Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

Голова казалась тяжеловатой, но я быстро вспомнила все, что случилось ночью. Я потерпела неудачу, это стоило признать честно. Но все-таки я выкрутилась из неловкой ситуации и не попала в положение совсем уж отвергнутой. Можно было представить дело и так, что я сама не захотела спать с этим дураком Костей и деликатно выставила его из квартиры. Можно-то можно, но уж себя обманывать не стоило.

Впрочем, я не из тех, кто сразу сдается. Если уж и разработанный мною планчик сорвется, тогда придется отказываться от дальнейших попыток укротить холостяка-соседа. Но пока будем брать быка за рога.

Я подскочила с постели, приняла душ, нанесла самый скромный макияж, натянула джинсы и футболку и пошла наверх.

Он открыл дверь с сигаретой в зубах, рукава рубашки были закатаны. Я не стала спрашивать разрешения войти и, бросив «Привет!», протиснулась между ним и косяком. Главное — не останавливаться и не медлить. Он еще ничего не сообразил, а я уже была в комнате.

— У меня к тебе дело, Костя!

Он вошел следом за мной.

— Может быть, попозже? Я сейчас занят.

Так я ему и поверила! Дверь-то он закрыл на замок, значит, все эти реплики — пустые отговорки и выпроваживать меня сразу он не собирается. Я упала в кресло.

— Костя! У меня горе!

— Вот как?

— Тебе что, даже не интересно, что случилось?

— То же, что и ночью?

Он протянул мне сигареты и дал прикурить.

— Какой ты бесчувственный!

— И буду таким еще часов пять. Меня работа ждет.

— Курить у тебя время есть, а помочь…

Я на всякий случай хлюпнула носом, хотя ночной эпизод все-таки меня смущал — как бы не перегнуть палку со слезами и несчастьями. Можно показаться истеричной дурой. Худший вариант!

— Мне очень интересно, что у тебя случилось, — без всякого интереса сказал он.

— Если бы ты не был профессиональным фотографом, я бы к тебе со своим горем не пришла бы, не думай!

— Я и не думаю.

Я почти победно кинула на столик фотоаппарат — подарок предыдущего кавалера. Это была одна из двух моих «мыльниц», в принципе не самая дорогая на свете, поэтому накануне мне было совершенно не жалко портить конструкцию.

— Он сломался!

Костя весьма противно усмехнулся.

— И что?

— Ты не понимаешь, Костя!

— Денег на починку нет? Могу одолжить.

— Эх, Костя, Костя… Я была вчера на концерте моего любимого Саши Б., хотела его сфотографировать, а он (я очень выразительно махнула рукой в сторону искалеченной мной техники) сломался!

— Есть же другие фотографии: в газетах, журналах, плакаты, наконец… — ни к селу ни к городу сказал Костя. Мне не понравилось, что он это сказал.

— Это другое. Я была совсем рядом с ним, вплотную, а аппарат не сработал. А Вика сняла его на Polaroid, и Саша даже расписался на снимке.

— Мне очень жаль, что так вышло, Мара, но фотоаппарат лучше отнести в мастерскую. Я не умею их чинить.

— А они починят только через три дня, не раньше.

— Ну и что?

— Так сегодня последний концерт Саши в нашем городе! Я не успею.

Я почему-то чувствовала себя так глупо, что глаза сами собой наполнились слезами. Ну что он за пень такой? Неужели до него еще не дошло, что мне нужно? А если дошло, но он просто не хочет продолжать со мной знакомство? Но почему? Потусовались бы да и все. Вышло бы чего-нибудь — хорошо, не вышло — и ладно. Чего он так сопротивляется?

— Хорошо, я посмотрю.

Он совершенно серьезно взял фотоаппарат в руки. Неужели и правда собрался его чинить? Полный привет!

— Ничего не поделаешь, — сказал Костя, — не могу починить, тут нужен специалист. Я же только кнопки нажимаю.

Я поджала под себя коленки и задумалась — продолжать, не продолжать. Вдруг он спросил:

— Хочешь кофе?

— Хочу.

— Сейчас сделаю.

Он пошел на кухню, а я соскочила с кресла и стала рассматривать фотографии, развешанные по стенам. Их было довольно много, и некоторые очень интересные. Особенно спортивные — фотограф зацепил такие классные моменты, которые по телевизору не разглядишь. Один со штангой так прямо упал — напрягался, бедненький, не по Сеньке шапка…

Я спиной почувствовала, что Костя уже вошел и смотрит мне в затылок.

— Это все твои?

— Да, те, что на конкурсах побеждали.

— Я вот что придумала: у тебя же, Костя, здесь целая фотолаборатория?

— Почти.

— Дай мне, пожалуйста, какой-нибудь свой фотоаппарат на сегодняшний вечер, а? У тебя же их, наверное, много?

— Всего два.

— Вот и отлично!

— Извини, Мара, дать тебе аппарат я не могу.

— Почему?

— Это мой хлеб с маслом. К тому же у меня не «мыльницы», а профессиональные камеры, ты с ними не справишься.

— Справлюсь. Я умею.

— Ни фига ты не умеешь, только капризничать.

Ого! Он стал раздражаться. Фотоаппарат не даст, это уже ясно. Подумаешь, ценность — фотоаппарат. Может, он просто жадный? Это неприятное открытие. Жадин я не люблю. Мужик должен быть щедрый. Широта души украшает самого плюгавого и лысого. А уж Косте она бы просто добавила еще несколько плюсов. Ладно, переменим неприятную тему. Улыбочка…

— Покажи мне свою фотолабораторию.

— Пожалуйста.

Я пошла в ванную и остановилась на пороге. Надо было что-то сказать.

— Как здесь красиво!

На самом деле ничего особенно красивого я не увидела. Хотя над обыкновенной ванной комнатой явно потрудились. Во-первых, он расширил ее за счет единственной жилой комнаты, во-вторых, напичкал какими-то прибамбасами. Но если именно это позволяет ему так хорошо зарабатывать, пусть расширяет и напичкивает. Я не против.

На веревочке были развешаны фотографии. Я прошлась по ним взглядом и вдруг меня что-то как стукнуло — на нескольких я увидела не кого-нибудь, а именно Сашу Б., того самого дурака-певца, которого я вплела в свою легенду. Надо срочно отреагировать, а то Костя может удивиться.

— Ах, не может быть, какой сюрприз! Ты снимал Сашу?

— Склероз…

Костя повел себя довольно невежливо, он взял меня за руку и попытался вывести из ванной. Но я решила играть роль фанатки до конца и вывернулась.

— Где это? Что за люди?

— Не трогай руками, пожалуйста!

Кажется, в голосе прозвучало раздражение.

— Можно, я возьму? Всего одну?

— Нельзя, это не мои фотографии.

— А чьи? Эти фото не с концерта. У кого в гостях был Саша Б.? Давай, я поговорю с хозяином, и он мне не откажет.

— Откажет.

— Ну почему? Я хочу вот эту. — Я наугад ткнула пальцем.

— Это невозможно!

Он начинает здорово злиться. Интересно, почему? Но и я стала входить в азарт.