Сакаджавея, женщина-птица. Проводник Льюиса и Кларка - Джеймс Уиллард Шульц

не суждено увидеть свою страну и свой народ. Я твёрдо решила, что не попаду больше в плен и теперь, прежде чем враг успеет схватить меня, я убью своего маленького сына, а потом и себя! Теперь я постоянно следил за речной долиной впереди и вершинами скал по обе стороны узкой долины, ожидая, что за каждым поворотом мы увидим приближающегося к нам врага.

Наконец, однажды утром мы добрались до устья Медвежьей реки[6] и разбили лагерь. Теперь я была в стране, которую знала. Здесь я оставила Большую реку с моими пленителями-миннетари и направилась через равнину к Маленькой реке. Верхом отсюда до водопадов Большой реки был всего день пути. Осмотревшись, как смогла, я не нашла никаких новых признаков присутствия врага – ни костра, ни следов человека или лошади, и начала думать, что, в конце концов, мы могли бы добраться до гор, не будучи обнаруженными черноногими. О, как я молилась об этом! О, как я молила богов, чтобы они скрыли нас от глаз врага, пока мы шли все дальше и дальше к истоку реки и через горы к моему народу!

К моему удивлению, после того, как мои белые вожди сотворили магию с помощью своих странных инструментов, мы не пошли дальше. Один из вождей отправился вверх по Большой реке, а другой – вверх по Медвежьей, каждый с несколькими людьми, оставив нас на растерзание врагам, если они нас обнаружат. Красные Волосы, который отправился вверх по Большой реке, отсутствовал три дня, а Длинный Нож, который отправился вверх по Медвежьей реке, вернулся только к вечеру пятого дня. После его возвращения мы пробыли там ещё один день, суша наши вещи после проливного дождя, спрятав часть из них в яме, которую мужчины вырыли в земле, и оставив одну из наших лодок на острове. И как ты думаешь, почему они так долго не поднимались вверх по этим двум рекам? Всё это время они пытались выяснить, какая из них была Большая река, по которой они хотели плыть! Но вот я была здесь; я могла бы сказать им, какая это река, а они меня не спросили!

Когда мой мужчина сказал мне, чем они занимались, я отругала его и попросила передать Длинному Ножу и Красным Волосам, что мне очень жаль, что они не сказали мне, в чем их проблема, потому что я могла бы избавить их от этих пяти дней скитаний. Он не стал этого делать.

– Я не могу. Тогда они обвинили бы меня в том, что я не спросил тебя об этом, – ответил он.

Ах, ну что ж, это один из главных недостатков мужчин: они думают, что женщины настолько глупы, что это просто пустая трата времени – расспрашивать их о чём бы то ни было!

В нашу последнюю ночь в устье Медвежьей реки я заболела. Пока я спала, какой-то черноногий или другой призрак врага, бродивший там, нашёл меня и вложил свою злобу в моё тело. По мере того как мы поднимались вверх по реке, мне с каждым днём становилось всё хуже и хуже, и я начала думать, что вот-вот умру. Если бы так случилось, то мой маленький сын, лишённый моего грудного молока, тоже умер бы. Я сказала себе, что ради него не должна умирать. Я молила богов о помощи. Я принесла им жертву. Я умоляла их поддерживать во мне жизнь, пока я не доберусь до водопада, рядом с которым есть зловонный источник, и выпью его целебную воду. Они действительно помогли мне. Я все боролась и боролась со злом, поселившимся во мне, и, наконец, когда мы приблизились к нужному месту, я сказала своему мужчине, где находится источник, и послала его принести мне воды. Я пила и пила её, и к тому времени, когда мы разбили лагерь у источника, мне стало лучше. Через два дня мне снова стало хуже, но я продолжала молиться богам и пить целебную воду, и в конце концов злая сила вражеского призрака покинула меня.

Я думала, что, когда мы подъехали к длинной цепи множества водопадов, где вода в реке была очень быстрой, нам лучше было бы оставить лодки и отправиться в мою страну пешком. Но нет! Как только мы добрались первой стремнины, мужчины сразу же принялись рубить большие деревья и распиливать на круглые куски, чтобы на них тащить лодки – все, кроме самой большой – по длинному, неровному и крутому пути к почти стоячей воде выше водопадов, и это вызвало долгую задержку, потребовало много дней тяжёлого труда. И пока их люди работали, втаскивая лодки на брёвнах вверх по тропе и неся на спине многочисленные свёртки с товарами, Длинный Нож и Красные Волосы занимались магией с помощью своих необычных маленьких инструментов у каждого водопада, и не по одному разу, а много раз. Я не могла понять, зачем они это делали; мне это казалось бесполезной работой. Они прокладывали путь на запад. Что ж, ни лодки, ни люди не могли бы переправиться через водопад, так почему бы просто не обозначить начало тропы, огибающей водопад, и её конец у тихой воды, и на этом покончить? Это был единственный недостаток моих добрых белых вождей: они – мне неприятно это говорить – просто теряли время.

Наконец, выше водопадов был разбит лагерь, и однажды мы, находившиеся в нижнем лагере, отправились перетаскивать туда последние лодки и пакеты с товарами. Я шла впереди группы с Красными Волосами, чернокожим белым мужчиной и моим мужчиной. Это был плохой день; низкие чёрные тучи заволокли все вокруг, закрывая синеву, и пошёл дождь. Мы не успели далеко продвинуться по тропе, как налетел ужасный ветер и начался самый сильный дождь, который я когда-либо видела. Впереди шел чёрный белый человек. Красные Волосы, мой мужчина и я убежали в ложбину и остановились под каменной стеной, которая образовывала правый берег. Дождь усилился, и лил всё сильнее, пока не стало так темно, что мы могли видеть только другой берег оврага, находившийся менее чем в десяти шагах от нас. Я знала, что из-за такого сильного дождя там, где мы стояли, скоро потечет река, и уже собиралась сказать своему мужчине, что нам лучше убраться из ущелья, как вдруг мы увидели, что на нас обрушивается огромный поток воды. Я оставила своего маленького сына у своих ног, расстелив его одеяла на сумке, в которой его носила, чтобы он мог лечь, и когда я подхватила