Весёлые рассказы и смешные истории - Рустам Анатольевич Карапетьян

— А давайте организуем литературный кружок! Книжки читать вы любите. Будем что-нибудь сочинять и записывать. Есть желающие?

Все подняли руки.

Ни в какие школьные кружки нас не принимали, говорили: «Вот поступите в пятый класс, милости просим!» Но мы-то в конце концов, поступим. А попросятся старшеклассники к нам в литературный, презрительно сощуримся: «Станете третьеклашками — тогда пожалуйста!»

— Надо определить ваши способности, — сказала Мария Степановна, — ведь умение литературно излагать свои мысли — это как слух. Не у каждого есть… Но развить можно! — поспешно добавила она. — Будем развивать.

— А как определить способности? — деловито спросила Котикова, подняв руку.

— Скоро чудесный праздник — Новый год, — улыбнулась Мария Степановна. — Самый волшебный! Вот и напишите каждый сочинение «Дед Мороз в волшебной каске»! А принесёте завтра, на первое заседание кружка.

Когда мы шли с Егоркой домой, на улице поднялась настоящая метель, ветер ухал и толкал нас в спины могучей лапой. Потом вдруг разворачивался и бросал в лицо горсти колючих снежинок. У меня замёрзли нос, уши и даже волосы на голове.

Еле успевая уворачиваться от ветра, становясь к нему то и дело спиной, я спросил:

— Слушай, а почему Дед Мороз в каске?

— Он же волшебный! — ответил Егорка, не задумываясь.

Это правда. Если волшебный, то он всё может. И в кепке ходить, и в платочке. Хоть с ведром на голове! Это понятно… Но почему именно в каске? По морозу?!

У Егорки была меховая шапка-ушанка, завязанная под подбородком; он в ней, как в танковой броне, шёл. А я шагал в вязаной шапчонке и ни о чём, кроме пронизывающего холода, думать не мог.

Егорка носился как угорелый и всему радовался: и тому, что ветер, и тому, что теперь у нас будет кружок. Только он говорил, что лучше бы это был кружок по выращиванию удавов или, на худой конец, котят. Потому что из них хоть что-то да вырастет, а получатся ли из нас писатели — неизвестно.

— А ты про что сочинять будешь? — спросил я, прикрываясь варежкой от натиска снежных армий, которые неслись теперь сбоку. Щека сразу замёрзла, и я стал её растирать.

— Про всякие приключения, чтоб интереснее! — подпрыгнул Егорка. — А ты?

— А я про каску, наверное.

— Чего про неё писать? — хмыкнул Егорка и проехался по ледяной дорожке у забора. — Про неё все напишут. Ты лучше детектив сочини или ужастик.

Если б у меня была ушанка, я бы, может быть, тоже про детективы думал… Но шапка моя не грела. А каково же ему, Деду Морозу, в каске?! Совсем голова заледенеет, пока он с Севера к нам на санях домчится. Вот попробовала б Мария Степановна сама! На санях и в каске по морозу! Тогда небось не задавала бы такие сочинения!

Дома я еле согрелся. И батарею руками обнимал, и чай пил, и маме позвонил, что надо мне ушанку, как у Егорки.

А вот Дед Мороз как?! Ни батареи, ни чая, ни ушанки. Как он там?!

«Стоп! — тут же сказал я себе. — Каска-то волшебная! Возможно, согревающая. Возможно, внутри там какие-то батарейки…»

Я положил перед собой лист бумаги и задумался: откуда она вообще взялась, эта каска? Думал, думал и скоро догадался, в чём дело.

«Однажды наступил день, когда все-все люди решили жить в мире, — написал я. — Они договорились между собой, что больше не будет военных баз и все солдаты и генералы пойдут домой.

Пистолеты, ракеты, танки, пушки переплавили и сделали из них карусели. Генералов и солдат пускали кататься бесплатно, чтоб они не так тосковали по военной жизни. У них от каруселей голова кружилась, и все военные мысли вылетали.

В парках теперь стало полно народу, а на полигонах — никого.

Дед Мороз как-то проходил мимо старой военной базы. Она была пустая, только в центре её лежала забытая, никому не нужная каска.

«Отличная вещь! — сказал сам себе Дед Мороз, снял свою шапку и надел каску на голову. — Если вдруг мои сани налетят на забор или гору Килиманджаро, то удары в такой замечательной каске не страшны».

Он подарил свою шапку синицам, чтобы они свили в ней гнездо, и весело зашагал дальше.

А у Деда Мороза всё волшебное: и руки, которые игрушки неизвестно откуда берут (для детей всей планеты, попробуй!), и ноги, которые в каждую квартиру заходят, ну и, конечно, голова. Каска подзарядилась от головы волшебством (ведь она была железная, эта каска, и не пропускала волшебные лучи наружу) и тоже стала волшебной».

Тут я положил ручку и задумался. Что же может делать волшебная каска? Кукарекать, прыгая по сугробам, орать песни или что-нибудь полезное?

«Волшебная каска научилась делать подарки, — написал я уверенно. — Попросит какой-нибудь ребёнок подарок — раз, и готово! Дед Мороз поднимает каску, а там, пожалуйста, чья-нибудь мечта!

Шёл Дед Мороз через Чукотку, выбежала к нему из юрты девочка, попросила апельсин. Каска раз — и сделала. Приподнял её Дед Мороз, а на голове красуется фрукт заморский! Девочка в ладоши захлопала и попросила ещё: для братика, мамы с папой и оленей, что около дома паслись, на всякий случай.

Дед Мороз только успевал поднимать каску. Нагрузилась девочка апельсинами и убежала в юрту. А Дед Мороз дальше пошёл. Он в санях не всегда ездил, потому что знал: ходьба полезна для здоровья.

Дошёл до Урала. Видит: сидят в лесу туристы, на гитаре играют и песни поют. Увидели Деда Мороза, обрадовались. Они кашу на костре варили, а сахар закончился. А какая каша без сахара? Так, недоразумение…

Попросили туристы сахар. Каска раз — и готово! Приподнял Дед Мороз каску, а на голове кулёк с сахарным песком! Здорово! Сварилась каша. Дед Мороз каску подставил, ему туристы туда сразу две порции положили. Хорошая вещь каска, вместительная! Дед Мороз ел и думал: здорово, что она у него завелась, в обычную шапку кашу небось не положишь!

Долго так ходил Дед Мороз, а каска всё колдовала и колдовала.

Люди попадались с пониманием, просили небольшие вещи. Кто плеер, кто диски, кто телефон мобильный.

Попадались и умные, которые книжки заказывали.

Каска ничего ни разу не перепутала, всё делала как надо.

Одна девушка про любовь попросила. Дед Мороз поднял каску, и из неё выпало письмо от парня, с которым девушка ещё в летнем лагере во втором классе познакомилась и который все годы любил её без памяти.

Вот какая была каска! Абсолютно всё могла. Даже