Хороший день, чтобы умереть - Олег Викторович Таран

– Но наши разведчики донесли, что массильско-пуническая армия с Массиниссой и Гасдрубалом Гисконидом во главе возвращается в Карфаген. Они не собираются атаковать рубежи нашей страны. Скорее всего, сенат Столицы мира не заинтересован в том, чтобы война перекинулась в Африку. Значит, тебе нечего здесь опасаться.

– Ты думаешь, я бегу от пунийцев?! – возмутился царь Массесилии. – Я не хочу давать им повод тащить эту войну в мои земли! Лучше я буду сражаться с ними на чужой территории.

– Отец, а может, лучше не сражаться? У меня в Карфагене были хорошие отношения с Софонибой. Она из влиятельной пунической семьи Гисконидов. Если ты передумаешь и решишь остановиться, я свяжусь с нею, и мы можем попытаться договориться о прекращении вражды!

Сифакс потрепал сына по щеке.

– Я догадываюсь, что ты рвешься к этой пунийке не за миром… Конечно, похвально твое стремление остановить нашу войну, но оно несвоевременно. Братья Сципионы обещали мне в обмен за нападение на карфагенские владения помочь в расширении границ нашего царства. На запад нам расширяться нельзя – там Мавретанское царство, земли твоего деда, отца твоей покойной матери. Карфагеняне и не ущемляют нас так, как Массилию, только потому, что за нашей спиной союзные полчища мавретанцев, готовые прийти к нам на помощь. На юг мы тоже пойти не можем – там пустынные и гористые земли гетулов. Там нет ни пастбищ для наших коней, ни золота-серебра для казны.

Остаются север и восток. На восток, в Массилию, пока нельзя. Я хочу объединить наши земли в единое Нумидийское царство, но лучше сделать это, когда царь Гайя умрет и там начнется борьба за его престол. Он, так же как и я, назначил наследником своего сына Массиниссу, а не брата, как положено у нумидийцев. Только я своих братьев предусмотрительно отправил в войско пунийцев, и они погибли в боях, а брат Гайи, Эзалк, появился в Цирте, и это неслучайно. Когда массилы сцепятся в борьбе за власть, я смогу легко покорить их. Так что нам оставался только один путь – на север, в пунические владения, пока Карфаген отвлечен войной с Римом. И у нас почти получилось взять Иол, но подоспел этот выскочка Массинисса с армией массилов и пунийцев.

Рядом раздалось конское ржание. Сифакс и Верика оглянулись на корабли, куда воины массесилов заводили по шатким мосткам своих лошадей. Кони упирались, и сразу по несколько человек заталкивали их в трюмы, потом заносили на палубу свое оружие и снаряжение.

– Римляне недовольны этим поражением. Однако они попросили помочь им нашей конницей в Испании. Дело в том, что Ганнибал увел с собой в Италию очень много нумидийцев, и латиняне, познакомившись с их грозной силой, хотят, чтобы моя конница навела страху в иберийских землях. Там еще не все отказались от подчинения Карфагену, и нашей задачей будет склонить тех, кто выступает за пунийцев, к миру с Римом и прервать идущие оттуда серебряные потоки. Когда Столица мира лишится иберийского серебра, у нее останется не так много сил, чтобы воевать дальше. Вот тогда мы и сможем взять часть пунических земель, а затем и объединить Нумидию.

– У тебя большие планы, отец, – расстроенно проговорил Верика. – Вот только из-за них я лишусь возможности жениться на первой красавице Карфагена – Софонибе!

– Если у нас с Римом получится разгромить пунийцев в Испании, то не исключено, что мы сможем вместе с латинянами осадить Карфаген. И тогда эта Софониба будет счастлива стать не то что твоей женой, а даже наложницей, лишь бы не попасть в руки римских легионеров. Тебе нужно просто немного подождать…

– Боюсь, пока я буду ждать, она достанется Массиниссе. Он ведь теперь герой – победитель массесилов! Софониба с ним поругалась несколько лет назад, и я надеялся, что она его забудет. А теперь…

Верика грустно махнул рукой.

Царь положил руку ему на плечо и встряхнул его.

– Послушай, сын! Не знаю уж, что там за первая красавица Карфагена, но мне не нравится, что из-за нее ты не можешь думать ни о чем другом. Сейчас решаются судьбы мира, перекраиваются целые государства! В этой схватке возвысится или Рим, или Карфаген. Нам нужно оказаться на стороне победителя и взять свое. Когда это случится, у тебя будет куча таких Софониб! Но сейчас нужно забыть о женщинах и думать о долге! Твой долг – сберечь Массесилию до моего возвращения! Выполни его, все остальное потом!

– Да, отец! – склонил голову Верика.

Сифакс обнял его и поспешил на корабль.

Вскоре массесильский флот отправился в Испанию.

* * *

Софониба стояла у окна, разглядывая карфагенские улицы с вечно спешащими людьми, и напряженно думала. С одной стороны, она понимала, что в ней еще не остыли чувства к Массиниссе, который оказался не только ловким торговцем, но и умелым полководцем. С другой…

– Внучка, наши разведчики сообщают, что массесильский царь Сифакс планирует покинуть свои земли и отправиться воевать в Испанию, – говорил второй суффет Абдешмун Ганон. – Вместо него в Сиге останется царевич Верика, на которого ты имеешь определенное влияние. Что, если мы предложим ему стать царем Массесилии, поддержим его своими войсками, а ты выйдешь за него замуж и будешь в качестве массесильской царицы следить за тем, чтобы Западная Нумидия нам больше не изменяла?

Пунийка вздохнула и кокетливо произнесла:

– Дедушка, я, конечно, нравлюсь Верике, но, думаю, не настолько, чтобы он предал своего отца.

– Ты недооцениваешь могущество своих чар, моя красавица! – возразил второй суффет. – Мне почему-то кажется, что ради женитьбы на тебе массесильский царевич положит к твоим ногам и свое царство, и голову этого изменника, царя Сифакса.

– А как же Массинисса? – посмотрела на него Софониба. – Он может не простить того, что я предпочту ему Верику! Готов ли Карфаген лишиться такого верного союзника, как массильский царевич?

– Сейчас важно максимально быстро обезопасить Массесилию, пока из-за нее не полыхнула вся Африка. Что делать с Массиниссой, мы решим потом! – отмахнулся Абдешмун. – Ну? Что ты решила?..

В это время с улицы послышался шум, многие люди, оживленно переговариваясь, спешно направлялись в сторону главной площади Карфагена.

– Куда вы идете? – крикнула из окна Софониба пробегавшим мимо соседям.

– На главной площади будет чествование войска, вернувшегося с победой из Иола! – ответили те.

– Я хочу это увидеть! – сказала Софониба и, позвав служанку, бросилась к выходу.

– Внучка! От тебя зависит будущее Карфагена! – едва успел крикнуть ей вслед второй суффет, но ответом ему была хлопнувшая входная дверь дома Гасдрубала Гисконида.

Тем временем сам полководец