Преподаватель - Юлия Хокка

влияла ночь, а может, и взаимное влечение. Несмотря на неготовность пойти на более серьезный шаг и переспать, проявить тактильность по отношению к Олегу очень даже хотелось. В голове сразу вспыхнуло четкое и осознанное желание, что именно хочу сделать, но слишком дерзкое и смелое для меня.

– Буквально все, что хочу?

– Да, для тебя рамок нет. Лично я готов ко всему, но, так как я знаю твой нераскрытый потенциал, который неизвестно, когда вдруг раскроется, давай недолго.

– Можешь глаза закрыть?

– Зачем?

– Мне неловко.

– М-да… – Он усмехнулся, но глаза послушно закрыл.

Руки тряслись, колени дрожали, пульс эхом отзывался в ушах. Меня накрывала куча различных эмоций. Дофамин вырабатывался вовсю, какой-нибудь серотонин, должно быть, тоже. Подойдя еще на полшага, я провела кончиками пальцев по груди Шефера и спустилась к прессу. Погладив кубики, заметила, как напряглись мышцы. Олег вздохнул, но глаза не открывал, как и просила. Больше не раздумывая, я присела на корточки и дотронулась до его живота уже не пальцами, а губами. Поцеловав несколько раз кожу чуть выше резинки штанов, провела по ней языком.

– М, Олесь, – сдавленно произнес Олег.

И я тут же встала на ноги.

Щеки пылали, все тело буквально трясло от страха и от возбуждения. Поднять взгляд на Шефера не хватало духа.

Что я только что сделала?..

– Неожиданно… – озадаченно произнес он.

– Ты сам сказал, все, что хочу.

– Никто и не спорит. Ладно, черт… Я правда удивлен. Но ты молодец, – Олег усмехнулся, – с заданием справилась на десять из десяти. Теперь, раз сказать сложно, просто покажи, что ты хочешь от меня.

Нервно покусывая губу, я аккуратно взяла его за запястье и поднесла руку к своей груди, но он ничего не сделал. Тогда я положила его руку на себя.

– Так? – спросил он, сжав грудь через ткань.

Отрицательно покачав головой, не в силах сказать ни слова вслух, я снова взяла его руку, но на этот раз направила под футболку.

Страстно впившись в губы, чуть ли не со стоном, Олег стал жарко целовать меня, запустив под футболку и вторую ладонь. Его пальцы осторожно перемещались по моей коже, словно изучая каждый миллиметр, каждый изгиб. Выгибаясь ему навстречу, я почти что сходила с ума от бушующего вихря чувств и эмоций и в конце концов не сдержавшись, протяжно застонала.

Тяжело дыша, Шефер отстранился и убрал руки.

– Хочу еще, – сорвалось с губ.

– Ты бы знала, чего хочу я. Поверь, Лесь, ты бы не просто стонала, ты бы кричала от удовольствия. Но надо остановиться.

Сердце продолжало стучать активнее, чем после сдачи стометровки, дыхание не успокаивалось. Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, и кивнула – скорее себе, чем ему, понимая, что пока не могу предложить большего.

Достав мороженое из холодильника и две ложки, Олег протянул его мне. Призадумавшись, он почесал шею, глядя в пустоту.

– Иди в комнату, поищи пока фильм. Я отойду в ванную на пару минут и приду.

– Хорошо.

Мы поставили подушки к спинке кровати и сели рядом друг с другом. Я закинула свои ноги на ноги Олега, а он, положив на них руку, в которой держал упаковку с мороженым, внимательно смотрел на происходящее в мультике. Кажется, он даже задержал дыхание вместе с девочкой, пока она проходила по мосту с новым другом. Улыбнувшись, я зачерпнула мороженое и отправила его в рот.

– Если ты будешь и дальше залипать, то такими темпами я все съем сама.

– Реально увлекло просто.

– А я говорила. Хочешь спойлер?

– Нет, не смей! – Шефер перевел на меня наигранно строгий взгляд.

– Короче, в конце они…

– Лесь.

– Так вот, они…

Положив свою ложку в пластиковую упаковку, Олег притянул меня к себе за шею и коротко поцеловал в губы.

– Тебе придется делать так весь фильм, чтобы я и дальше молчала, – улыбнувшись, сказала я.

– Тогда я все просмотрю, ну, блин, Лесь, – сведя брови, страдальчески произнес он.

– Ладно-ладно, так уж и быть.

Мы продолжили смотреть мультик и есть мороженое, больше я Шеферу не мешала.

Мультик близился к завершению, оставалось минут пятнадцать до конца. Олег буквально не отрывался от экрана, сюжет его затянул – было видно, как он сопереживал героям на протяжении всего времени. Очень радовало, что с выбором все-таки не прогадала. Я лежала на плече Шефера и игралась с его браслетами на запястье, так часто привлекавшими внимание на парах. На душе было спокойно. Стоило позвонить домой и узнать, как там дела, но мне хотелось просто побыть в этой уютной сказке и ничем не забивать голову.

Эмоции за день заметно вымотали. Я и не заметила, как уснула под звуки мультика и мерное дыхание Олега.

Глава 41

С Машей мы так и не встретились… У подруги снова возникли какие-то свои скандалы-интриги, в которые меня больше толком и не посвящали, так что на прогулки времени не осталось. Конечно, мы созванивались и списывались, делились новостями в двух словах, вот только на этом все.

Становилось очень грустно и некомфортно сразу по двум причинам: во-первых, я всерьез беспокоилась о Маше, она давно уже стала роднее сестры, а у подруги явно все шло совсем не гладко. Она до сих пор встречалась с двумя парнями, точнее, вернулась к своему придурку, но продолжала цепляться за Ярослава, и я на сто процентов была уверена, что Машка там уже вся испереживалась из-за этой истории. Раньше она такими вещами делилась со мной, но теперь, видимо, обходилась как-то сама или нашла поддержку в другом человеке. Очень печально и неприятно осознавать подобные вещи, сразу задаешься вопросами: дело во мне? Что я сделала не так? Где допустила ошибку, из-за которой отдалила близкого человека? Конечно, чтобы не загоняться, стоило просто обсудить это с подругой, но хотелось лично, а не по телефону.

А вторая причина грусти заключалась уже в моих неразделенных переживаниях: очень хотелось поговорить об Олеге. Кроме Маши, никто не знал, что я встречаюсь со своим преподавателем. Посвящать в такие пикантные подробности личной жизни Настю и Алену было как-то боязно… хотя порой прям распирало от желания сказать: «Я встречаюсь с этим альфа-самцом! Я! Этот горячий мачо – мой! И я без ума от него!» А еще от подобного желания начинало разрывать до пара из ушей, когда Марина несла какую-то ересь или озвучивала своим подружкам-змейкам план по завоеванию Шефера, который, по мнению этой стервы, постепенно приходил в действие. Со слов Рубиновой, Олег и взгляд