Урок третий: чудовища, на выход! - Зильке Шельхаммер

Директор Францен продолжил:

– Фонтан и школьный сад – это всё не так важно, лучше скажи вот что: ты не поранилась? У тебя что-нибудь болит?

Юлия молча помотала головой.

– У кого что-то болит? – встревоженно переспросил доктор Рёсснер. Он только что вернулся на террасу с тарелкой, на которой лежали бутерброды с сыром, редиска и яблочные дольки.

– Ни у кого, – улыбнулся директор. Но доктор Рёсснер всё же заметил пару царапин у Юлии на лбу.

– Нужно обработать, – решил он. И, повернувшись к директору, спросил: – В доме есть аптечка?

– В ванной есть пластыри, – ответил тот и хотел было встать.

Однако ветеринар возразил:

– Я справлюсь!

Он кивнул Юлии и предложил:

– Бери с собой тарелку, у меня разрешается есть даже во время процедур.

Альва проводила их взглядом. Это сейчас ветеринар пошёл лечить динозавра или?..

– Думаю, для того, чтобы приклеить пластырь на царапину, не нужно быть ни врачом, ни ветеринаром, – прервал ход её мыслей директор Францен.

– Я считала, ты стараешься не влезать в чужие головы, – напомнила ему Альва.

– Только если эти головы на плечах у тех, кто не бродит ночами по пляжу, – строго ответил дядя.

«Зараза! Ромаш…»

– Ох, давай без этих твоих ромашек, – попросил её директор.

– Хорошо! – пролепетала Альва и повесила нос. Кажется, она влипла в неприятности и её ждёт разнос.

– Вы так рисковали! Это было ужасно глупо, – начал дядя Томас.

Альва вздрогнула. Выходит, директор знал и о том, что она была не одна.

– Но и невероятно смело.

Альва удивлённо подняла голову.

Он улыбался.

– Вы спасли Юлию и помогли ей совладать с талантом. И вы вступились за своего одноклассника. Цель в этом случае вполне оправдывает средства. Ты можешь собой гордиться. По крайней мере, я горжусь.

– Что ж, раз так… – тихо сказала Альва, а потом вытащила из кармана и положила на стол ключ от железных ворот, – тогда я хотела бы вернуть вот это.

Директор Францен ошеломлённо уставился на ключ.

– Откуда он у тебя? Из кабинета господина Петруллы?

– Ну нам ведь нужно было как-то попасть на пляж, а летать мы не умеем, – сказала Альва в свою защиту.

Директор Францен удивлённо покачал головой, но не успел ничего возразить, как у него завибрировал телефон. Он взглянул на экран.

– Они приехали, – коротко сказал он и набрал код.

Альва не верила своим глазам. Он что, может открывать главные ворота прямо с телефона? Выходит, господин Петрулла – вовсе не единственный властелин кнопки?

– Что ж, было очень интересно с тобой побеседовать. С Элвином Аппельтом я всё улажу, можешь не переживать на этот счёт. Из школы никого не исключат. А вашу ночную вылазку мы обсуждать больше не будем, – сказал дядя Томас, вставая. Уже входя в дом, он обернулся: – И кстати, чтобы избежать недоразумений: единственный властелин кнопки тут я.

А потом, уже громче, позвал:

– Магнус! Я сейчас отведу Юлию во дворец. Ты можешь проводить Альву? Только проследи, пожалуйста, чтобы она вошла в общежитие, а не отправилась бродить по острову.

Вскоре доктор Рёсснер действительно привёл Альву домой.

– Твой дядя наверняка очень рад, что эта история с разрушениями прояснилась, – вдруг сказал ветеринар.

– Вы знаете, что он мой дядя? – удивилась Альва.

Видимо, некоторым всё же можно доверять тайны.

Глава 32. Надувной матрас и извинения

Парой дней позже Альва собралась с духом и пошла в секретариат забрать новый планшет.

Когда господин Петрулла наконец вручил ей устройство, она не поверила своим глазам. Планшет был в чехле. В огромном, дутом, прорезиненном чехле яркого, конфетного цвета. Если бросить такой планшет на пол, он отскочит вверх, как мячик-попрыгунчик.

– Это что ещё такое? – спросила она.

– Это защитный чехол. Он в обязательном порядке прилагается к четвёртому планшету. Такое правило, – обиженно объяснил господин Петрулла.

– Но ведь ещё никто в истории школы не ломал столько планшетов, – заметила Альва, уныло разглядывая новый прибор. Он походил на надувной матрас для плавания.

– Да. Поэтому я вынужден ввести это правило специально для тебя, – заявил господин Петрулла. И с некоторым удовлетворением добавил: – Оно попадёт в устав школы как правило четвёртого планшета имени Альвы Шрёдер.

– Правда? – переспросила Альва, не веря своим ушам. Впрочем, это было бы вполне в духе господина Петруллы.

– Это ещё не точно, – признался господин Петрулла, но я наверняка сумею убедить в этом директора Францена.

И в эту же секунду распахнулась дверь, ведущая из секретариата в директорскую.

– Господин Петрулла, вы не могли бы… – заговорил директор Францен, но, заметив племянницу, прервался. – Альва? Ты очень кстати! У нас тут новая ученица. Покажешь ей остров? – спросил он, махнув рукой. Альва вошла с ним в кабинет.

– Мы ещё не закончили! – прошипел ей вслед господин Петрулла.

Альва вспомнила свой первый день в школе. Тогда Мала провела её по острову и всё показала. А теперь её очередь провести такую экскурсию. Как здорово!

– Добрый день, – поздоровалась она с мужчиной и женщиной на диване. Оба приветливо кивнули. Сидящая рядом темноволосая девочка повернулась к ней. Это была Юлия.

– Привет, – сказала она с улыбкой.

– Что там у вас насчёт пикника? Уже начался? – поинтересовался директор Францен.

– Пока готовимся. Ребята носят на пляж всё необходимое, – ответила Альва. Тут ей пришла идея. – А можно Юлии пойти с нами на праздник? – спросила она.

Директор кивнул. Очевидно, он и сам собирался предложить что-то в этом духе. Родители Юлии тоже не возражали.

– Как здорово, что ты будешь учиться с нами в одной школе, – сказала Альва. Они вместе с Юлией шли через площадь перед мини-дворцом. Там уже успели всё починить.

– А я вот не знаю, не слишком ли опасна для острова такая ученица, как я, – ответила Юлия, показывая на статую графа фон Доннерсберга. Её водрузили обратно на пьедестал, в фонтане опять журчала вода, а на клумбе цвели заново высаженные цветы. Всё выглядело так, будто ничего и не произошло.

– Не беспокойся, – успокоила её Альва. – Этот остров и не такое выдерживал.

Юлия неуверенно посмотрела на неё.

– Директор Францен сказал то же самое, – ответила она, чуть помедлив.

Альва хорошо помнила сомнения, которые одолевали её саму в первый день, и ужасное чувство, что ей никто не в силах помочь.

– И он прав, поверь, – заверила она Юлию, ободряюще улыбнувшись.

Они шагали напрямую к воротам. На полпути им встретились Тилль и Йонас, которые тащили на пляж стопку пледов для пикника. Издали казалось, будто на шее у Йонаса намотано фиолетовое боа.

– Снова перья наросли? – удивилась Альва. – И что же говорит на этот счёт твой тренер таланта?

В последнее время признаки превращения у Йонаса никогда не исчезали полностью. На голове у него постоянно росло множество бирюзовых перьев, а на руках пробивался розовый пушок.

– Говорит, что я не должен сопротивляться, – угрюмо пробормотал он.

– А ты хотя бы знаешь, во что превращаешься? – поинтересовалась Альва, потому что таких птиц ей видеть ещё никогда не доводилось.

– Видимо, в пернатую конфетную лавку, – пожаловался Йонас.

Тилль подбодрил друга.

– Но может, это будет летающая конфетная лавка!

Казалось, эта мысль Йонаса обрадовала.

– О да, это было бы классно! – широко улыбнулся он, и оба пошли дальше.

Альва издалека показала Юлии здание школы, спортзал и дома.

– Там, подальше, общежитие номер семь. Там живу я. В каждом общежитии есть свой воспитатель или воспитательница. А вон там…

Но тут девочкам под ноги камнем упало что-то чёрное. Юлия с визгом отпрыгнула. В следующую секунду, немного отойдя от испуга, Альва узнала в распластавшемся на гравии существе Родриго.

– О нет, бедная птичка! Что с ней такое? – разволновалась Юлия.

Родриго чувствовал себя в своей стихии. Изображать потерпевшую крушение ворону было одним из его коронных номеров. Он принялся тяжело хрипеть, разевая клюв.

– Талант, достойный лучших мировых сцен, – скептически проворчала Альва. От её внимания не ускользнуло, как он то и дело приоткрывает глаз, подглядывая за их реакцией.

– И как ему помочь? – спросила Юлия.

– Никак! – сказала Альва и перешагнула через Родриго. Чудесным образом хрип стал ещё громче. Теперь он уже напоминал удушливый кашель.

– Ну неужели мы совсем ничего не можем для него сделать?

Юлия с сочувствием разглядывала ворону, которая по-прежнему дёргалась поперёк дороги.

– Единственное, чего ему не хватает, – это письменных извинений. А их он не получит, пока ведёт себя так отвратительно! – раздражённо объяснила Альва.

На лице Юлии читалось полное недоумение.

Впрочем, Родриго тут же вскочил:

– Договорились! Письменные извинения! Ты только что пообещала!

Прокаркав это, он упорхнул прочь.

Юлия снова испуганно отшатнулась.

– А я ведь готова была поручиться, что он действительно ранен, – заметила она, глядя вслед Родриго.

– Это да. Он отличный актёр, – согласилась Альва.

Глава 33. Поцелуй меня, я аммонит

Альва с Юлией прошли через железные