Макси и Амелия. Приключение в Линдриции - Камилла Бринк

– Но, конечно, ты, мой дорогой Одноглаз, краше всех на свете, – поспешила заверить Одноглазка.

Этих слов оказалось достаточно, чтобы господин Одноглаз успокоился и снова умолк.

Амелия сразу поняла, кто главный в этом семействе. А Макси давно уже перестал слушать их разговор. Он не сводил глаз с большого окна.

– Пойдём-ка выглянем наружу, – позвал он сестру и Сигге.

Фра продолжала вежливую беседу и не заметила, как они улизнули. Этой троице очень хотелось посмотреть, как выглядит Линдриция сверху. Особенно Амелии, ведь она была без сознания почти всю дорогу в замок и не видела волшебной зимней страны. Перед огромным окном стояла старинная скамья, они вскарабкались на неё, а потом перепрыгнули на широкий подоконник. От изумительной красоты, которую она увидела за окном, у Амелии перехватило дух.

Вечернее солнце ещё не скрылось за горами и освещало заснеженные равнины и леса внизу. Природа была словно нарисована на холсте – такой совершенной была эта картина. И этот свет… Было в нём что-то особенное. Макси словно прочитал мысли сестры.

– Правда волшебно, сестричка? – спросил он. – Мне так хотелось показать тебе это сразу, как мы приехали сюда, но ты была так больна.

Амелия взяла лапку Макси и пожала её.

– Зато теперь я любуюсь этим вместе с тобой, – сказала она и улыбнулась.

Но тут Амелия крепко сжала лапу брата.

– Что это там, вдалеке? – прошептала она испуганно, указывая в окно.

Сигге и Макси тут же прижались к стеклу и всмотрелись в сгущавшиеся сумерки. Через секунду Макси тоже пискнул, и нос его побелел от страха.

– Это он, – проговорил кот. Похоже, он тоже был смертельно напуган.

– Кто? Кто это? – в страхе спросила Амелия.

Макси не хотелось произносить это вслух. От этого имени у него всякий раз бежали мурашки по спине – до самого кончика хвоста. Но он должен был рассказать Амелии всё.

– Это Галах. И ему известно, что мы тут.

Когда Амелия наконец решилась ещё раз поглядеть в окно, она увидела, что монстр смотрит прямо на них. Хотя он стоял далеко от замка, их взгляды встретились.

Амелия отшатнулась и в испуге упала на скамью.

– Надо срочно рассказать принцессе Фра, что Галах здесь, – проговорила она и помчалась через зал.

Макси и Сигге побежали за ней следом.

Обман раскрыт

Принцесса Фра всё ещё разговаривала с господином и госпожой Одноглазками, но прибежавшие Амелия, Макси и Сигге прервали их беседу.

– ТАМ ГАЛАХ! – сходу выпалила Амелия.

Фра поперхнулась кокосовым молоком.

– Он, что, недалеко от замка? – спросила она, откашливаясь.

– Да-а, он посмотрел прямо на меня, – сказала Амелия взволнованно. – Он знает, что мы здесь!

Макси и Сигге закивали, поддерживая её, а потом покосились на Одноглазок, которым, казалось, тоже стало не по себе от известия, что у замка поджидает снежный монстр. Принцесса Фра заметила, как взволнованны Сигге, Макси и Амелия, и сказала спокойным, решительным голосом:

– Послушайте: Галах не может причинить вам вреда, пока вы находитесь в замке на ледяной горе. Ему никогда не перейти по висячему мосту.

Амелия воспряла духом, услышав про висячий мост. Она его ещё не видела, ведь она была без сознания, когда её принесли в замок. Но она не успела расспросить про этот мост, потому что тут же вмешался Макси и спросил, уверена ли Фра в том, что Галаху сюда не пробраться. Он своими глазами видел, как монстр летал вверх и вниз сквозь снег и при этом менял форму.

– Галах много чего умеет, – ответила спокойно принцесса, – но пролететь большое расстояние он не сможет. Поверьте: здесь вы в безопасности.

И она вернулась к своей беседе с господином и госпожой Одноглазками.

Макси, Амелия и Сигге вздохнули с облегчением и снова направились к окну, но тут к Фра подбежала одна северинка. Принцесса наклонилась, чтобы выслушать её. А когда та закончила, извинилась перед гостями, сказав, что ей предстоит неотложный и важный разговор.

– Ничего, – отвечала госпожа Одноглазка. – Мы пока поболтаем с бабушкой Щукой.

Господин Одноглаз удалился вслед за своей женой.

Фра вежливо поклонилась гостям и повернулась, чтобы выйти. Амелия попыталась остановить её.

– Извини, Фра, что это за неотложный разговор, ради которого нужно покидать праздник? Неужели это не может подождать?

– Это могут быть тётушка Грифина или Та-Та. Что, если они уже приняли решение – возвращаться вам домой или продолжать поиски?

Макси согласился с принцессой. Разговор мог оказаться очень важным. Но в то же время он заметил, что с сестрой что-то было не так. Она расхаживала взад и вперёд, заложив лапы за спину и уставившись в пол.

– Да… – проговорила она неуверенно. – Только…

– Что? – нетерпеливо спросила Фра.

– Этот праздник… Кажется, я…

Макси ничего не понимал и удивлённо смотрел на сестру: о чём это она? Принцесса вздохнула и строго посмотрела на Амелию.

– Ты собираешься сказать то, что я думаю?

– Зависит от того, что ты думаешь, что я хочу сказать, – отвечала Амелия.

Она не собиралась выдавать себя без необходимости.

– Тётушка Грифина – мудрая птица, и я подозреваю, она не говорила, что надо устроить праздник, а велела вам ложиться спать. Верно? – спросила Фра.

– Как это? – удивился Макси.

Он по-прежнему ничего не понимал.

Амелия пыталась выпутаться из неловкой ситуации, в которой сама и была виновата. Но ей не хотелось признаваться в обмане.

– Э-э-э… Может быть, тётушка Грифина так и сказала, я не помню точно. Праздник или сон… хмм… что же она сказала? Кажется, меня после болезни память подводит.

Но терпение Фра лопнуло:

– Ну, хватит! Амелия, это ведь ты придумала, будто тётушка Грифина посоветовала нам устроить праздник, потому что тебе самой этого хотелось. И тебе удалось обмануть нас, но теперь веселье окончено – не только для тебя, но и для Макси и Сигге.

– Не-е-е-ет, – жалобно протянули хором мышата.

– Хватит! – повторила Фра ещё строже. – Живо в постель! А я пойду поговорю с тётушкой Грифиной. И забудьте про праздник. Понятно?

– Понятно, – промямлили они.

Северинки снова отвели их в комнату в западном крыле. Теперь там стояла не одна кровать с балдахином, а три. Макси и Амелия забрались каждый в свою постель и натянули одеяла.

– Ну вот, вдруг идти и ложится спать, – огорчённо пробормотал Макси.

Сигге же, напротив, был очень