Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 2 - Елизавета Владимировна Соболянская

поместье сидеть не пожелала — через год вышла в свет, помня о том, что их единственному сыну Константину понадобятся светские связи, да и жену для будущего офицера лучше присматривать заранее.

Ефим Александрович, сам только-только поступивший на службу в гвардию сопровождал невестку на приемах, поддерживая ее в желании укрепить светские связи и даже поступить на службу к одной из великих княгинь в качестве фрейлины или чтицы.

К сожалению, совсем еще молодая Наталия Борисовна Медведева невольно привлекла много внимания к своей персоне. Высокая и статная красавица, уже имеющая магически одаренного сына, и солидную «вдовью часть» стала приманкой для легкомысленных типов, желающих не то закрутить светский романчик, не то добиться популярности, одолев неуступчивость «суровой вдовы».

Обычно таким хлыщам хватало сурового взгляда Ефима, но долго так продолжаться не могло. На званом вечере в доме Олсуфьевых отставной капитан Валевский в подпитии отпустил весьма двусмысленный комплимент в адрес молодой вдовы, оценив ее фигуру, и «плодовитость».

Ефим резко осадил болтуна, но обиженного поляка понесло — он ответил откровенным оскорблением, заявив, что младший Медведев явно не просто так защищает родственницу. Наверняка имеет с этого некие преференции… постельные! Чем же еще заниматься молодой вдовушке с деверем?

Ефим Александрович взьярился и на месте вызвал Валевского на дуэль. Тому дворянская честь и польская спесь не позволили отступить и принести извинения.

Дамы ахали и падали в обморок, Наталия Борисовна сжимала кулачки, сдерживая свою магию, но ничего изменить они были не в силах. Для офицера отказаться от дуэли значило покрыть себя несмываемым позором, а между тем дуэли — особенно магические были в то время строго-настрого запрещены императорским указом. Слишком много молодых дворян и офицеров гибло от лихости и глупости.

Тем не менее вызов был дан и принят.

Дуэль состоялась на рассвете, в глубокой тайне, в тихом уединенном месте — на Волковом поле, расположенном между Волковским кладбищем и магическими полигонами Особого отделения. Присутствовали секунданты, доктор и пара польских офицеров, из недавно расквартированного в Гатчине егерского полка.

Медведев убил Валевского, зная, что наказание его не минует. Не смотря на попытку сохранить секрет начальство узнало о дуэли и гибели офицера. Для начала Ефима Александровича посадили на гауптвахту, потом состоялся суд. Виновного понизили в должности, перевели ко двору герцога Ольденбургского и словно бы забыли в «вечных прапорщиках».

С такой репутацией Ефим Александрович не мог жениться на ровне — любой папенька немедля бы узнал о дуэли, убийстве и «метке» на карьере.

Дочери высокопоставленных офицеров безбожно этим пользовались — флиртовали с несчастным прапорщиком на балах, зная, что он никогда не осмелится сделать им предложение.

В общем Медведев стал в свете и офицерской среде этаким отрицательным примером того, к чему приводят дуэли. С одной стороны честь семьи конечно отстоял, другой — превратился в «вечного прапорщика» на побегушках у герцогини.

Мало кто знал, что на самом деле перед дуэлью Ефим Александрович получил от Особого отдела особое же предложение.

За убийство польского шпиона, провокатора и тайного агента бунтовщиков его семья получит все, что ей требуется. А сам Медведев станет «огородным пугалом» и… тайным агентом Особого отдела.

Оставшись по сути единственным дееспособным мужчиной в семье, Ефим Александрович взвесил все… и согласился. Дуэли все равно быть, честь он отстоит, а вот результат этой дуэли должен быть таким, чтобы ему не стыдно было смотреть в лицо родным.

Пистолет будущий «вечный прапорщик» заряжал с твердой уверенностью, что даже его смерть принесет родным пользу. Был готов умереть, но… победил.

Потом было то, о чем до сих пор вспоминать не хотелось — гауптвахта, сочувствие на лицах товарищей из полка, разжалование, вжатые в плечи головы бывших «друзей»…

Зато Наталья Борисовна вскоре пристроила сына в кадетский корпус, а сама приняла должность статс-дамы при дворе великой княгини.

Отца-генерала в отставке пригласили преподавать тактику в тот же самый корпус, и потерявший почти всех детей старик вновь обрел выправку и желание жить.

Матушка с радостью покинула наскучившее поместье и окунулась в светскую жизнь, ведь ей вдруг перепало небольшое наследство от дальней родственницы.

В общем вся семья была пристроена, а расплачивался за это Ефим Александрович. Уже почти пятнадцать лет расплачивался!

— Вы все знаете, ваша светлость, — еще раз выдохнул Медведев, глядя на генерала мрачно и одновременно торжественно. — Поэтому я прошу вас, ваша светлость, пойти навстречу обстоятельствам и просить мое начальство дозволить объявить о помолвке… Хотя бы фиктивно. Чтобы сберечь репутацию мадемуазель Пешковой!

Глава 3

Возле домиков Александра замедлила шаг, обдумывая, как поступить. Прямой разговор с госпожой Снипперс не поможет — та уже наточила зубы и… Вот это было как удар под дых! Учительница рукоделия, возбужденно сверкая глазами, шептала что-то на ухо горничной Софи Трубецкой!

Александра едва сдержалась от гневного крика! Эта камеристка уже доставила ей немало неприятностей, нашептывая девочке на ухо разные неприятные вещи, от которых Софи сначала плакала, потом стала замыкаться в себе.

Это заметила классная дама младшей группы — Колобкова, и пришла на разговор к директрисе. Саша тогда своей волей отстранила горничную от подопечной и перевела под неустанный присмотр Авдотьи Павловны.

Впрочем, в сдержанности Александры обнаружился большой плюс — дамочки сплетничали под навесом, и мадемуазель не видели. Саша же видела и слышала их хорошо.

Слушала и удивлялась.

Не зря говорят, что свой свояка видит издалека — две сплетницы нашли друг друга, и теперь одна жаловалась другой на директрису, а вторая убеждала ее написать жалобу герцогине и «кому повыше», ведь «сам государь-император» не оставит несчастных, затурканных злой «мамзелью» дамочек и спасет их от «произвола и бесстыдной наглости».

Александру же заинтересовал другой вопрос — что в связи с грядущими жалобами и обвинениями делать ей? Подать жалобу раньше? Просить об увольнении этих двух? Или… Мадемуазель Пешкова коварно усмехнулась. Был в ее первой жизни прием, которым опытные «старички» ставили на место зарвавшихся «новичков». Простое следование уставу! До последней буквы!

Обойдя навес с другой стороны, Александра отыскала Авдотью Павловну и Генриетту Карловну.