Ледяная западня - Игорь Александрович Свиридов

class="p1">В середине августа 1914 года, когда «Вайгач» шел в районе острова Врангеля, между лопастями гребного винта ледокола попала большая льдина. Взорвать ее не удалось, тогда в воду спустился водолаз Иван Филиппов. Он отпилил попавший под винт кусок льдины. На снимке: спуск водолаза Ивана Филиппова у борта «Вайгача».　

Спуск Филиппова прошел благополучно. С помощью пилы он освободил гребной винт из ледового плена.

Примерно в это же время в районе вынужденной стоянки «Вайгача» появился и флагман.

Б. А. Вилькицкий пригласил к аппарату Новопашенного.

— Следуйте к Медвежьим островам, — распорядился начальник экспедиции, — проведите разведку положения льдов, сделайте съемку острова Жанетты. Встретимся 30 августа в районе острова цесаревича Алексея.

— А разве мы не будем возвращаться в Ном, чтобы пополнить запасы консервов? — спросил Новопашенный.

— Нет. У нас этого добра хватает. Вы словно сговорились с Жоховым. Кстати, он переводится штурманом на ваше судно, а старшим офицером «Таймыра» я назначаю Транзе.

— Так неожиданно?

— Да, так! Задержимся здесь некоторое время, пока господа Транзе и Жохов перейдут на свои корабли. 

За несколько часов до этого разговора с Новопашенным начальник экспедиции вызвал к себе Жохова. Выйдя от начальника экспедиции, лейтенант столкнулся в коридоре с Ефимом Студеновым.

— Случилось чего-с, ваше благородие? — спросил Ефим. — Вы-с, Алексей Николаевич, даже с лица белыми-с сделались…

— Случилось, Ефим. Произошло то, что и следовало ожидать. Не угодил начальнику экспедиции, и дела мои приняли неожиданный оборот: перехожу штурманом на «Вайгач».

— Господи, судари мои, за что же это, Алексей Николаевич, голубчик?

Искреннее участие к его судьбе тронуло лейтенанта.

— Спасибо, земляк, на добром слове. Видно, за консервы, которые я предлагал заменить… Но… в общем-то ничего страшного не случилось, кому-то надо служить и на «Вайгаче».

ЛЕДЯНАЯ ЗАПАДНЯ

К утру 27 августа погода ухудшилась, ветер растревожил холодное море, черные волны мощными ударами встречали «Вайгач», который всякий раз вздрагивал от этого, как от сильного озноба.

В такое время работать в кочегарном отделении было особенно трудно. У топки шуровал лопатой вместе с Семеном Катасоновым Михаил Шохин, но скоро совсем выбился из сил.

— Отдохни, браток, — сказал Ильин, беря из рук Михаила лопату. — Раскис ты совсем. Иди в кубрик… Я за тебя вахту постою.

А с капитанского мостика в машинное отделение поступил приказ: «Полный вперед!»

— Федя, поддай жару! — просил старший машинист Петр Колчанов. — Иначе не могу я дать полный…

— Мы так стараемся, что недосуг нос утереть, — отозвался Федор, посматривая на манометры, стрелки которых очень медленно подползали к нужному делению, хотя топки дышали жаром.

Ледокол в это время пытался подобраться к острову Жанетты, чтобы выполнить его съемку. Но подходы к острову оказались со всех сторон надежно блокированы ледяными полями. Сделав бесполезный круг в сотню миль, «Вайгач» двинулся к острову цесаревича Алексея.

Сдав вахту и помывшись под душем, старшина кочегарного отделения Федор Ильин мимоходом заглянул к Аркадию Кирееву. После адского шума, который стоял в кочегарке и машинном отделении, Федору казалось, что в радиорубке стоит мертвая тишина. Ильин любил здесь посидеть просто так, прислушиваясь к приятному свисту рации и дробному стуку телеграфного ключа. На сей раз рация не работала, а сам Аркадий спокойно читал какую-то книгу.

— Сижу вот. Пытался связаться с «Таймыром», но ничего не вышло: далеко, видно, мы сейчас друг от друга, моя станция не достает их. А у тебя видок-то скверный. Устал?

— Попробуй пошуруй в нашем пекле! — отмахнулся Ильин. — Ну, пока, брат. Пойду на палубу, хлебну воздуха свежего…

Ветер не стихал. По палубе, вспенясь, носились потоки морской воды, брызги долетали даже до верхнего мостика, где в черном плаще с капюшоном стоял вахтенный офицер. До самого горизонта, где уже виднелся скалистый остров цесаревича Алексея, волнилась чистая вода. Но это никого не успокаивало. Восточно-Сибирское море всегда полно неожиданностей. Еще час назад не видно было даже отдельных льдин, как вдруг перед кораблем появились кочующие ледяные поля. Прозевай капитан, дай возможность ледяному хороводу окружить корабль — все пропало. Сомкнутся поля, попробуй выбраться на чистую воду.

Увидев, что остров, к которому они шли, стерегут льды, командир «Вайгача» решил обойти сушу с севера. Лавируя между отдельными льдинами, корабль успел пройти всего десяток миль, когда прямо по курсу из тумана возникла неизвестная земля. Новопашенный радостно засуетился на мостике. Вся команда сгрудилась на полубаке. Матросы возбужденно переговаривались. Остров был совсем близко. Наконец прогремела якорная цепь. Суровое зрелище предстало перед глазами полярников. Обрывистыми скалистыми берегами и высокими сопками была зажата небольшая полоска береговой отмели. У подножия сопок белел снег. Сейчас же на берег отправилась партия матросов-добровольцев и офицеров. В шлюпку сели новый штурман Алексей Николаевич Жохов, сигнальщик Федор Гончаров, водолаз Иван Филиппов, рулевой Григорий Ленчев. Не утерпел и сам командир корабля.

В глубь острова партия не удалялась. У подножья сопок набрали образцы пород, подстрелили несколько чаек и куликов. Пока офицеры изучали вновь открытую сушу, матросы соорудили деревянную мачту, на которую подняли русский флаг. Когда шлюпка возвратилась на «Вайгач», к месту события подоспел флагман.

Петр Алексеевич Новопашенный дал радиограмму Вилькицкому: «Открыл новый остров. Площадь его равна примерно 50 квадратным километрам. Растительность скудная, скалы и сопки сложены базальтами. Животный мир беден: встречали только чаек и куликов».

«Поздравляю с новым географическим открытием, — принял Аркадий Киреев ответную радиограмму начальника экспедиции для командира «Вайгача». — Благодарю за сведения. Предлагаю назвать сушу островом Новопашенного».

«Благодарю за честь, — попросил передать Вилькицкому сияющий командир «Вайгача». — Готов выполнить любое ваше задание».

«После короткого отдыха займитесь описью восточного берега острова Новопашенного. Еще раз поздравляю с открытием».

Гордый от сознания того, что его имя появится на географических картах, Петр Алексеевич Новопашенный ходил гоголем.

— Вот видите, Алексей Николаевич! — сказал он Жохову. — Теперь-то вы, надеюсь, признаете, что напрасно сомневались в приказе Вилькицкого насчет съемки острова Жанетты. Если бы не отдавался приказ, то, скорее всего, не появился бы на свет и остров Новопашенного.

— Да, острова Новопашенного, наверное, не было бы! — хмуро отозвался лейтенант.

— Смотрите проще на вещи, Алексей Николаевич! — дал совет Новопашенный. — Не усложняйте свою жизнь и, главное, отношения с высшим командованием. Тогда и вам станет выпадать больше удач…

Через несколько часов, зайдя в каюту командира «Вайгача», лейтенант Жохов застал Петра Алексеевича за работой над картой.

— Вот, Алексей Николаевич, первая карта, на которой нанесен новый остров! — торжественно произнес Новопашенный, протягивая Жохову десятиверстку. — Внес, так сказать, исправления.

Лейтенант увидел небольшой кружок и черной тушью написанное название: «Остров Новопашенного».

И уж, конечно, командир «Вайгача» не