Русь Эльфийская - Евгений Сергеевич Лазарев

Евгений Сергеевич Лазарев

Русь эльфийская

© Смирнов Н.М., предисловие, 2026

© Ермаков С.Э., послесловие, 2026

© ООО «Издательство «Вече», 2026

Е.С. Лазарев, 2011 г. Фото Н.М. Смирнова

Предисловие

Автор этой книги, Евгений Сергеевич Лазарев, был человеком незаурядных дарований. Он был увлечен наукой и наукой жил. Искренне влюбленный в Русский Север, исходивший вдоль и поперек Кольский полуостров, он побывал в непроходимых и опасных уголках Горного Алтая, открыл для себя просторы степной Бурятии и Монголии. По своей природе Евгений Сергеевич был исследователем и первооткрывателем. Этим устремлениям он подчинил всю свою жизнь. Неустанно занимаясь самообразованием, он свободно владел древнегреческим, латинским, английским, немецким, французским, итальянским и другими языками, изучал геологию и сравнительное языкознание. Возможно, готовил себе широкое поле для углубленного исследования древнейших цивилизаций, – их мифологических, религиозных и иных традиций. Он ставил перед собой цели, превышавшие силы и возможности рядового человека. Евгений Сергеевич был знаком с древнегреческими мистериальным школами, вполне изучил раннехристианский эзотеризм, немало времени отдал познанию архаических корней символики алхимических трактатов.

Не будучи профессиональным археологом, Евгений Сергеевич любил эту науку и с большим интересом следил за новейшими открытиями в палеоевропейской археологии. При всей широте и разнообразии научных интересов Е.С. Лазарева более всего притягивали Русский Север с его древними тайнами и раннеславянская Европа, поэтому неслучайно во второй половине 1980‐х он был приглашен на работу в редакцию журнала «Наука и религия». На 15 лет журнал этот стал местом воплощения его творческих задумок и одновременно – школой литературного мастерства. Благодаря «Науке и религии» читатели впервые познакомились с историческими и религиоведческими статьями Евгения Сергеевича.

В начале 2000‐х, в трудный для Лазарева период, волею случая и благодаря усилиям друзей, приглашен он был в издательство «Вече» в качестве редактора и научного консультанта. Здесь же издал он свою первую и единственную законченную книгу «Друиды Русского Севера», откомментированный труд Мавро Орбини «Царство славян» с большим послесловием, переводы книг «Славянские ключи к нордическому мифу» Эрнста Краузе и «Нордическая мифология» Бенджамена Торпа. Печально, но, как нередко случается с энтузиастами и людьми исключительных дарований, судьба не только одаривала, но и жестоко обирала Евгения Сергеевича. По причине своего слабого здоровья, жизнью и бытом стесненный, порой до крайней нужды, к 58 годам он пережил тяжелый инсульт и навсегда потерял возможность странствовать и исследовать любимый Кольский полуостров. Последние годы жизни Евгений Сергеевич был прикован к постели и все же не переставал напряженно работать – размышлять, писать, читать и собирать обширные материалы для новых своих работ. В 2023 году, после очередного сердечного приступа, в 70 лет, Евгения Сергеевича Лазарева не стало…

Хочется надеяться, что творческое наследие этого богато одаренного, исключительно преданного науке человека будет полезно будущим исследователям.

Предлагаемая вниманию читателей книга продолжает работу «Друиды Русского Севера». Е.С. Лазарев, к сожалению, не успел ее завершить, но мы публикуем ее как есть, включая тезисные наброски к заключительной части и приложения.

Н.М. Смирнов

Молитвы за эльфийских предков

Север неисчерпаем. И тот, кто волей судьбы был «в Братство Полярное вписан»[1], во всех своих исканиях многое увидит более ясно в надмирном и непостижимом свете Полярной звезды как высочайшего и вечного начала и истока. Так было с Андреем Леонидовичем Никитиным (1935–2005), писателем, историком, археологом, внимательным и академичным исследователем не только русских летописей, готских древностей и наследия духовно-мистических орденов, но и Поморского Севера; с Валерием Никитичем Дёминым (1942–2006), оставившим университетскую философию и профессуру ради своей, многими не понятой и не принятой экспедиции «Гиперборея», которой он отдал невосполнимо много сил и душевной энергии, а в конечном счете – и жизнь. Незакатный отблеск Севера лег на все деяния индолога, писателя, драматурга, историка, этнографа Натальи Романовны Гусевой (1914–2010). Автор сотен фундаментальных авторских публикаций, она совершенно исключительное значение придавала на первый взгляд второстепенной своей работе – переводу с английского знаменитой книги индийского брахмана и историка астрономии Бал-Гангадхара Тилака «Арктическая родина в Ведах», где сформулированы основы той полярной концепции происхождения индоевропейцев, которую развивала Н.Р. Гусева, вызывая жесткую критику оппонентов. С этими незаурядными, во многом не согласными друг с другом людьми связала судьба и автора этих строк; их памяти и неуловимому импульсу духовной преемственности исследований посвящает он свою новую книгу – непосредственное продолжение «Друидов Русского Севера» (М.: Вече, 2009).

Название новой книги, которую вы держите в руках, вовсе не столь метафорично и литературно, как может показаться на первый взгляд, но очень конкретно и даже исторично, хотя, пожалуй, тут правильнее будет говорить о мифологии истории, о метаистории, а не о событийной канве. С детства знакомый сказочный образ эльфов – очаровательных хрупких созданий с прозрачными крылышками, живущих в чашечках цветов, – действительно принадлежит миру литературы, поздней и романтически-сказочной. Но феи, эльфы, сиды исконных, традиционных верований германо-скандинавских и кельтских народов (от них пришли в русский язык эти слова) – это обозначение представителей более древнего человечества, нежели то, которое принято называть историческим. Это явствует и из мифологизированных средневековых повествований о заселении Северной Европы, и из еще более «предметных», хотя порой фантастичных и волшебных легенд, связанных со святыми местами и с мегалитическими памятниками. Таковы, например, германо-скандинавские предания о божественном кузнеце Вёлунде – повелителе эльфов, строителе лабиринтов; к его образу в этой книге мы будем обращаться неоднократно.

Но, может быть, самое убедительное в этом плане свидетельство – совершенно реальные, вещественные памятники глубокой древности, включенные в систему сакральных ценностей более поздних культур. В Шотландии, например, могущественными амулетами считались бережно оправленные в драгоценный металл скромные каменные наконечники стрел – подлинные артефакты неолитической эпохи. И назывались эти амулеты эльфийскими стрелами[2]. То есть люди каменного века, жившие на Британских островах задолго до кельтов, de facto именовались как раз эльфами, отождествлялись с ними!

Такие представления бытовали и в других регионах Европы, и на тех бескрайних просторах Северной Евразии, которые на протяжении последнего тысячелетия стали Россией. Ведь и на Русском Севере, в поморских краях, и в Сибири, вплоть до крайних пределов Заполярья, сохранились легенды о таинственном, древнем, субстратном населении этих мест, обычно именуемом чудью. Интересно, что это слово с незначительными вариациями (шуддэ, чуддэ и т. п.) исконно присутствует не только в русском, но и в языках других северных народов. Истолкования его различны, но вполне возможно, что это не заимствование из русского (или, наоборот, в русский), а какое-то древнее слово из субстратного языка, прародителя языков современных. Правдоподобно выглядит предположение, что это слово как-то связано с представлениями о кудесах, кудесниках, ведь и предания о чуди зачастую поистине волшебны. А кудесный и эльфийский – слова из одного и того же смыслового ряда.

Лицевая и оборотная стороны «эльфийской стрелы», которую в течение полувека носила на шее пожилая шотландская дама. Рисунок XIX в. из материалов