Роанна Энгерская. Путь на Юг - Виктор Постоенко

Граф немного ошибся. Мы вошли в залив сразу после восьми утра. Первыми умчались к причалу шхуны и все три корвета. По плану О.Брайена они должны, используя причал и шлюпки, высадить всех солдат прямо на причал. Затем отойти в море. После чего «Неустрашимый» остается напротив дворца, а «Беллона» и «Тринкомали» занимают позиции слева и справа от города. И при обнаружении там военных лагерей мятежников незамедлительно начинают их обстрел. Остальные корабли высаживают войска шлюпками, и только два торговца пристают к причалу для высадки обеих батарей. А дальше действуем по обстановке.

Над заливом клубился белесый утренний туман, виднелись только верхушки окружавших его гор. Корабли спустили паруса и шли только под кливерами. Ни нас пока никто не видел, ни мы не видели берег и не могли ориентироваться.

Показалось солнце, и его первые лучи начали пробиваться через серую мглу. Мое ухо уловило какие-то щелчки. Орвальд указал вперед и сказал – это ружейные выстрелы, бой идет.

Внезапно туман стал исчезать, и моему взору открылся вид на огромный город.

Я никогда не видела Рианол со стороны моря. Красивые здания Императорского дворового комплекса, зеленые сады, крыши домов и дворцов знатных вельмож, предместья слева и справа.

Над городом в нескольких местах поднимался дым от пожаров.

Глава десятая. Высадка. Освобождение Дворца.

Наши шхуны уже высадили десант и шлюпки оттягивали их от берега. Все три корвета стояли со спущенными парусами напротив пристани, от них к причалам шли большие шлюпки.

Стоявший слева «Тринкомали» выбросил в сторону берега несколько клубов белесого дыма. А потом до нас докатился грохот орудийных выстрелов. Значит не обошлось, и теперь в городе уже все знают, что мы пришли.

Когда «Горец» встал на якоря напротив дворцового причала, рядом с ним остался только корвет «Настойчивый», которого оттянули от берега метров на двести. Рядом с нами бросили якоря фрегат «Клоринда», галион «Роон» и остальные корабли. Транспорты отдали концы и сами на веслах пошли к берегу.

Я с удивлением увидела на шканцах первого транспортника знакомую фигуру полковника Филипса. Откуда? Он и на совещании то не был по причине болезни.

Увидев меня, он снял свою треуголку и поклонился. Я ответила легким поклоном. Скорее всего он не смог усидеть дома, раз Колин остался в Андоле.

И я была благодарна ему за это. Использование артиллерии в условиях городских улиц это особый вид боевой деятельности. Значит теперь, с его то опытом, наши точно справятся.

На корабле спустили два специально изготовленных трапа с противоположной стороны борта. И началась посадка в шлюпки. Гвардейцы уже сели в одну шлюпку, и я со своим женским сопровождением спускалась именно в нее. Мне протянули руки, приняли.

На берегу, пока на меня надевали кирасу, я осмотрелась. Справа выкатывали с кораблей пушки, зарядные ящики, небольшие ручные повозки с установленными на них бочками. Которые заранее заполнили разведенной уксусом водой.

Слева, напротив центральной улицы Дворцового комплекса, которая рассекала его на две половины и шла от ворот до самой пристани, выстроились шеренги солдат. И стреляли размеренными залпами куда-то в ту сторону.

Еще левее их, минимум два построенных поперек причала в три шеренги взвода, уставились штыками в левую сторону пирсов. Перед ними, метрах в ста пятидесяти, грудами лежали тела воинов в неизвестной мне одежде.

Видимо это жертвы тех двух картечных залпов «Тринкомали», они там построились для атаки, не ведая, какую опасность несет этот приближающийся к берегу красивый корабль.

Ко мне подошел Паурс, деловито приложил руку к козырьку кивера. Да, именно кивера. С украшенным латунными пряжками ремешком под подбородком, таким же блестящим латунным андольским львом на тулье.

Треуголки конечно красиво, но не практично. Сильный ветер и потом лови их. Основавшие рядом с городом большую швейную мастерскую каледонцы в первую очередь обеспечили киверами гвардию и полк Паурса. Сложности то в пошиве не было никакой. Главное было знать, как это все сделать. Я вот и не знала.

Паурс, указывая рукой, пояснил, что как только все пушки будут сгружены, он начнет наступление к главным воротам Дворца. По трем параллельным улицам, проводя зачистку всех зданий комплекса. Я распорядилась всех слуг сгонять во двор Главного Императорского Дворца Совещаний.

Он был вместителен и легко примет несколько тысяч человек. Слева с двумя пушками пойдет отряд графа Корвуала, он бывал во дворце, и легко сможет сам ориентироваться.

В центре идет сам Паурс, справа командир второго батальона полковник Лорн с двумя пушками. Четыре орудия пойдут в центре. Все, как и планировали. Я же с моими гвардейцами пойду прямо к Дворцу Императора, и со мной резервная рота батальона Паурса.

Скрипя снастями, из-за горца вышел «Неустрашимый», и набирая скорость пошел к левому предместью. Оттуда уже доносилась орудийная стрельба. «Тринкомали» разносил военный лагерь мятежников. Все, как и планировал и предвидел Император.

Справа тоже уже гремели пушки «Беллоны». Туда после выгрузки пойдет «Клоринда». А шлюпки все шли и шли к берегу. Солдаты быстро строились в колонны, и взвода бегом разбегались на лево и на право. Я подошла к началу центральной улицы.

Вдали, метрах в пятистах, выстраивались какие-то чужие войска, виднелся лес копий, слышались громкие команды. Именно сюда сейчас под командованием Филипса выкатывали четыре заряженных картечью орудия. По согласованию с военным министром, все союзные нам отряды должны были повязать белые повязки на левую и правую руку.

У кого нет повязок - те должны будут умереть.

Меня позвала Нанке. Оказывается, пока я ходила с Паурсом посмотреть на противников, к нам через сад вышел граф Ойген. Император засел во дворце принцессы, а в его дворце обороняется министр Хан. Враги не знают, что Императора там нет.

Но дела совсем плохи. Мятежники уже два раза прорывались почти к спальне Императора. Дворец принцессы они пока не могут взять, там рота стрелков. Но уже почти половину патронов израсходовали.

Медлить было нельзя, и наш отряд, ведомый графом, бросился бегом по ему ведомым переулкам и закоулкам дворца. Садики, пруды, беседки, какие-то аллеи. Колонна по пять человек, держа ружья с примкнутыми штыками в правой руке прикладом вниз, легким бегом пересекала огромный парк с его красивыми павильонами.

Сзади одна за другой ударили пушки. Слева от нас за зданиями раздались крики боли, а потом кто-то завыл на высокой ноте. Аж не по себе стало.

Пушки загремели справа, потом дальше слева. А потом началась настоящая грохочущая канонада. Это линкор присоединился к двум корветам слева от нас, а фрегат и шлюп составили компанию «Беллоне» справа. Сто две корабельные пушки с борта начали свой концерт.

Впереди показались стены какого-то большого дворца. Оттуда доносились крики и лязг оружия. Ойген пояснил, что это дворец императрицы, его защищает капитан Вартон.