Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

пока не проголодались. Пошли на горячий источник, опять погрелись, понежились в горячей воде и после зашли в уже знакомую нам «Поляну». Опять поели бурятские позы, а вернувшись к палатке, сварили кашу и добавили кашей – идти никуда не идём, а аппетит ещё сильнее. Ещё раз искупались, позагорали и только в два часа дня тронулись в путь. На берегу люди, машины, под ногами чистый песок, а на небе жаркое солнце – вполне курортная жизнь, только огромные рюкзаки за спиной немного её омрачают, но в сравнении с тем, что нам пришлось пережить – это мелочи.

Прошли село Старый Энхалук, от него ничего не осталось, только несколько завалившихся домов. Через два километра начался Новый Энхалук, вполне современный посёлок. Энхалук в переводе с бурятского – благодать. И действительно, место здесь благодатное – песчаный берег Байкала, мягкий климат, вековые сосны, и под ними расположился курортный посёлок. Всё здесь предназначено для отдыха и приятного времяпрепровождения – пляжи, увеселительные аттракционы, кафешки. Мы зашли в магазин, подкупили продуктов, ну и, конечно, взяли мороженое. Пока сидели у крыльца, наслаждались мороженым, подъехали два мотоцикла с нерусскими номерами, грязные, запылённые, видно, что издалека едут. Спросили у парней – откуда? Оказалось – поляки, вот откуда даже приезжают.

Прошли Энхалук из конца в конец и дальше двинулись опять по кромке воды. Местность эта называется Подлеморье и является самым популярным местом у отдыхающих. Вся полоса леса вдоль Байкала уставлена машинами, палатками, шатрами на много километров, мы с трудом нашли местечко воткнуться со своей палаткой. Пошёл собрать дров для костра – полный голяк, всё подобрано под метёлку, кое-как набрал прутиков, чтобы сварить ужин. Поужинали и сразу легли спать, быстро уснули. Но среди ночи проснулись – отдыхающие развеселились и спать нам толком не дали. Гремела музыка, смех и крики были слышны, наверно, на другом берегу Байкала.

28.07.2016 г., четверг

Утром встали невыспавшиеся, постарались недосып разогнать купанием в прохладной воде (температура воды, несмотря на жару, градусов 18–20, не больше, и для Байкала это много). По-быстрому собрались и потопали подальше от этого «злачного» места. Опять идём босиком, подошвы наши уже значительно отшлифовались, стали беленькими и гладкими.

На мысе Облом берег резко изменил направление, «сломался», начался залив Провал, интересна история образования этого залива.

Около 150 лет тому назад на этом месте разыгралась настоящая трагедия. 30 декабря, в канун Нового, 1862 года, жители Цыганской степи и прилегающих к ней таёжных деревень Дубинино, Оймурской, Кударинской и других были напуганы сильным волнообразным колебанием почвы и громким подземным шумом. Сами собой зазвонили колокола на церквах, попадали самовары и иконы в избах, самопроизвольно пооткрывались двери домов и ворота усадеб. Из шкафов вываливалась посуда, опрокидывались табуретки, затрещали избы, разваливались кирпичные печи и трубы. Началась всеобщая паника. Люди выбегали в морозную ночь без тёплой одежды, на ногах трудно было устоять. Земля, будто вода, горбилась бегущими по ней волнами, деревья и столбы заметно раскачивались, как пьяные. По свидетельству очевидцев, многие попадали на колени, истерически рыдая и взывая о помощи к Господу Богу. Некоторые сразу лишились рассудка. Всю ночь продолжалось сильное колебание почвы, в темноте что-то звучно лопалось и с грохотом разрушалось. Домашние животные обезумели, и некоторые из них вырвались на улицу.

К утру наступило затишье, но к полудню 31 декабря раздались три мощных подземных удара, разрушивших церковные колокольни. В воздух ударили фонтаны тёплой воды, смешанной с грязью. Как пробки, из земли вылетали срубы колодцев, фонтаны воды поднимались на высоту четырёх-пяти метров. Повсеместно земля растрескалась и стала оседать. Когда степь осела, байкальская вода, перемешанная со льдом, прорвала береговую гряду и всепоглощающим шквалом понеслась стеной по степи. То, что не было разрушено водой, в порошок стёрли огромные льдины, пришедшие из Байкала вслед за водяным валом. Согласно официальным документам от затопления в результате десятибалльного землетрясения «в Цыганской степи пострадало более 1300 душ обоего пола, погибло свыше 1000 домов, юрт и надворных построек, более 5000 голов скота, много хлеба и сена».

После землетрясения и образования нового байкальского залива местные жители долго ещё привыкали к новому окружению. Ушёл под воду на глубину восемь метров участок суши площадью двести квадратных километров, и образовался новый залив Провал. Известные родники с водой исчезли, вместо них появились новые в других местах. В песчаных увалах образовались пустоты, так что по ним стало опасно ходить. По вновь образованному заливу долгое время плавали торфяные острова, и ещё несколько лет после землетрясения местные жители косили на этих плавающих островах траву, пока волны и ветер не разбили их полностью.

Вот такая интересная история произошла на этом берегу в позапрошлом веке. Глядим мы на гладь залива и представляем на его месте жилища, стада коров, местных жителей – как всё это было раньше. А теперь… Идём по кромке воды мелководного залива: берег низкий и заболоченный, не стало сосен на берегу, только кое-где попадаются полоски кустарника у самой воды. Не стало ни машин, ни отдыхающих – по болоту сюда не проехать. Стала попадаться дичь – то цапля стоит на одной ноге, то плавает выводок уток. Остановились искупаться – долго пришлось идти от берега, чтобы зайти хотя бы по пояс и поплавать, очень мелко и вода мутная, небайкальская. Зато очень тёплая, на мелководье хорошо прогревается.

В 5 часов вечера встретился небольшой кусочек леса на берегу, решили здесь ночевать, хоть дрова будут для костра. Нашли полянку, сбросили рюкзаки, и я пошёл по лесу собирать дрова. Отошёл метров сто и наткнулся на палатку в лесу. Рядом столик, на нём посуда, продукты, и никого нет. Я крикнул пару раз: «Эй!», никто не отзывается. Я ушёл дальше по своим делам. Прошёл с час, мы поставили палатку, и я пошёл в Байкал за водой. Зашёл поглубже, чтобы воды почище набрать, набрал, развернулся, чтобы вернуться на берег, смотрю – к берегу причален синий катамаран и около него две знакомые фигуры – Александра и Анатолий, с которыми мы ночевали в зимовье на мысе Толстом. Вот было радости и у нас, и у них. Как будто самую близкую родню повстречали после долгой разлуки. Мы по-быстрому перетащили свою палатку к ним, раскочегарили костёр пожарче, давай делиться, как прошли эти дни. Они больше нас отдыхали в пути, поэтому мы и смогли их догнать. А сегодня, когда я подходил к их палатке, они плавали в Оймур (до него восемь километров), чтобы покушать в кафе и