История богатства на Западе. Как боги среди людей - Гвидо Альфани

важных вопросов. Какого рода преемственность существует во времени? Чем нынешние богачи схожи с успешными людьми прошлого? Помогут ли эти общие черты лучше понять социальную напряженность по поводу самого факта существования богатых – то беспокойство, которое, очевидно, было характерной чертой западных обществ во все времена? Для ответа на эти вопросы мы должны применить исторический подход. Во-первых, если пренебречь историческим контекстом, мы рискуем, так сказать, сравнивать груши с яблоками. Во-вторых, если не обращаться к прошлому, особенно достаточно далекому, можно упустить некоторые актуальные и интересные аспекты, заслуживающие изучения.

Это книга не «против» богатых, а «о них». Нет никакого априорного намерения выдвинуть какие-либо обвинения относительно их нынешнего поведения или использовать общественное недовольство для привлечения внимания. Нет, эта работа обязана своим происхождением подлинно научному интересу к тому, что представляли собой богатые в прошлом, – а эта тема, в свою очередь, родилась в ходе более общих исследований долгосрочных тенденций экономического неравенства. Внезапное осознание того, что богатые как особая категория редко становились объектом надлежащего научного изучения (особенно жившие в доиндустриальные времена), постепенно переросло в амбициозный проект1. Но раз уж исследование изначально задумывалось с размахом – то почему не всемирная история богатых, а лишь история богачей Запада? Основная причина того, что акцент сделан на западных богатых, заключается в гипотезе о наличии исторической преемственности в том, как западные общества воспринимали (и воспринимают) их в той роли, которую им приписывали, и какого поведения от них ожидали, – преемственности, глубоко укоренившейся в западной культуре и, начиная со Средних веков, формировавшейся под воздействием христианской религии. Вторая причина состоит в том, что, насколько мне известно, ни в одной другой части мира не существует серьезных источников, посвященных именно этой теме. История богатых людей Восточной Азии, например, была бы очень интересной и помогла бы сложить пазл, что в итоге потенциально могло бы привести к написанию всемирной истории богатых. Но в данный момент следует уделить основное внимание лучше документированному Западу, определяемому как по географической, так и по культурной оси, то есть Европе, Северной Америке и другим «западным ответвлениям», культура которых в значительной степени является производной от европейской культуры.

Состояние исторической науки о богатых на сегодняшний день. Краткий обзор

Определяющей характеристикой этой книги является то, что она фокусируется на «богатых» (или «состоятельных»; эти два термина будут использоваться в качестве синонимов) как социально-экономической группе, отличающейся достатком, а не на конкретных богатых людях (династиях), не на социальных классах (в т. ч. «привилегированных») и, наконец, не на различиях в величине состояний. Эти другие возможные объекты исследования привлекали внимание ученых гораздо чаще, чем богатые как таковые, а значит, нам следует начать работу с краткого объяснения ее отличий и связей с предыдущими исследованиями.

В исторической литературе в изобилии представлены биографические работы о богатых людях, семьях и династиях; в конце концов, богатейших людей от прочих отличает то, что они, как правило, оставляют после себя гораздо больший объем документации; эта диспропорция очень быстро растет по мере углубления в историю. Однако такие работы редко носят сравнительный характер; предпочтение, как правило, отдается биографическим деталям и исторической контекстуализации, а не анализу общих черт в специальном исследовании и их интерпретации с учетом более широкой картины. Мы ни в коей мере не умаляем ценности этих работ; просто их цели отличны от целей данного исследования. К тому же эта литература в значительной степени послужила источником полезных исторических подробностей и примеров для данной книги2.

Что касается научных трудов о социальных классах, то они, хоть и обладают полезной особенностью, уделяя должное внимание доиндустриальным обществам, тем не менее отличаются от нашего исследования предметом рассмотрения и основными научными целями. Прежде всего, традиционно используемые определения «класса», как правило, отражают многомерную социальную, политическую и культурную иерархию, которая гораздо сложнее простой экономической иерархии по размерам богатства. Большинство таких работ или по крайней мере те, в которых рассматривались длительные исторические отрезки, относятся к марксистским школам экономической истории, которые преобладали во многих странах континентальной Европы до 70-х или даже 80-х годов XX века. Эти школы работали по конкретному научному плану: установление собственников средств производства в конкретный период времени, в частности доиндустриальный; выявление исторических процессов, подстегивавших «пролетаризацию» путем постепенного исчезновения собственности у мелких владельцев при параллельном росте крупной буржуазии. Подобный подход приводил к выделению широких классов: дворянства, буржуазии и крестьянства, иногда отдельно и духовенства. Классовые определения такого рода, к сожалению, бесполезны для нашего исследования по тем же причинам, по которым они бесполезны для изучения экономического неравенства на уровне домохозяйства или отдельного человека, поскольку, например, хорошо известно, что не все дворяне были богаты (мы рассмотрим это в главе 3), да и большая часть попыток точно определить, кто относится к «буржуазии» в разные исторические периоды, не выдерживает критики. Все это привело к тому, что данное направление исторических исследований иссякло еще до распада Советского Союза3.

В этой книге «богатые» определяются исключительно на основе их достатка; они могут быть дворянами или простолюдинами, хорошо образованными или совершенно невежественными, буржуа (в первоначальном этимологическом значении – жители bourg, то есть города, – горожане) или сельскими жителями, они могли владеть преимущественно землей или капиталом и т. д. Данная работа целиком посвящена рассмотрению того, как на протяжении истории изменялась относительная представленность богатых людей со специфическими признаками, включая путь, приведший их к успеху, состав богатства, а также виды привилегий и правомочий на пользование социальными, политическими и экономическими ресурсами. Иными словами, сосредоточив внимание на классификации богатых как социальной группы, характеризующейся одной-единственной чертой – достатком, и допустив варьирование остальных характеристик, мы надеемся избежать жесткости, которая, как правило, характерна для классовых исторических исследований, и рассмотреть эту вариативность в содержательном аспекте4.

Надо сказать, научные исследования имущественного неравенства в последние годы активизировались. До начавшейся в 2008 году Великой рецессии экономическое неравенство оставалось относительно малоисследованной темой, а в немногочисленных работах, посвященных его долгосрочным тенденциям, обычно рассматривался доход, а не богатство. Наступление Великой рецессии побудило гражданское общество Запада острее осознать существующий относительно высокий уровень экономического неравенства (как будет показано в этой книге, кризис также привлек общественное внимание к некоторым нерешенным вопросам, касающимся роли богатых в обществе). Публикация книги экономиста Тома Пикетти «Капитал в XXI веке» (2014) вывела богатство в центр обсуждения именно в этом контексте. Пикетти убедительно доказал, что высокая доходность капитала приводит к постоянному росту неравенства как в доходах, так и в богатстве; более того, он обосновал, что высокая доходность капитала гарантирует, что те, кто владеет большей его частью («богатые»), будут доминировать в пирамиде совокупного дохода (сумме доходов от труда и капитала),