Древний Израиль и народы Ханаана. Этническая история Южного Леванта. III тыс. до н. э. – VII в. - Игорь Павлович Липовский

слабы и нерешительны. В результате вавилоняне не только разрушили и разорили Моав, но и увели в плен часть населения страны. «Зарыдаю я о Моаве, – писал иудейский пророк Иеремия, – и закричу обо всех моавитянах, о людях Кир-Харешета застонет (сердце мое). Лоза виноградная (из) Сивмы, буду я плакать о тебе, как плакал о Йазере… Как свирель плачет сердце мое о Моаве…» (Иер. 48: 31–32, 36).

Падение Моава и Эдома облегчило проникновение в Южное Заиорданье набатеев – арабских кочевых племен из Аравии, которые постепенно вытеснили моавитян и эдомитян с их родных земель и заставили переселиться на запад, в Южную Иудею. В V–IV вв. до н. э. набатеи окончательно захватывают территорию Моава и имя моавитян перестает даже упоминаться. Вероятнее всего, большинство моавитян, приняв еврейский монотеизм, ассимилировались с иудеями (рис. 29).

5. Аммонитяне

Предки аммонитян были составной частью той племенной группы патриарха Авраама, которая в поисках новой родины сначала пыталась обосноваться в Южной Месопотамии, а потом ушла в Ханаан. Этническое происхождение и родословие аммонитян почти полностью повторяют историю их братьев – моавитян. Аммонитяне, точно так же как и моавитяне, считали своим праотцем и патриархом Лота, племянника Авраама, то есть их предки были частью библейской семьи. Как и в случае с моавитянами, Библия возводит происхождение аммонитян к кровосмешению между Лотом и его дочерью. Если праматерью моавитян считалась старшая дочь Лота, родившая от отца сына – Моава, то прародительницей аммонитян стала младшая дочь, родившая от Лота другого сына, названного ею Бен-Ами («сын моего народа»). Библейское предание объясняет факт кровосмешения отсутствием выбора, так как дочери Лота лишились своих женихов и оказались вообще без мужчин в результате экологической катастрофы. Это был тот самый геологический катаклизм, который погубил города Содом и Гоморру и привел к появлению Мертвого моря. Как бы то ни было, остается загадкой, действительно ли предки моавитян и аммонитян допускали кровосмешение, или редакторы Библии, желая предотвратить браки иудеев с идолопоклонниками в послевавилонский период, внесли это предание в Книгу Бытие. В любом случае аммонитяне и моавитяне были братскими народами и имели общее с древними евреями происхождение. Более того, оба этих народа обосновались рядом друг с другом: Аммон в Центральном Заиорданье, а Моав в Южном. Северной границей Аммона считалась река Яббок, приток Иордана, а южной – поток Арнон, впадавший в Мертвое море. Коренным, автохтонным населением этих территорий был народ Рафа (рефаим), который у аммонитян

был известен под именем «замзумим». Аммонитяне, как их собратья моавитяне, не только не тронули высокорослых насельников этих мест, а, наоборот, быстро сблизились и смешались с ними. Хотя Аммон, как и Моав, находился в близком родстве с древними евреями, Моав имел лучшие отношения с ними, чем Аммон. Как Моав, так и Аммон постоянно враждовали с израильтянами из-за земель заиорданских колен Реувен и Гад. С другой стороны, аммонитяне, как и моавитяне, старались сохранять мир с иудеями, с которыми у них не было не только никаких территориальных споров, но даже общей границы.

Аммон, как и Моав и Эдом, тоже не оказал гостеприимства своим родственникам – древним евреям, вернувшимся из Египта, за что был сурово осужден во Второзаконии (Втор. 23: 4–7). За этот неблаговидный поступок аммонитяне были наказаны тем, что им не вернули те земли, которые захватило у них аморейское царство Сихона. Израиль, разгромив это царство, отдал бывшие аммонитянские земли древнееврейскому колену Гад. В то время аммонитяне не посмели конфликтовать с израильскими племенами, но припомнили им это позднее, в период судей, когда их союз распался и они ослабли в результате междоусобиц. Приблизительно в середине XI в. до н. э., воспользовавшись нападением филистимлян на древнееврейские племена, аммонитяне захватили Гилад (заиорданские земли израильских племен Гад и Менаше). Сопротивление аммонитянам возглавил тогда выходец из самого Гилада судья Ифтах. «И пришел Ифтах к Аммонитянам сразиться с ними, и предал их Господь в руки его. И поразил он их поражением весьма великим… и смирились Аммонитяне пред сынами Израилевыми» (Суд. 11: 32–33) (рис. 30 и 31).

Однако это был далеко не последний раз, когда аммонитяне оспаривали район Гилада у Израиля. В следующий раз аммонитяне напали на Гилад в самом начале правления царя Саула, когда он еще не успел укрепить свою власть над израильскими племенами. «И пришел Нахаш Аммонитянин и осадил Явеш Гиладский. И сказали все жители Явеша Нахашу: заключи с нами союз, и мы будем служить тебе». Однако попытка гиладян договориться с аммонитянами о выплате им умеренной дани не удалась. Нахаш, правитель Аммона, зная, что израильтяне заняты войнами с филистимлянами, требовал несравненно большего: «И сказал им Нахаш Аммонитянин: я заключу с вами союз, но с тем, чтобы выколоть у каждого из вас правый глаз и тем положить бесчестие на весь Израиль» (1 Цар. 11: 1–2). Молодой Саул, чья власть была еще очень шаткой, например, колено Эфраим не признавало его в качестве царя, был вынужден пойти на крайние меры: «И взял он пару волов, и рассек их на части, и послал их во все пределы Израильские., и объявил, что так будет сделано с волами того, кто не пойдет за Саулом и Самуилом. И напал страх Господень на народ, и выступили они (все) как один человек» (1 Цар. 11: 7). Так с помощью угроз Саулу удалось собрать большую армию и разгромить аммонитян. «…И поразили Аммонитян еще до дневного зноя; оставшиеся рассеялись, так что не осталось из них и двоих вместе» (1 Цар. 11: 11).

Аммонитянский правитель Нахаш (1010 – 990 гг. до и. э.?) был врагом царя Саула и израильских заиорданских племен, живших в Гиладе, но в то же время он имел хорошие отношения с иудеями и, более того, «оказал милость» и помог врагу Саула – Давиду (2 Цар. 10: 2). Однако как только Давид стал во главе объединенного Израильско-Иудейского царства, отношение аммонитян к нему резко изменилось, и не случайно: Давид не скрывал своего намерения подчинить себе все три заиорданских царства. Если с Эдомом и Моавом это удалось сделать достаточно быстро, то война с аммонитянами затянулась надолго. После смерти Нахаша власть в Аммоне захватил один из его сыновей, Ханун, – противник объединенного царства. Но Давид считал себя вправе вмешаться в спор о престолонаследии: его военачальники, Иоав и Авишай, были внуками Нахаша, так как их мать, Церуа, приходилась родной дочерью аммонитянскому царю. Имелись и другие иудейские роды, напрямую связанные с Нахашем, например, полководец Амаса был сыном еще одной дочери аммонитянского правителя. «И собрал Давид весь народ, и пошел к