Государство в пути - Виктория Анатольевна Корочкина

во главе с М. Аббасом, которое должно было управлять обеими частями Палестинской автономии. Кроме того, на территории Сектора Газы должна была начать работу Центральная избирательная комиссия для организации выборов. М. Аббас связывал формирование единого правительства автономии с получением разрешения от ХАМАС на работу этой комиссии. Снова были подтверждены намерения о проведении выборов в институты ПНА и в Палестинский национальный совет.

Политический процесс, направленный на достижение компромисса, осложнялся несколькими факторами. Так, набирали силы негосударственные вооруженные группы, заинтересованные в расколе палестинской политической системы и ослаблении центрального правительства.

Эта тенденция наблюдалась даже внутри ХАМАС, отличавшегося от ФАТХ как раз своим единством и внутренней демократией. Внутри исламистского движения усиливались дебаты по вопросу создания палестинского правительства национального единства. Так, в апреле 2013 г. внутри ХАМАС прошли выборы нового руководства. В Политбюро организации не прошел лидер движения в Секторе Газы Махмуд аль-Захар, возглавивший оппозицию соглашениям в Каире и Дохе. Победу одержал Х. Машаль, приверженец членства ХАМАС в ООП. Это означало, что силы (Саид Сиам, Махмуд Захар и Абу Зухари), ставившие сохранение власти в Секторе Газы выше членства в ООП и «палестинского примирения» потерпели поражение, а победили сторонники идеи объединенного правительства, а также политических методов борьбы.

Политическое руководство ХАМАС и ФАТХ работало над формализацией своего фактического контроля в виде единой политической системы и централизованных институтов власти: был одобрен план министра внутренних дел Хании Кавасми, направленный на восстановление порядка и упразднение анархии. Все организации, отвечающие за вопросы безопасности, должны были подчиняться единому военному командованию; М. Аббас назначил Национальный совет безопасности для объединения разрозненных силовых структур; глава ПНА и премьер-министр Израиля Ольмерт договорились о реализации плана американского генерала Кейта Дейтона о дислоцировании президентской гвардии на пропускном пункте Карни и по внешнему периметру Газы с целью предотвращения полета ракет Кассам[463].

Формированию кабинета по-прежнему препятствовали силы внутри ФАТХ и ХАМАС, считавшие приоритетом сохранение своей власти на Западном берегу реки Иордан и в Секторе Газы соответственно. Политические процессы в регионе, вызванные «арабской весной», вроде как привели к изменению подобного положения дел[464]. В ФАТХ более чувствительно стали относиться к настроениям «палестинской улицы» даже в ущерб клиентским отношениям с западными «патронами». В ХАМАС сторонник сближения с ООП Халед Машаль был переизбран лидером движения, которое нуждалось в политическом деятеле, способном отстаивать его интересы на международной арене в свете наметившегося снятия блокады Сектора Газы в результате событий «арабской весны». Практически была «прорвана» политическая и экономическая изоляция анклава благодаря политике властей Египта и официальным действиям эмира Катара, вытеснившего Иран в качестве основной силы и «спонсора», поддерживавшего исламистов. Однако в результате деятельность главы ПНА по объединению Палестины и созданию независимого государства со столицей в Восточном Иерусалиме (переговоры с Израилем и активность в рамках ООН) натолкнулась на очередное препятствие в виде действий «ХАМАСовцев», направленных скорее на создание собственного государства в Секторе Газы.

В данной ситуации сторонниками властей в Рамалле выступают левые светские фракции ООП: НФОП, ДФОП, «Народная партия» и «Фронт народной борьбы», мотивирующие свою позицию тем, что чем дальше палестинцы от внутрипалестинского единства, тем дальше от создания независимого государства[465].

Перспективы создания правительства национального единства зависят во многом от сближения интересов М. Аббаса и лидеров ФАТХ, с одной стороны, а также интересов ХАМАС на Западном берегу реки Иордан и в Секторе Газы с заинтересованными зарубежными региональными режимами – с другой стороны. Вероятность подобного сближения пропорциональна обязательствам, взятым каждой из сторон в деле разрешения внутреннего кризиса в ПНА, снятия экономической и политической блокады. Политические игроки на палестинской арене обладают, как правило, несовместимыми интересами, испытывая одновременно давление извне, что еще более затрудняет процесс достижения внутрипалестинского соглашения.

Вышеперечисленные факторы свидетельствуют о том, что для ПНА, как на Западном берегу реки Иордан, так и в Секторе Газы, технические решения в виде создания правительства национального единства или введения «чрезвычайного положения» не будут являться выходом из кризиса. Необходимо преодолеть результаты выборов 2006 г., приведших к сложной политической ситуации, которая требует фундаментальной трансформации внутри обоих политических объединений – Палестинской национальной администрации и Организации Освобождения Палестины.

Назрело изменение структуры правительства, а также необходимость возврата к президентской системе со сроком полномочий, зафиксированном в Основном законе. Президент должен возглавлять правительство, назначать и смещать министров, отвечать за внутреннюю и внешнюю политику ПНА (в качестве председателя ООП). Это позволит избежать существующего дублирования полномочий. Подобные меры потребуют внесения поправок в Основной закон, что осуществимо при наличии как минимум согласия между обеими политическими силами.

ООП должна быть реформирована. В настоящее время организация задействована исключительно в переговорах с Израилем о прекращении «оккупации». Проблема беженцев, палестинцев, проживающих в Израиле, а также в диаспоре, отложены до создания государства, то есть исключены из повестки дня организации. В свою очередь, институты ПНА так и не добились полной политической легитимности, эффективности, не стали независимыми органами. В значительной мере этому способствовало смешение полномочий между институтами ООП и ПНА.

ООП необходимо отмежеваться от институтов ПНА, чтобы организация смогла сконцентрироваться на решении общепалестинских проблем, а также представлять сторонников основных организаций, не являющихся ее членами, главным образом ХАМАС и «Аль-Джихад аль-Исламий».

Работа сформированного согласно Конституции правительства, со временем отработавшего положенный срок, должна быть оценена палестинским обществом. Эта оценка придаст кабинету легитимности.

На международной арене палестинцам необходимо выступать единой нацией, возглавляемой президентом, избранным всей совокупностью разрозненного палестинского общества. Среди членов ООН, признающих Палестину в качестве независимого государства – 135 государств, представляющих около 82 % населения земного шара. 50 стран организации Палестину не признают (схема 2). В числе первых большинство стран Африки, Азии и Латинской Америки, включая Бразилию, Китай, Индию, Индонезию, Нигерию, Пакистан и Южную Африку. Среди европейских стран, имеющих дипломатические отношения с Палестиной, – Албания, Беларусь, Болгария, Кипр, Чешская республика, Грузия, Венгрия, Исландия, Мальта, Польша, Румыния, Россия, Словакия, Швеция и Украина. Помимо Израиля, ключевыми странами, не признающими государственность Палестины, являются – Франция, Великобритания, США (обладают правом вето в Совете Безопасности ООН), а также Австралия, Канада, Германия, Италия, Япония, Мексика, Нидерланды, Южная Корея, Испания и Швейцария. Общая позиция вышеперечисленных государств созвучна израильской и исходит из того, что признание Палестины может быть достигнуто только с помощью двусторонних палестино-израильских переговоров.

Одновременно нельзя не отметить того факта, что в связи с застопорившимся мирным процессом правительства многих стран, отказывающие на данный момент независимости Палестине, сталкиваются с давлением со стороны своих парламентов и общественных групп, направленным на изменение политики в отношении Палестины. В Европе, например, Европейский Парламент, а также