Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

06.08.2014 г., среда

Ночью я впервые за весь поход замёрз – было всего восемь градусов, Вадим утром сказал, у него градусник на столбике прибит. Мы с ним хорошо распрощались (может, и ещё когда встретимся, земля круглая), я ему оставил жалкие крохи продуктов, что у меня остались, и с лёгким рюкзаком зашагал к шоссе, до него с полчаса ходьбы. Долго стоять мне не пришлось, шла маршрутка с Ольхона, в ней было одно свободное место, как раз для меня, и через четыре часа я был в Иркутске. И оттуда – домой.

2015 год. Нижнеангарск – бухта Хакусы, Гремячинск – Усть-Баргузин

18.07.2015 г., суббота

Вторые сутки еду в поезде № 76 «Москва – Нерюнгри», уже свернули с Транссиба, катим по БАМу. Сейчас стоим на станции Вихоревка – хорошая ухоженная станция, вся территория выложена плиткой и вокзал аккуратненький, чистенький. Вообще, вся железная дорога за последние годы преобразилась, похорошела, приятно на станциях выйти и прогуляться.

Ехать нескучно, попутчики хорошие. Девушка с большим рюкзаком едет в Северобайкальск, они группой идут в поход на гору Черского, причём пойдут тем же путём, по Горемыке, где я в прошлом году пытался пройти и не прошёл, вернулся. Тургруппу она нашла по Интернету, их поведут опытные проводники, и они наверняка дойдут, но что их ждёт – она пока не представляет. Тайга, дебри, завалы – всё это она прочувствует через два дня, а пока едет, улыбается, наслаждается жизнью.

Ещё один попутчик в купе – мужик, вахтовик, едет на вахту в Южную Якутию. Они работают по полтора месяца, добывают золото открытым способом, в карьере. Он тоже много ходит с рюкзаком, только по Алтаю, так что у нас троих много общих разговоров про дела бродяжьи, про места, где кто бывал.

Я еду до Нижнеангарска, это самая северная точка Байкала. Оттуда я пойду на восточный (бурятский) берег Байкала и буду по нему спускаться вниз, к югу. Сколько пройду – не знаю, как карта ляжет, а картами запасся на всё побережье. Погода стоит тёплая, даже жаркая, днём до тридцати градусов.

Уже в сумерках проехали Братск, Ангару переезжали по плотине Братской ГЭС. Я был мальчишкой, когда её строили, помню романтику тех дней. Слова «Падунские пороги», «проран», «перекрытие Ангары» лились из радио каждый день, а теперь вот она: красавица-плотина стоит, упёршись своими крыльями в береговые скалы, удерживая с одной стороны Братское море, а с другой стороны далеко внизу бурлит Ангара. Зрелище впечатляющее! С тем и лёг спать.

9.07.2015 г., воскресенье

Продолжаем ехать по БАМу, всё ближе к Байкалу. Сейчас была станция Киренга, стояли двадцать минут, я прогулялся по перрону вдоль всего поезда. В голове поезда едет вагон, на нём надпись: «Рельсосмазочный вагон», а у самого колёса заржавевшие. Вот уж действительно – сапожник без сапог. Под столбом электрическим стоит пара ботинок – женские туристские ботинки, разбитые вдрызг. Какая-то туристка, видимо, вышла из тайги и распрощалась с ними (может быть, навсегда). Вокзал на станции большой, но… тишь, безлюдье вокруг. Людей мало, БАМ осваивается плохо.

Я ведь в этих местах работал в ноябре 1971 года. Я тогда был геодезистом, работал в геофизической партии, и нас, несколько человек, забросили сюда помогать другой партии, надо было «закрыть» площадь. Уже лежал снег, была настоящая зима, и наш маленький отряд двенадцать дней по колено в снегу рубил просеки и потом их нивелировал. Когда возвращались домой, в гостинице познакомился с изыскателями БАМа, тогда изыскания уже велись. Узнав, что я геодезист, они звали меня к себе работать, рисовали перспективу, какая здесь будет великая стройка. Тогда про БАМ ещё никто ничего не слышал, официально он начал строиться только в 1974 году. Я тогда отказался, а был шанс стать первопроходцем БАМа. Сейчас еду вдоль речки Киренги и вспоминаю те молодые годы. А откосы вдоль полотна усыпаны ромашками, лето благоухает.

В час дня доехали до Нижнеангарска. Смотрю, проплывает за окном весь этот небольшой городок, а поезд и не думает останавливаться. Я даже начал немного беспокоиться – едем и едем, всё дальше от города, может, здесь нет остановки? Нет, остановились, но далеко за городом, вокзал километрах в пяти от него. Я сошёл, вышел на дорогу, потопал по жаре назад, к Байкалу. Ехала «Лада-Калина», я голоснул, и мужик меня подвёз до города, а потом и по берегу Байкала, пока не упёрлись в пролив, дальше дороги нет. Я с ним хорошо расплатился, он остался премного доволен – подработал. На берегу установлена стела «Север Байкала», я её сфотографировал и стал думать, как переправиться через пролив на остров Ярки. Вскоре подплыли на лодке местные отдыхающие, я попросил, и они меня перевезли в две минуты, денег не взяли.

И зашагал я по пляжу. Ярки – это длинный песчаный остров шириной метров сто и длиной километров пятнадцать, он отделяет Байкал от поймы рек Кичера и Нижняя Ангара. В пойме гнездятся много птиц, поэтому здесь всегда работают учёные-орнитологи, надеюсь с ними встретиться. Идти по острову – одно удовольствие: иду босиком по самой кромке воды, волны буквально лижут мне пятки. Песок уплотнён до твёрдости асфальта, только чуть-чуть следы остаются. Если бы ещё нога не болела, было бы совсем прекрасно, но мне надо менять тазобедренный сустав, и я не знаю, стоит ли это делать. Вот и иду хромаю, вместо трости использую удочку, которую взял с собой с надеждой порыбачить. Погода жаркая, я часто купаюсь, отдыхаю. Вода тёплая – здесь мелководье, и Байкал прогревается хорошо. На берегу полно отдыхающих, приезжают сюда на моторках с семьями, с детьми, но чем дальше от Нижнеангарска, тем меньше.

В семь часов вечера мой путь неожиданно прервался – остров перерезала огромная промоина метров сто шириной, вброд её перейти нечего и думать, нужны плавсредства. Я здесь решил заночевать – нашёл хорошее место в затишке, кругом песок, прямо на него поставил палатку. Здесь хоть есть какие-то деревья: берёзки, кедровый стланик, а на том берегу, за промоиной – голый песчаный остров, ровный, как блюдце. Подплывали рыбаки, пробовали рыбачить – походили, минут пятнадцать блесёнки побросали, но ничего не поймали – уплыли. Они мне сказали, что этих промоин будет ещё несколько, так что один длинный остров Ярки превратился в несколько штук покороче, хотя по карте он обозначен единым.