Путеводитель по Шекспиру. Греческие, Римские и Итальянские пьесы - Айзек Азимов

Дочери тюремщика кажется, что все наладится, как только она окажется в Елисейских полях:

…мы, девушки, которых жизнь погибла, разбита на куски любовью, все придем туда и будем заниматься только срыванием цветов для Паламона. Я наберу для него букет…

Акт IV, сцена 3, строки 24–26

[В оригинале: «…рвать цветы с Прозерпиной. Тогда я наберу для Паламона букет…» – Е. К.]

Аид похитил Прозерпину, когда она рвала цветы, так что это занятие ей вполне подходит.

Выслушав этот бред, врач решает, что вылечить безумие девушки можно только одним способом – пусть она думает, что Паламон рядом. Поэтому он уговаривает Жениха сыграть роль Паламона и делать все, что от него потребуется. Жених соглашается, и Дочь тюремщика принимает его. Излечилась ли она – неизвестно, но для этой пары пьеса заканчивается счастливо.

«Алкид в сравненье с ним…»

Рыцарский турнир под предводительством Аркита и Паламона вот-вот начнется. В пятом акте Шекспир дает волю перу и жертвует всем в угоду зрелищности. Оба воина должны принести клятву богам. Аркит выбирает Марса (Ареса), бога войны, и получает обещание победы в виде короткого удара грома.

Паламон обращается не к Марсу, а к Венере, богине любви (по законам куртуазности это более правильный выбор), и тоже получает знак в виде музыки и появления голубей.

Эмилия молится девственной Диане (Артемиде) и просит даровать победу тому из рыцарей, кто ее больше любит. В ответ с куста падает роза.

Бой разгорается не на шутку, но проходит за кулисами. Сначала по доносящимся оттуда крикам зрители догадываются, что перевес на стороне Паламона, но в конце концов победу одерживает Аркит; Марс выполняет свое обещание.

Тезей чрезвычайно восхищен обоими. Проигравший Паламон заслуживает его похвалу:

Я очарован

Так сильно им, что, кажется, Алкид

В сравненье с ним – кусок свинца простого.

Акт V, сцена 3, строки 119–120

Чаще всего у греков было одно имя. Это неминуемо приводило к дублированию, и для определения личности приходилось добавлять к имени либо название родного города, либо имя отца. Про человека могли сказать «Диомед, сын Тидея» или просто «сын Тидея»; это тоже указывало на Диомеда. По-гречески «сын Тидея» – Тидид.

Называть Геркулеса по имени отца было бы затруднительно, так как его отцом был Юпитер, явившийся матери Геркулеса Алкмене в образе ее мужа Амфитриона. Поскольку Амфитрион был классическим рогоносцем, авторы мифов не могли назвать Геркулеса Амфитрионидом. Но выход из положения нашелся: Геркулеса наградили именем в честь деда, отца Амфитриона, которого звали Алкеем. Так он стал Алкидом.

В заключение следует сказать, что битву с помощью Марса выиграл Аркит, однако даму с помощью Венеры получил все же Паламон. Когда ликующий Аркит сел на коня, тот [согласно Чосеру, испуганный фурией, которую по просьбе Венеры вызвал из Аида Сатурн. – Е. К.], сбросил всадника, упал и придавил его. Аркита приносят на сцену, он умирает, успев передать свое право на Эмилию Паламону: Тезей подтверждает, что перед смертью Аркит все же признал, что Паламон первым увидел Эмилию.

Теперь все правила куртуазной любви соблюдены, и можно опустить занавес.

Глава 4

«Троил и Крессида»

Самым знаменитым событием ранней истории Древней Греции была Троянская война, начавшаяся через поколение после эпохи Тезея, то есть вскоре после 1200 г. до н. э. Об этой войне мы знаем только благодаря истории, рассказанной Гомером – греческим поэтом, предположительно жившим в IX в. до н. э.

Литературные критики уже две тысячи лет спорят, жил ли Гомер на самом деле и является ли автором приписываемых ему поэм один человек, или авторов было несколько, но к теме данной книги это отношения не имеет.

Зато к ней имеет отношение то, что поэмы Гомера (наряду с Библией и пьесами Шекспира) являются самыми знаменитыми и наиболее влиятельными произведениями западной литературы и что в 1601 г. Шекспир написал пьесу на гомеровский сюжет.

Он был не первым и не последним из тех, кто перелагал произведения Гомера.

Считается, что эпическая поэма Гомера «Илиада» была составлена около 850 г. до н. э., и с тех пор ее декламировали или пели многие барды (точнее, рапсоды), передавая в устной традиции из поколения в поколение. Около 500 г. до н. э. она была тщательно записана афинскими учеными и приобрела тот вид, в котором мы знаем ее сейчас.

Гомер рассказывает историю одного-единственного эпизода нескончаемой Троянской войны, которая, согласно сказанию, продолжалась целых десять лет. Этот эпизод относится к десятому, и последнему, году осады и описывает ссору между двумя греческими вождями, разразившуюся в результате этой ссоры катастрофу и примирение, последовавшее после того, как участники понесли трагические потери.

В поэме содержится множество намеков на события, которые произошли до ссоры и после примирения. Популярность поэмы Гомера заставила более поздних греческих поэтов и драматургов описать другие эпизоды Троянской войны, основываясь на указаниях автора и других сказаниях, существовавших в ту эпоху, но не дошедших до нас.

Некоторые древние авторы даже пытались переписать эпизод ссоры; этот обычай сохранялся в Средние века и дожил до нашего времени. Например, в 1925 г. американский писатель Джон Эрскин опубликовал книгу «Частная жизнь Елены Троянской», обогатив язык XX в. новым идиоматическим выражением.

Шекспир тоже приложил руку к Гомеру; увы, написанная им пьеса не относится к числу шедевров автора и, безусловно, проигрывает в сравнении со знаменитым оригиналом.

«…Троя»

Шекспир выбирает практически тот же эпизод, который интересует Гомера; иными словами, он сосредоточивается на последних этапах долгой осады. Но если Гомер описывает перипетии войны, которые в его время знали все греки, а имена героев были на слуху у каждого, то Шекспиру пришлось намного труднее.

Образованные англичане в эпоху Шекспира знали о событиях Троянской войны, но главным образом благодаря переложениям, сделанным в Древнем Риме и в Средние века. Впервые поэму Гомера перевел на английский язык в конце XVI в. Джордж Чепмен (труд которого два века спустя вдохновил Джона Китса на знаменитый сонет). Однако ко времени написания «Троила и Крессиды» из печати вышла только треть этого перевода; Шекспир едва ли ознакомился с описанной Гомером историей по первоисточнику и был вынужден опираться на более поздние (и сильно искаженные) версии сказания о Троянской войне.

Судя по всему, приступая к работе, Шекспир (в отличие от Гомера) чувствовал себя не слишком уверенно, а потому начал пьесу с пролога. Читающий его актер