проиграет он или нет.

Аид снова напал. Кронос пригнулся, уйдя от убийственного замаха, его клинок сверкнул и рассек щеку сына. Аид отступил на шаг, вытирая кровь с лица, и Кронос снова напал.

Аид остановил удар, крутанул запястьем и вонзил клинок в плечо титана. Кронос отшатнулся назад, не позволив клинку войти глубоко, но серп выпал из его онемевшей руки. Толпа душ ахнула, несколько человек на холме закричали.

Кронос качнулся. Аид тут же присел, уходя от ответного удара кулаком, и его клинок полоснул сухожилия. Титан упал на одно колено. Аид тут же вскочил и, не теряя ни секунды, замахнулся для добивающего удара.

— КАК БЫ НЕ ТАК!

Чёрный песок поймал Аида за горло. Бог выронил меч, судорожно вцепившись в петлю из песка обеими руками, и захрипел. Кронос медленно поднялся с колен, властным пассом руки залечил рану в плече и вытер о мантию кровь. С презрением шагнул к едва дышащему сыну.

— А как же… Честная схватка? — сквозь боль, прохрипел Аид.

Кронос только пожал плечами.

— Ты сам сказал. Мне нельзя верить.

Зря он отвлекся. Прыгнув сквозь пламя, я приземлился за спиной Кроноса и с силой вонзил нож в спину титана. Кронос зашелся от боли, пошатнулся и на секунду ослабил хватку. Аид только этого и ждал. С рычанием он разорвал песочные плети, отпихнул титана назад и упал на колени, жадно хватая ртом воздух. Кронос уже занес было серп, но Ахиллес, бесстрашно шагнув в огонь вслед за мной, подхватил меч господина и полоснул титана по рёбрам, оставляя глубокий порез. Другие герои, презрев боль от огня, бросились следом.

Титан крутанулся на месте, снова взывая к силам песка. Гектор отлетел с проломленной грудью, Аякса разорвало пополам. Одиссей успел отскочить, но и он потерял руку до локтя. Пламя потухло. Сотни безымянных воинов хлынули на титана со всех сторон, круша его копьями, топорами и мечами, позволив мне с Персефоной оттащить Аида назад.

Заметив побег, Кронос бросился к нам, но Ахилл снова загородил ему путь. Подобрав чьё-то копьё левой рукой,