Ловчая - Гульнара Черепашка

— И я вас рад видеть, графиня, — ощерился барон, останавливаясь перед ней.

Протянул руку к ее подбородку — и Сабина попыталась цапнуть его зубами. Нелепо, само собой. Но трепыхаться пока было неохота — хотелось поглядеть, что эти трое станут делать.

С удивлением отметила, что страха нет. Может быть, и зря?

Не то, чтобы она считала, что в силах справиться с троицей распоясавшихся наглецов. Но вели они себя самонадеянно — явно недооценивали ее. Тот, что ухватил ее, держал небрежно — вывернуться ничего не стоило, если действовать резко. К тому же она во дворце, а не в лесу и не на пустынной дороге. Коридор безлюден — но совсем рядом слуги и стража, в комнатах — другие гости. Достаточно поднять шум. И это вселяло уверенность — хоть, может, и не слишком обоснованную.

— Попалась птичка, — пропел довольный Сольмс, убирая руку.

С минуту разглядывал ее с ухмылкой. Потом отступил на шаг и кивнул приятелю. Тот пихнул Сабину прямо ему в руки.

Ах так! В мяч решили поиграть. Ею. Барон хотел было перекинуть ее третьему в компании — но она вцепилась в него мертвой хваткой. Попыталась сделать подсечку, свалить на пол — не удалось. Он прижал ее к стене.

Сабина пнула по ноге — впечатления это не произвело.

— Да брось, чего ты недотрогу из себя корчишь! — рассмеялся Сольмс. — Я же слышал — по казармам и бивакам год таскалась, ошивалась среди солдат.

— И солдаты всё это время вели себя куда более прилично, чем вы сейчас! — процедила она.

— Ой, умора, — покатился он. — Эта девка будет мне рассказывать о приличиях! Смешно, — он помрачнел. — Прекращай кочевряжиться, — приказал резко. — Я привык получать свое — и в этот раз получу! — он вцепился в ее плечи сильнее, притиснул к стене и навалился.

Свое? — изумилась Сабина мысленно. Это кто ж ему сказал, что здесь у него есть что-то свое… она вытянула из ножен на его поясе кинжал с неудобной, слишком часто усаженной камнями рукоятью. А по лицу сама собой расплылась улыбка.

— Ага, нравится ведь, — ухмыльнулся он.

— Еще как, — подтвердила девушка. — Такого ножика среди моих трофеев еще не было!

Рот барона округлился — услышанное обескуражило его. Переспросить он не успел. Сабина как следует вломила ему рукоятью снизу под ребра, заставив взвыть.

— Отпусти, иначе следующий будет острием!

Однако барон и сам, побелев, отступил на шаг. Глаза широко раскрылись, лицо перекосил страх. Он схватился за поврежденный бок и уставился на свою ладонь.

Слабак! Решил, что она его первым же ударом порезала, ждал увидеть кровь? До чего нервным надо быть, чтоб несчастный ушиб спутать со смертельным ранением!

Сабина шагнула вперед — и он отступил еще на пару шагов.

Боится, хорошо. В душе всколыхнулась злость. Она перехватила кинжал, стремительно полоснула прямо перед его лицом, заставив уже просто шарахнуться назад.

Может, оставить на память метку на лице? — мелькнула хищная мысль.

А что: она была испугана, защищалась. Прекрасное оправдание! Ну, что ей грозит? Он сам напал на нее — она ни при чем.

Она скорее угадала движение воздуха за спиной, чем заметила что-то. Легкий шаг в сторону, разворот — и один из наглецов с глухим возгласом завалился прямо на Сольмса. Тот едва успел отскочить в сторону. Нет, метка на его лице решительно будет уместна! Сабина прыгнула вперед, метя в лоб. От первой пары ударов он увернулся, выхватил шпагу. Это уже становилось любопытным.

Сабина одним движением подоткнула мешающуюся юбку. Дурацкая мода! Ладно еще, платье