Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

Карина оглянулась вокруг — к нам уже подходил Володин — и, поднявшись на цыпочки, жарко зашептала мне в самое ухо:

— Он так разозлился, потому что он его знакомый!

Глава 8

С утра Карина была сама не своя. Я ее такой первый раз видела. Обычно ее плохого настроения хватало часа на два. Или, в крайнем случае, до утра следующего дня. Как говорится, утро вечера мудренее. Вечером плачет и печалится, а с утра снова бодрая и жизнерадостная Кариша.

А сегодня не так. Карина совсем упала духом. На работу пришла бледная, с опухшими глазами, вся какая-то непривычно вялая. Видно, ночью не спала толком. Неужели так из-за вчерашнего Володинского нагоняя расстроилась? Было бы из-за чего!

На наши расспросы о настроении и самочувствии Карина буркнула, что все с ней в порядке, и отошла от нас подальше. Уставилась на кофейник, как будто он ей роднее всех родных. Лицо печальное, из рук все валится. На Алекса Карина демонстративно не смотрела, даже не ходила к тому столу, за которым они с Анной расположились. Так и топталась на небольшом пятачке, улыбалась через силу.

Катя понаблюдала какое-то время это безобразие и отправила Карину на перетирку, хоть и не ее очередь была. Пусть в сервировочной торчит Со своим страдальческим лицом, главное, чтобы бокалов не перебила больше, чем обычно. А то будет Володину лишний повод поорать.

Сам Володин толокся с утра возле нашей станции, непонятно зачем. Наблюдал, как работаем. Чего он на нас взъелся? Уже и Карины не было, а он все бродил неподалеку. Потом завтракать сел. Тоже у нас.

— Как ты думаешь, что у нас Володин высматривает? — спросила я у Кати, улучив момент. — Ищет, к чему бы придраться?

Катя пожала в ответ плечами.

— Знаешь, не исключено, что он просто пришел на Анну посмотреть. Он ведь тоже в курсе ее проблемы.

— Дикость какая-то!

— А он не одинок. Ты не обратила внимания, что у нас уже весь ресторан побывал под разными предлогами? Все ходят посмотреть на сумасшедшую туристку. Дикари и есть! Устроили тут зоопарк.

Катя тоже с утра не в духе. Что же за круиз такой тяжелый выдался!

* * *

Поговорить с Кариной удалось только после обеда.

— Все плохо у меня, — сообщила она, хлюпая носом. — Очень плохо все. И зачем я только на этот теплоход устроилась? Папа мне в Таиланд предлагал поехать, а я, дура, отказалась. Хотела ему доказать, что взрослая уже, и сама смогу прожить, без его денег.

Карина выудила откуда-то из кармана уже мокрый насквозь платок и промокнула слезы.

— Не три глаза, и так красные.

— Я и не тру. Это я просто ночью тоже плакала. Зачем я сюда устроилась?

— Кариша, хватит причитать! Не так все плохо, не выдумывай. Это у тебя просто настроение плохое. И погода вон испортилась — холодно и тучи. Вот и не весело.

— При чем тут погода? — возмутилась Карина. — Погода обычная, мы же на север идем, вот и похолодало. И настроение мое ни при чем. Просто все на самом деле плохо…

— Ну, что плохо? — не выдержала я. — Перечисли мне прямо по пунктам.

— Пожалуйста, могу и по пунктам. Витька меня достал уже со своей ревностью — это раз. Подкарауливает меня везде, поговорить хочет.

— Ну, и поговорила бы. Что, тебе поговорить жалко?

— Да не жалко мне. Только говорить мне с ним не о чем. Он думает, что я его бросила, потому что у меня кто-то другой появился. А я не поэтому. Просто не люблю я его, вот и все.

— Ладно, с Витькой понятно. Еще что?

— Зотова на меня злится.

— Не злится она уже. Сама мне говорила.

— Мало ли, что она говорила. Я же вижу, как она на меня смотрит. Она меня ненавидит.

— Еще что? — спросила я, стараясь поскорее закончить разговор про Светку. Потому что, честно говоря, и сама не верила, что Зотова так быстро отказалась от своих кровожадных планов.

— Володин ко мне придирается, — перечисляла обиды Карина.

— Это не считается. Он ко всем придирается.

— Ко мне больше всех, — упрямилась Карина, вытирая слезы.

— Это тебе кажется, — не сдавалась я.

— Еще золото пропало.

— Золото вернут, я же тебе рассказывала.

— Ну да, рассказывала. Это милиционер твой так думает, что вернут. А только не возвращают что-то. Вон уже сколько времени прошло!

— Вернут обязательно! Он сказал, через пару дней. А прошли только сутки. Рано еще переживать.

Карина помолчала немного, потом вздохнула и выдала последнюю в списке неприятность:

— Алекс этот, который и не переводчик совсем, на меня накричал сегодня.

— Когда это он на тебя накричал? Почему мы с Катей ничего не слышали?

— Ну, не накричал. Наругался. Я хотела с Анной немножко поговорить, чтобы она не чувствовала себя одиноко, спросила, понравилось ли ей в Савельевске. А он как схватит меня за руку, как зашипит прямо в лицо: «Пошла вон отсюда!» И лицо такое злое у него…

— Карина, ты зачем к Анне полезла? Ведь он же предупреждал нас.

— Он предупреждал, чтобы мы не обижались, если что. А я и не обижалась, я хотела ей показать, что хорошо к ней отношусь, вот и все.

Я набрала побольше воздуха, досчитала до десяти и сказала, как можно спокойнее:

— Он тебя предупреждал, чтобы не обижалась? Вот и не обижайся. Он ведь тоже человек, у него тоже нервы. Да еще за Анной следить надо постоянно. Сорвался, нагрубил, с кем не бывает. Он турист — ему можно. И все остальные твои причины — ерунда на постном масле. Такое каждый день случается у всех. И никто не ноет, не страдает. И ты прекращай.

Карина смотрела на меня глазами обиженного ребенка. Пожаловалась, называется. Но я же не могу ее все время утешать? Тем более, в большинстве своих неприятностей Карина виновата сама.

— Давай-ка успокаивайся, — велела я напоследок. — Чтобы завтра ты опять была бодрой и веселой.

На ужине Карина выглядела гораздо лучше. Носом больше не хлюпала и даже напевала что-то тихонько, раскладывая приборы на столах.

Вот что значит, поговорить по душам! Не заняться ли мне практической психологией?

Глава 9

На завтрак Карина не явилась.

— Проспала, не иначе, — предположила Катя. — Давай начнем без нее, а как все за столы рассядутся, я за ней сбегаю, разбужу эту соню.

Вернулась Катя совершенно озадаченной. Карины в каюте не было. Мало