Весь Рафаэль Сабатини в одном томе - Рафаэль Сабатини

Они пожали друг другу руки и расстались. Со вздохом и улыбкой Холлс повернулся, чтобы набить трубку, думая, что ему едва ли когда-нибудь доведется снова увидеть Такера.

Этим же днем он явился к Олбемарлу, который сообщил ему подробности. Холлсу предлагался важный пост с хорошим жалованьем, и если он будет достойно выполнять свои обязанности, в чем герцог не сомневался, то его в скором времени ожидает повышение по службе.

— Служба поможет вам стереть в памяти окружающих ваше прошлое. Когда впоследствии я, возможно, буду рекомендовать вас на какой-нибудь пост здесь, в Англии, то окажется вполне достаточным напомнить о ваших недавних заслугах в Индии, чтобы избежать других вопросов. Это временная ссылка, и вы можете верить мне, что она не продлится дольше, чем необходимо.

Холлс не нуждался в убеждениях согласиться на службу, важность которой превосходила все, на что он мог рассчитывать. Он откровенно заявил об этом, выразив глубокую признательность.

— В таком случае, если вы зайдете ко мне завтра утром, вас будет ожидать приказ о назначении.

Полковник удалился, торжествуя. Наконец-то после долгих лет Фортуна улыбнулась ему. И в самое время, так как он, обуреваемый отчаянием, уже был готов связаться с компанией фанатиков, мечтавших об очередной революции.

Холлс вернулся в «Голову Павла» в приподнятом настроении и потребовал бутылку лучшего канарского. Миссис Куинн безошибочно распознала тревожные признаки.

— Значит, ваши дела в Уайтхолле процветают? — осведомилась она.

Холлс откинулся в кресле, с трубкой в зубах, положив на табурет ноги, с которых успел снять сапоги.

— Процветают более, чем я заслужил, — ответил он, улыбаясь и глядя в потолок.

— Это просто невозможно, полковник, — в свою очередь улыбнулась хозяйка, протягивая ему полный бокал.

Холлс привстал, чтобы взять его.

— Возможно, вы правы. Но я уже позабыл о своих заслугах.

— Зато не позабыли другие. — И она робко спросила о том, в чем заключается его успех.

Отхлебнув вино, полковник поставил бокал на стол и рассказал хозяйке о предложенной службе.

Чело миссис Куинн омрачилось. Холлс был тронут, приняв это за проявление дружбы и сожаления о его скором отъезде.

— Когда же вы уезжаете? — с беспокойством спросила она.

— Через неделю.

Полковнику показалось, что миссис Куинн слегка побледнела.

— В Индию! — воскликнула она. — К дикарям и черномазым язычникам! Да вы просто с ума сошли, если решились на такое!

— У нищих нет выбора, мэм. Я еду туда, где могу найти службу. Кроме того, там не так уж скверно, как вам кажется.

— Но зачем вам вообще уезжать? Я уже говорила вам, что такому человеку, как вы, следовало бы обосноваться на родине и жениться.

Миссис Куинн понимала, что наступило время дать бой. Теперь или никогда. Последним заявлением она отправила вперед застрельщиков.

— Посмотрите на себя, — продолжала хозяйка, прежде чем он успел ответить. — Во что вы превратились! — И она обвиняющим жестом ткнула пальцем в дыру на пятке его правого чулка. — Вам нужно не ехать воевать за моря, а найти женщину, которая будет о вас заботиться.

— Отличный совет, — рассмеялся Холлс. — Единственная трудность состоит в том, что тот, кто женится, должен содержать жену, а я, оставшись в Англии, не смогу содержать даже себя. Поэтому я и еду в Индию.

Миссис Куинн подошла к столу и, облокотившись на него, посмотрела полковнику в глаза:

— Вы забываете, что существует немало хорошо обеспеченных женщин, и многие мужчины, пребывающие в положении, подобно вашему, находят себе жену, обладающую достаточным состоянием.

— Вы уже говорили нечто похожее. — Он снова рассмеялся. — Вы считаете, что мне следует стать охотником за богатыми наследницами. По-вашему, я подхожу для этой роли?

— По-моему, да, — ответила, к его удивлению, миссис Куинн. — Вы настоящий мужчина и можете предложить дворянское имя состоятельной женщине, которая им не обладает. Таким образом, обе стороны останутся в выигрыше.

— Честное слово, вы подумали обо всем! Тогда, миссис Куинн, распространите свою доброту дальше простого совета и найдите мне такую женщину, а я тогда подумаю об отказе от места в Индии. Но вам следует поспешить, так как у меня есть только неделя.

Слова эти сопровождались смехом, свидетельствовавшим об уверенности полковника в том, что его вызов не будет принят. Когда миссис Куинн смущенно отвела взгляд, он засмеялся еще громче.

— Это труднее, чем давать советы, не так ли? — поддразнивал он ее.

Хозяйка взяла себя в руки и вновь посмотрела на него.

— Не так уж это трудно, — заверила она Холлса. — Если вы говорите серьезно, то я могла бы найти для вас достаточно миловидную леди, примерно вашего возраста, обладающую тридцатью тысячами фунтов, не считая недвижимого имущества.

Холлс, прекратив смеяться, уставился на нее, держа трубку в руке.

— И эта женщина выйдет замуж за нищего бродягу? Она, должно быть, не в своем уме!

— Вовсе нет. Если вы серьезны, то я представлю вам ее.

— Черт возьми! Поневоле станешь серьезным, когда речь идет о тридцати тысячах фунтов. Да с такими деньгами я могу стать деревенским сквайром!

— Почему бы и нет?

Хозяйка сбивала полковника с толку своей уверенностью, что все зависит только от него.

— Потому что нет такой женщины.

— А если есть?

— Но ведь ее нет!

— Повторяю: вы не правы.

— Тогда где же она?

Отступив от стола, миссис Куинн подошла к Холлсу:

— Она… она здесь.

— Здесь? — недоуменно откликнулся он.

Хозяйка подошла еще ближе.

— Здесь, в этой комнате, — мягко произнесла она.

Полковник смотрел на нее, все еще не понимая. Затем он заметил робкую улыбку, которой миссис Куинн пыталась успокоить его, и до него наконец дошел смысл ее слов.

Глиняный мундштук трубки треснул у него между пальцами, и Холлс наклонился за обломками, радуясь предлогу отвести взгляд от лица собеседницы и дать себе несколько секунд на обдумывание неожиданной ситуации.

Когда полковник поднял голову, его лицо покраснело, что, возможно, являлось следствием прилива крови во время наклона. Ему хотелось смеяться, но он понимал, что это было бы крайне невежливо. Холлс встал, положив обломки трубки на стол, заговорил смущенно и мягко:

— Я… я не понимал, что вы имеете в виду… — Он не смог окончить фразу.

Смущение Холлса приободрило хозяйку.

— А теперь понимаете, полковник? — прошептала она.

— Я… Не знаю, что вам сказать…

Его мозг начал возобновлять свои функции. Холлсу стало ясно, почему человеку, явно испытывающему нужду, предоставили в этом доме неограниченный кредит.

— Тогда не говорите ничего, дорогой полковник, — замурлыкала миссис Куинн. — Кроме того, что вы откажетесь от намерения плыть в Индию.

— Но…