Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен

— Это Уилли… Уилли Ривердейл и Стэнли Кеннеди, — шмыгнула она носом.

— О боже, только не Стэнли! — выдохнул он столь громко и отчаянно, что на мгновение испугался, не услышали ли его в соседних камерах.

— О господи… Вы знали его? — снова всхлипнула она.

Бад прижал трубку вплотную к губам, изображая полную растерянность и горе:

— О нет… Стэнли?! Неужели Стэнли погиб? Пожалуйста, умоляю вас, дайте мне мобильный номер Т. Перкинса! Вы же можете это сделать?

Глава 24

Три человека лежали посреди ровного серо-зеленого поля, оставленного под паром там, где прежде росла кукуруза. Стояло раннее субботнее утро, и Т. опоздал. Его люди вели перестрелку с домом больше часа, и теперь двое из них были мертвы, а облупившийся деревянный дом в пятидесяти метрах впереди был изрешечен как сито. Т. Перкинс стоял у патрульной машины чуть поодаль и смотрел на своего помощника, который лежал в неестественной позе и стекленеющими от удивления глазами вглядывался в бесконечность. Лео Маллиган попал ему прямо в горло, а после такого не выживают. Позавчему позади него с плотно сжатыми губами стояли помощник шерифа Януш Ковач и Доди Холл, готовые спустить курок, если этот старый дурак Лео Маллиган, отстреливающийся из дома, окажется настолько глуп, чтобы показать хотя бы кончик брови. Т. велел им оставаться у машины и подал знак помощнику Арредондо, который благодаря латиноамериканской смекалке успел укрыться за старым плугом, чтобы тот открыл огонь, как только Т. побежит вперед.

Последовала бесконечно долгая секунда, полная криков, выстрелов и дульных вспышек с обеих сторон, прежде чем Т. удалось добежать до ржавого прицепа со спущенными колесами. Целую вечность назад этот прицеп был гордостью Лео Маллигана, а теперь стал крепостью Т. Перкинса. Отсюда всё было как на ладони: погибший помощник шерифа Стэнли Кеннеди; Гонсалес Арредондо, опустошающий магазин за магазином за старым плугом; голый унылый пейзаж и плоская равнина за домом; и любимчик всего отдела Уилли Ривердейл — самый молодой сотрудник штата, который полулежал на ступенях крыльца в луже крови.

— Мне кажется, Уилли еще жив, Доди? — спросил он по рации. — Ты вызвала скорую?

В ответ донесся судорожный вздох, и этого было вполне достаточно. Скорее всего, эта оплошность лишит ее повышения.

Он уставился на изрешеченный дом. Если Лео Маллиган остался цел после такого шквального огня, значит, он обладал какими-то сверхспособностями, о которых наука еще не знала.

— Арредондо, глянь в мою сторону, — сказал он в рацию и получил в ответ утвердительный кивок. — Я укрылся за кузовом и ни черта не вижу. Посмотри: дышло прицепа не упало вперед?

— Нет, торчит прямо вверх.

— Ковач! — вызвал он помощника у патрульной машины. — Слушай сюда! Перебегай ко мне, Доди и Арредондо тебя прикроют. Все поняли? — Те подали знаки готовности. — Я оставляю рацию включенной. — Т. скомандовал начать огонь, и снова закружился ад из дыма, огня и комьев земли, которые выбивали пули перед плугом Арредондо. Лицо Ковача было залито потом, когда он заскочил в укрытие к шерифу.

— Толкаем прицеп к дому, понял задачу?

— Будет тяжело. Все шины спущены, босс, он стоит тут сколько я себя помню. Думаю, мы его и на метр не сдвинем.

— Сдвинем, еще как сдвинем. Надо. Уилли жив, я вижу, как он дышит.

Т. навалился грудью на задний борт и уперся в него руками. Затем отставил ногу назад и налег всем телом. Прицеп не сдвинулся, но ощутимо вздрогнул.

— Давай, Ковач, налегай! — скомандовал он.

Как только они ухватились поудобнее и колеса прицепа подмяли под себя первый сантиметр сорняков, в передний борт забарабанили пули. Звуки раздавались с секундным интервалом — резкие, металлические, словно медник колотил по котлу. Т. Перкинс ненавидел автоматическое оружие: ненавидел всей душой, терпеть не мог. Если янсеновский запрет на него действительно вступит в силу, жизнь служителей закона станет куда проще.

— Всё, я больше не могу, — стонал Ковач на каждых десяти сантиметрах их мучительного продвижения вперед. Ну что за нытик. Т. стиснул зубы; его старая спина протестовала каждой связкой и каждым суставом, но черта с два они теперь остановятся.

— Доди, слышишь меня?

— Да, я вызвала скорую, Т., честно вызвала! Прости!

— Быстро звони Дэниелу Смиту, пусть гонит сюда свой экскаватор. Нам нужна подмога, иначе мы тут на этой пашне и останемся, боюсь.

Они толкали прицеп вперед, как могли, пока не уперлись в дерновую кочку высотой всего несколько сантиметров, преодолеть которую у их изможденных тел уже не хватило сил. Они отпустили борт, и Ковач повалился на спину. Т. попытался разогнуться, но спину сковало как доской. Он мысленно выругался, глядя на Уилли, который лежал в двадцати метрах и смотрел прямо на них.

— ЛЕО! — заорал он во всю мощь своих прокопченных табаком легких. — Лео, выходи! Это Т. Перкинс! Если выйдешь прямо сейчас, тебе ничего не грозит. Ты можешь идти, Лео? Выходи, Лео, Уилли совсем плох, он умрет, если ты не позволишь нам забрать его, слышишь?! Мы прекращаем огонь на пять минут!

Он подождал немного, но ответа не последовало. Он уже кивнул Ковачу, показывая, что пора снова толкать, как вдруг в его кармане зазвонил мобильный. «Что за чертовщина!» — подумал он, едва сдерживая желание швырнуть телефон подальше. Т. дольше всех в участке сопротивлялся прогрессу и не хотел заводить личный мобильник. И с тех пор этот аппарат приносил ему одни неприятности.

— Может, это насчет экскаватора? Ответьте лучше, босс.

Т. попытался прикинуть в уме кратчайший путь от строительной конторы Дэниела Смита до дома Маллигана.

— Да, — бросил он в трубку, упрямо выпятив подбородок.

Но это был не Дэниел Смит, а человек, звонка от которого он ожидал меньше всего на свете. Звонил Бад Кёртис.

Голос Бада на том конце провода казался каким-то далеким и приниженным. Он говорил тихо, объясняя, что звонит с нелегального телефона и у него мало времени, так как садится батарея. «Отлично», — подумал Т. Перкинс, краем глаза наблюдая, как Доди Холл у патрульной машины отчаянно жестикулирует с трубкой в руке — видимо, она дозвонилась до Дэниела Смита и теперь пыталась направить экскаватор