Первопроходцы: Новая история географических открытий - Мэттью Локвуд

человеком из Китая, посетившим Рим и Париж. Проследим путь африканского путешественника Ясукэ, добравшегося из Восточной Африки до Индии и Японии, где стал доверенным лицом могущественного даймё Оды Нобунаги, и уделим внимание многочисленным экспедициям вожатого каравана Гулама Расула Галвана через Гималаи. Познакомимся с молодой англичанкой по имени Мэри Монтегю, узнавшей секреты прививки от оспы, принятой в Османской империи, а также с Джоном Эдмонстоуном, сбежавшим из рабства в Гвиане и открывшим таксидермическую мастерскую в Глазго, в которой обучал молодого Чарлза Дарвина искусству изготавливать чучела животных. Встретим индийского путешественника Дина Мухаммеда, шотландского исследователя Мунго Парка и американского палеонтолога Роя Чепмена Эндрюса. Их истории проведут нас во все уголки земного шара и затронут все эпохи, от «Эпоса о Гильгамеше», созданного в 2100-х годах до нашей эры, до современных мигрантов на Рио-Гранде, – пока не начнет вырисовываться новая история исследований.

Открытие – это не однонаправленный процесс, и оно никогда не принадлежит какой-то одной группе людей. Когда корабль со старейшиной народа эора Беннелонгом пришвартовался в Фалмуте в 1793 году, разве он не открыл Англию для коренных народов Австралии точно так же, как капитан Кук открыл Австралию для англичан примерно двадцатью годами ранее? Беглые рабы, сонм переселенцев, взрастивших представление об «американской мечте», ямайские мигранты, преобразившие Британию в 1950-х годах, черные южане, искавшие лучшей жизни на Севере во время Великой миграции[3], – разве они не заслуживают места в пантеоне великих исследователей? Все они были исследователями во всех смыслах этого слова.

Не желаю ни в коей мере оправдывать или преуменьшать трагедии, травмы или ужасы, легшие в основу некоторых из описанных путешествий. Я хочу восстановить ощущение исключительной человечности, проявившейся в этих странствиях. Опыт мигрантов, беглых рабов, а также послов, проводников и носильщиков из числа коренных народов формировался под влиянием факторов потребности и необходимости, принуждения и насилия, но не исчерпывался ими. Безусловно, крайне важно понимать, чем были вызваны нужда и применение силы, жестокость тех систем, которые лишали людей возможности жить своей жизнью. Но давайте не будем отнимать у этих исследователей их субъектность (способность выступать активным действующим лицом) и не станем преуменьшать значение их переживаний.

Перед вами рассказ – об исследованиях, воображении и удивлении, любопытстве, связях и обмене, – в котором известные искатели приключений и обделенные вниманием исследователи находятся на равных. Эти тексты – лишь малая часть из миллионов рассказанных и нерассказанных историй об известных и неизвестных исследователях, чьи судьбы легли на алтарь времени или стали жертвами расовых и классовых несправедливостей, долгое время заглушавших повествования многих людей. Некоторые истории можно оживить только если внимательно вчитаться в стандартные отчеты о путешествиях, прислушаться к эху голосов незамеченных исследователей и усилить их шепот. Забытых исследователей можно найти в каждом рассказе беглого раба, в каждом письме мигранта домой и в каждом упоминании о проводниках и носильщиках. Их можно вернуть. Нам нужно лишь захотеть их увидеть. Только если переосмыслить само понятие исследователя и всерьез отнестись к жизням всех, кто занимается исследованиями, мы сможем по-настоящему понять одну из основных человеческих потребностей: стремление познать окружающий мир.

Глава 1

Воображение

Каждое путешествие начинается в воображении. От первого Homo sapiens, покинувшего Великую рифтовую долину, до человека, ступившего на поверхность Луны, – любое исследование сначала зарождалось в виде замысла и лишь затем претворялось в жизнь. Человек начал исследовать мир в доисторические времена, примерно 300 000 лет назад, когда первые люди покинули свои дома в Восточной Африке и отправились в путь – сначала по Африке, а затем и по Евразии. В течение следующих трехсот тысячелетий человечество расселилось по самым разным уголкам земного шара. Древнейшие свидетельства об исследованиях, дошедшие до нас со времен античного мира, хранят обрывочные воспоминания об этой первой эпохе великих открытий: сначала на протяжении поколений их передавали из уст в уста у костра в виде мифов и эпосов, и только потом они были записаны. Мифы о переселениях и исследованиях – о том, что люди пришли из какого-то другого места, что наши братья и сестры перемещались разными путями, что кого-то изгнали и он начал новую жизнь в ином краю, или что община приняла какого-нибудь странника из далеких земель – помогали сделать географические различия между группами людей менее значимыми и пробуждали их интерес к внешнему миру. Таким образом, воображение способствовало расселению людей в первые тысячелетия нашей истории, но оно же постоянно подталкивало их и к новым объединениям. Нити человеческой паутины растягивались до предела, однако связи между отдаленными популяциями, пусть и слабые, сохранялись.

О все видавшем до края мира,

О познавшем моря, перешедшем все горы[4].

Так начинается «Эпос о Гильгамеше», древнейшее письменное произведение, самые ранние фрагменты которого датируются 2100 годом до нашей эры. Таким образом, письменная история человеческой цивилизации начинается с рассказа об исследователе, герое – царе шумерского города Урук.

Сокровенное видел он, тайное ведал,

Принес нам весть о днях до потопа,

В дальний путь ходил, но устал и смирился,

Рассказ о трудах на камне высек.

Легендарная история происхождения народа хопи, проживающего на юго-западе США, также связана с исследованиями и потопом. После того, как Третий мир исчез под водой, предки хопи под предводительством Женщины-Паучихи двигались через океан на восток, пока не достигли гористых берегов нынешнего Четвертого мира. Но их долгое путешествие только начиналось. На протяжении поколений они странствовали по обширной и негостеприимной земле, по пути распадаясь на более мелкие группы и кланы. Они достигли всех четырех концов света, но нигде не нашли пристанища. Далеко на севере они обнаружили страну льда и снега, но этот «черный ход», ведущий из Четвертого мира, оказался закрыт. Только добравшись до северо-востока Аризоны, они обрели свой истинный дом.

Подобно многим древнейшим текстам, дошедшим до нас из древности, «Эпос о Гильгамеше» повествует о путешествиях по неизведанным землям

(Метрополитен-музей, Нью-Йорк; Фонд Роджерса, 1959)

Похожие предания о происхождении своего народа рассказывают и живущие восточнее индейцы чокто. Земля их предков, расположенная далеко на западе, иссохла и умерла; это вынудило двух братьев по имени Чата и Чикса повести людей на восток, забрав с собой кости предков. Каждую ночь они разбивали лагерь и втыкали в землю волшебный посох. Каждое утро он наклонялся в ту сторону, куда им следовало идти дальше. Однажды, спустя столетия беспрестанных скитаний, они увидели, что посох стоит прямо, указывая на то, что это и есть то самое место,