Возвращение к истокам - Андрей Сергеевич Минин

— Ладно. Это все конечно интересно и мы еще с тобой поговорим об этом, а пока приступай к выполнению своих обязанностей. Приберись тут.

— Выполняю, — соскочил со стола помощник и куда более резво чем раньше стал наводить порядок.

Поднявшись наверх я подождал пока мощная дверь закрывающая подвал встанет на место, и только после этого осознал что сейчас ночь. Заработался и пропустил ужин.

— Надеюсь… О, да.

Рогеда обо мне позаботилась и оставила порцию жаркого на сковороде. Нужно только подогреть, но я не стал себя утруждать и съел все так. Теплым. Все равно вкусно.

Чайник ставить тоже не хотелось. Развел в воде мед, опустил в кружку колечко лимона, хорошенько перемешал и выпил. Вытер «усы» и отставив грязную посуду в раковине на завтра, хотел уже присоединиться в спальне к Рогеде, но услышав через приоткрытое для проветривания окно злое кудахтанье с улицы и сменил маршрут. Вышел на крыльцо, сделав глубокий вдох пряного из-за цветения растений воздуха. Осмотрел двор — освещенную его часть и нет. Но ту в сером цвете и замер.

Поздняя весна. Тепло, конечно. Но… почему Титий голый!!! И зачем он держит над головой петуха и что-то орет, рассматривая небосклон усыпанный звездами⁈

Я подошел.

— Эй, Тит? Ты это… Эм, в порядке?

Он обернулся.

— Я понял этот мир, Кай. ВЕСЬ МИР.

— Э-э-э… Ну, молодец. Может, тогда отпустишь Задиру? Он же сейчас всех перебудит своими криками.

— КУКАРЕКУ!!! — Надрывался боевой петух.

— Это птица, Кай! Она должна летать! — Упрекнул меня друг, сделав пару шагов ко мне, на что я ответил парой шагов от него.

— Спокойно! — Поднял я руку в останавливающем жесте, стараясь его не спровоцировать.

Тития я не опасался. Просто он же голый! А если ему захочется меня обнять? Да даже ударить! Как-то это смущает. Еще это его странное поведение…

Глубокий вдох, хеморецепция и… Ну, конечно! Вино. Он пил! Ой, дурак…

— Тит, слушай.

— Нет, это ты меня послушай! — Перебил он меня. — Мир! Мне он совершенно понятен!

— Да я уже понял, — устало заверил я его. — Курицу отпусти, и пойдем в дом. Поспишь, и мир станет еще понятнее.

Он задумался.

— Хорошо. Я тебе верю.

Я помог ему добраться до постели, но проснувшаяся Ирга столкнула его на пол.

— Пьянь!

Досматривать чем закончится их ссора, я не стал. Ушел. Обнял Рогеду под одеялом и заснул.

Утро. Сквозь шторы пробился луч солнца и светит мне прямо в лицо. Я жмурюсь, но это не помогает, и я открываю глаза. Рогеда сопит мне в подмышку.

— Эй, ты спишь?

— Мы-ы-ы-пссс-с-с-с, — отвечает она чем-то невразумительным.

Прибегнув к надежному способу — не подводившему меня ни сейчас, ни раньше — я ее разбудил, но в постели мы подзадержались…

— Ты поганец! — Упрекнула меня девушка, пытаясь отдышаться.

— Почему это?

— Смотри! — Показала она мне частично порванное белье, что было одето на нее до моей побудки.

— Ну, извини. Я компенсирую, — начал я ее целовать, надеясь на ответные чувства, но она меня оттолкнула.

— Ой, все! Я устала и пропотела. Иду в купальню. Буду отмокать. В одиночестве! — Показала она мне кулак, заметив, куда я смотрю и, собрав то что осталось от ее белья закуталась в халат и ушла.

— Надо тоже вставать, — сказал я себе.

Чужеблуда за порогом не было. Укатился куда-то. Придется искать, а то он повадился пугать людей.

Отыскал его идя на визг.

— «Хе-хе. Доброе утро, хозяин», — сказал он мне восседая на пышном заду замершей на полу девушки приходящей работать в дом и помогающей в оранжерее и цехе по производству душистой воды.

— Ты в порядке? — Помог я ей подняться и отряхнуться.

— Он выскочил из-за угла прямо мне в ноги, и я упала, — указала она дрожащим пальцем на скалящийся череп. — А встать боялась. Он запрыгнул мне на спину!

— Это оберег, он безобидный, — заверил я девушку, и она шмыгнув носом поблагодарила меня и убежала.

Чужеблуду я говорить ничего не стал. Его не исправить. Не кусается и ладно.

— «Расщеколда, туды-сюды», — проскрипел он ей на прощание, вечно забывая что слышу его лишь я.

Титий и Ирга завтракали в одиночестве (солдат уже уматывает на плацу перед домом сержант), и я к ним присоединился.

— Утро! — Бодро поприветствовал я их.

— Утречка, — лениво взмахнула рукой девушка.

— Все в порядке? — Спросил я у промолчавшего друга.

Ирга фыркнула.

— Да. Извини, Кай, — встретился он со мной взглядом и поморщился. — Навалилось что-то. Эта деревня. Заклятые дома мимо которых мы ходим каждый день ощущая злобное дыхание ни живых и ни мертвых ведьм. Мелкие заботы в которых вязнешь словно в болоте. Это все затягивает. Душит! — Показал он на себе, в действительности придушив себя руками. — Не сдержался. Разбирал вчера жалобу. Одна бабка обвинила другую в том что та ведьма и огуречная рассада на ее огороде пожухла из-за нее, а раз это по магической части, староста скинул это на нас… вот я и… Эх, — махнул он рукой. — Пригласили посидеть. Отдохнуть. Не утерпел. Выпил.

Я промолчал. Незачем на него давить. Понимаю в чем тут дело. Главную причину своего дурного настроения он так и не назвал. Магия. Я все еще никак им не помог. Та же Рогеда сделала значительный скачок вперед и на днях собирается вызвать Шторм, а они мало того что застряли на месте, так еще и деградируют. Магия начинает слушаться хуже. Резерв почти незаметно уменьшается, и даже руны начинают усыхать и забываться.

Ирга перестала сверлить злым взглядом Тития и обратилась ко мне.

— Ты говорил что нащупал путь к решению нашей проблемы и уже близок… И как? — Спросила она с надеждой.

— Скоро. Нужно потерпеть.

Она сморщилась. Своим скоро я кормлю их уже не одну неделю. Они мне уже не верят (запах), но я не собираюсь объяснять им в чем тут дело. Лучше не знать.

Я не врал. Решение их проблемы все ближе.

— «Ведь так, Чужеблуд?» — Погладил я рукой череп, чувствуя как внутри него ворочается что-то злобненькое.

— «Ближе чем вчера…» — Подтвердил он своим скрипом-голосом.

Спустившись в подвал и пожелав доброго