Мерцающий остров - Елена Владимировна Крыжановская

медлисам не чуждо чувство юмора, но сомневался, правильно ли понял реакцию. На всякий случай, поспешил задобрить приятеля проверенным ходом: «Иди на ручки».

Тришанций живо потопал вперед, ткнулся носом в колени друга, влез к нему на плечи. Устроился вместо воротника и расслабленно свесил лапы, словно спал на ветке дерева.

Наученный опытом, игрок показывал каждый стручок бу-каштана сначала медлису и, только когда тот одобрительно хрюкал, отправлял добычу в мешок.

35

— Эй, бродяга!

Гости прошли за воротами от силы двадцать шагов, как в спину полетел этот развязный оклик. Под забором отдыхал и пил темный эль потрепанный незнакомец безработно-бандитской наружности. Его костюм был так же сильно помят, как и лицо, и одинаково присыпан пылью. Нищенская внешность не вязалась с наглой ухмылкой и вызывающим тоном.

— Не тебя ли я помню по драке в Городе на празднике Цветов? День, третий ярус возле кафе… Было? Мы тогда, кажется, не всё выяснили? Каким ветром сюда? На поиски золотишка?

— Золотом не интересуюсь, — Верен равнодушно скользнул по нему взглядом, как по пустому забору. — Воспоминаниями проходимцев, тем более.

— Да брось, Бард… так, кажется, тебя звать? Впрочем, у таких, как ты, десятки имён. В этом мы, пожалуй, похожи. А что у тебя с голосом? Вроде, мне другой помнится.

— Или ты помнишь не меня? Нас в братстве много, — хрипло заметил Верен. — Я спешу. У тебя дело или просто язык чешется?

— Иди-иди, — проходимец уткнулся в кружку. Он был низкорослый и щуплый — никаких шансов задержать Верена силой. — Городок небольшой, ворота одни. Никуда не денешься…

Сын дороги всё-таки оглянулся:

— Угроза или пожелание? — с улыбкой спросил он через плечо.

— Мне нужна твоя голова, — прямо ответил бандит, в его глазах блеснула жадность. — Она дорого стоит!

— Здесь? — удивился Верен.

— Нет, за воротами.

— А, тогда жди. Если уверен, что не ошибся, можешь помечтать о несбыточном за ещё одной кружкой, — Верен щелчком бросил ему монету в десять грошей.

Проходимец не дернулся, чтобы поймать, серебряный кружочек упал в пыль у его ног. Дождался, пока бродяга и девушка уйдут, только тогда поднял монету. Оскорбительная плата. Угрозу принять за предупреждение!

— Кто это? — тревожно шепнула Аванта, когда они шли в сторону торговых рядов.

— Понятия не имею. Давняя встреча в столице, за меня кто-то даёт награду… Возможно, правда. Мало ли кто из моих врагов мечтает о новой встрече. Я предпочитаю забывать их.

— Он опасен?

— Непохож на шпика и по нему не скажешь, что проходимцы на хорошем счету у здешних властей. Надеюсь, это пустые слова. Он не пойдет за нами, не бойся. Пока всё не выпьет, не тронется с места. А у нас впереди много дел.

36

* * *

Торговые ряды в Юзефеле тянулись не вдоль центральной улицы, а по окраине. Так людям, идущим от горы с уловом, удобнее сразу оценивать находки. Верен спросил первого попавшегося торговца хлебом:

— Любезный, где у вас лучшая недорогая одежда? В каком ряду посуда? А приправы? Благодарю. Дай пять больших кругов, — он выбрал белые лепёшки с пряными семенами сверху. Их пекли в земляной печи. — Мм-м… ещё теплые, — Верен оторвал корочку с одной лепешки и поделился с Авантой. Заплатил не торгуясь, хлеб стоит всего десять серебряных грошей. Спрятав припасы в дорожный мешок, они с аппетитом жевали, пока шли к указанному ряду с одеждой.

— Два дорожных платья, — Верен указал пальцем на серо-зеленый наряд со шнурками спереди. — Два верхних, два нижних. Нижние, с паутиной.

— Ого, — удивился торговец. — У тебя, друг, большое сердце. Но я в счет братства не продаю. Два золотых!

— Ползолотого хватит, — невозмутимо сбросил Верен. — Я беру оптом.

— Ах, это не всё… Плащик? — услужливо предложил торговец. Не дожидаясь ответа, порылся в сундуке, достал клубок, что умещался в одной горсти. Серый клубок развернулся, став невесомым, как облачко, слегка переливающимся шелковым плащом с капюшоном. Верен придирчиво проверил ткань хамелеона.

— Прекрасное качество, не сомневайтесь! Полная маскировка, водо- и ветронепроницаемость. Где вы найдете такой всего за три?

— Один.

— Два! Я и так уступаю… себе в убыток.

— Он этого не заслуживает, верно? — шепнул Верен в сторону, имея в виду Шакли. — Беру.

Аванта прыснула в ладони. Торговец просиял.

— Ещё найдите дорожную куртку и штаны для верховой езды. Можно, неновые. Нет, не охотничьи, для франтов, из тонкого сукна. Черные или коричневые? Серые, с хорошими карманами. Куртку вот эту, рябую… Не промокает?

— Что вы, покрытие как на лучшей замше! Чуток поношенная, так ведь это говорит только в ее пользу — практичная вещь!

— Годится, — Верен выбрал единственную не кожаную куртку (кроме синих и серых рабочих), подходящую с его точки зрения для всех дорожных приключений. Куртка была сшита из разных кусков коричневого сукна, оттенков от светло-бежевого до шоколадного. Мягкая, легкая, с десятком явных и потайных карманов, на холодящей в жару подкладке, с водоотталкивающим напылением сверху на плечах и рукавах. Верен попросил ещё две дворянские рубашки, самые простые, и мягкие сапоги — мечту следопыта, светло-бежевые (дешевле, чем темные).

— Примерите?

— Не мне, — Верен достал из кармана вырезанный из широкого листа след, торговец подобрал нужный размер сапог.

— Ещё ползолотого за всё.

— Побойтесь Бога, два! — всплеснул руками торговец.

— Один. Или плащ не возьму.

— Ладно, берите, — поспешно согласился хозяин, не желая упускать такую удачу. Верен выбрал то из мужской одежды, что местные никогда не купят, а у чужаков, кроме дней больших ярмарок, нет сразу такой суммы на обновление дорожных костюмов.

— Два гроша сверху за вместительный дорожный мешок, — напоследок ещё раз порадовал торговца Верен. Все обновки он снова придирчиво рассмотрел по одной и аккуратно сложил в мешок.

— Удачи в дороге, — торговец проводил их с поклоном.

37

Верен спросил, где ряд недорогих украшений из местных камней, и они шли туда.

— А зачем Бабочке два платья? Если я правильно поняла, даже четыре? — спросила Аванта, когда они отошли подальше.

— Правильно поняла. Второе для тебя. У тебя обе юбки красные. Самостоятельная барышня, а в воротах Мерцающего