В стране врагов - Джеймс Уиллард Шульц

бежал быстро, как смогу. Я так и сделал, и вот те на! веревки натянулись, обе полоски кожи на плечах порвались, и я упал на землю и умер. И, когда я снова ожил, оказалось, что я лежу на своей лежанке в вигваме Головы Выдры, и Женщина-Копьё смазывает мои раны жиром из костного мозга.

Так я выполнил обещание, данное Ходящему В Синеве.

Когда мои священные раны зажили и я смог снова одевать рубашку, я присоединился к Чёрному Вапити и Одинокой Антилопе на охоте и помогал им следить за лошадьми, а когда мяса у нас было в достатке, я посещал Утреннего Орла, чтобы поговорить с ним о разных вещах на моем языке. он много мне рассказал о далеких тропах на юге и востоке, где ходило его племя, и где оно никогда больше не пройдет из-за того, что теперь эти земли заняты белыми, число которых постоянно растет. И каждый раз он заканчивал свой рассказ фразой:

– Если мы сейчас потеряем эту часть нашей некогда бескрайней земли бизонов, нам придет конец – Пятнистым Людям и Разделённым Волосам!

Я очень хотел увидеть форт, который построили белые солдаты, хотя бы издалека, посмотреть, что они делают, и я не раз упрашивал Утреннего Орла взять меня туда. Он неизменно отвечал:

– Ты увидишь белых солдат и поможешь нам сразиться с ними, когда прибудут Разделённые Волосы.

Мы с Чёрным Вапити много раз говорили о предстоящей битве, и наконец решили так: мы обязательно её увидим, но сами участия в ней принимать не будем, если только белые солдаты сами на нас не нападут. Мы составили и другой план на будущее: как только битва закончится, мы вернемся к своему народу. Голова Выдры, его жёны, Утренний Орёл и другие обитатели двух лагерей очень хорошие люди, очень добры к нам, и мы не должны причинять им горя, поэтому мы уйдем только на своих лошадях.

Глава Х

Шкура белой бизонихи

Племена Разделённых Волос жили где-то у Большой реки, ниже устья реки Вапити. Они постоянно слали к нам гонцов, чтобы сказать Пятнистым Людям и южным Большим Животам, чтобы те набрались терпения и ждали их, и что они продолжают охотиться, чтобы приобрести больше ружей и боеприпасов, нужных для предстоящего сражения с белыми солдатами. Дни шли за днями, складываясь в месяцы, а они всё не приходили; некоторые из молодых воинов двух наших племен потеряли терпение и, не слушаясь приказов вождей, несколько раз уходили в набеги и убили нескольких солдат, которых застали врасплох вдали от форта. Мы с Чёрным Вапити тоже теряли терпение, ожидая прибытия Разделённых Волос; мы несколько раз строили планы о том, как нам вернуться к своим, но всегда решали немного подождать, чтобы всё же увидеть большое сражение с белыми. Не раз за время этого долгого ожидания наши два лагеря перебирались на другие охотничьи угодья, и наконец, когда уже настала зима, мы встали на Грязном ручье[35], недалеко от того самого оврага, окруженного утесами, в котором мы с Чёрным Вапити нашли убежище от Змей.

Там, в один из довольно теплых дней, и появились Разделённые Волосы, и новости, которые они принесли, привели оба наших лагеря в большое возбуждение: три их племени стоят на реке Языка и ожидают нашего прибытия, чтобы, соединившись, пойти и сразиться с белыми солдатами. Гонец прибыл к концу дня, и, поев, пустился в обратный путь, чтобы известить своих о том, что мы присоединимся к ним так быстро, как сможем. Настала ночь, когда мы выступили к реке Языка. В отряде были почти все воины из двух лагерей и много женщин. Женщина-Копьё и Добрая Певица сопровождали Голову Выдры, чтобы увидеть сражение и сделать для нас всё, что можно. Мы двигались всю ночь, лишь раз сделав короткую остановку, и еще до полудня следующего дня увидели большой лагерь трех племен Разделённых Волос. Его размер поразил меня: людей там было множество, не меньше, чем в трех племенах моего народа, и это были только три их племени; какой же многочисленный это народ, подумал я.

Словно бросаясь в сражение, мы налетели на большой лагерь, и после того, как старые друзья встретились и обменялись приветствиями, наши вожди велели нам пройти ниже по реке и там поставить наш лагерь. Потом, когда вожди посоветовались и решили, что делать, Пятнистые Люди и южные Большие Животы одели свои военные одежды, сели на лошадей и, распевая военные песни, дважды объехали лагерь Разделённых Волос.

На следующее утро лагерь был снят, и все двинулись вверх по течению реки Языка, к устью небольшого ручья, впадающего в нее, который, как сказал мне Утренний Орёл, назывался ручьем Где Не Останавливаются Вороны. Пока мы туда двигались, я обратил внимание на нечто, сильно удивившее меня: несмотря на все старания и охоты, ружей у Разделённых Волос было мало. По сравнению с моими соплеменниками они были бедными -девять человек из десяти были вооружены только луками и стрелами. Я сказал об этом Утреннему Орлу, и он объяснил мне, что там, где они живут, мало пушного зверя, и у белых торговцев мало ружей для продажи.

На следующее утро, совсем рано, все мужчины облачились в военные костюмы и представляли собой прекрасное зрелище, особенно Разделённые Волосы в своих великолепных головных уборах, которые спускались до самых пят и развевались во время скачки. Оставив лагерь и нескольких оставшихся в нем женщин, мы двинулись вверх по ручью, потом по его правому руслу, остановившись на плоской равнине у подножия крутого хребта, разделявшего притоки реки Языка и ручья Сладкой Сосны, впадающего в Пороховую реку. У другого конца хребта, как сказал мне Утренний Орёл, в долине ручья Сладкой Сосны, стоял форт с солдатами. Там, на равнине, Разделённые Волосы выстроились в линию; Большие Животы были справа от них, Пятнистые Люди слева. Утренний Орёл покинул свой отряд и присоединился к Голове Выдры, Чёрному Вапити и мне среди Пятнистых Людей. Потом из линии Разделённых Волос выехал столь странный человек, что я вскрикнул от удивления, увидев его; он носил женское платья, его голова была повязана куском кожи, выкрашенной в черный цвет, а из оружия он не имел даже ножа. Это был, как сказал мне Утренний Орел, самый сильный жрец Солнца среди всех племен Разделённых Волос, и был он, как мне сказали, наполовину мужчиной и наполовину женщиной.

Странно выглядевший шаман поднялся на хребет и скрылся в наших