Друзья времён моей индейской жизни - Джеймс Уиллард Шульц

подул сильный и теплый Чёрный Ветер[22], который растопил снег везде, кроме глубоких оврагов и восточных склонов холмов. Мою мать тогда позвали на пир и совет в вигвам Летящей Женщины, которая тогда владела Бизоньим Камнем, и, когда все закончилось, она вернулась к нам в таком возбуждении, что с трудом могла говорить.

– Какое счастье! – воскликнула она, как только смогла говорить. – Это будет! Совет вождей обещал Летящей Женщине, что она призовёт бизонов, используя ловушку, которая прямо тут, над нами!

– Ха! Хорошо! – сказал мой отец, и мы, дети, захлопали в ладоши и пришли в ещё большее возбуждение, чем наша мать, ведь мы должны были увидеть то, что боялись не увидеть никогда – бизонов, падающих с утеса. И когда мы начали говорить об этом и спрашивать, когда же это состоится, то услышали, как лагерный глашатай обходит лагерь и повторяет раз за разом, чтобы все могли его услышать:

– Слушайте! Слушайте, люди! Летящая Женщина должна заманить бизонов в ловушку над нами! Так сказал совет вождей. Вас, мужчин, предупреждают не охотиться на северном берегу реки и после сегодняшнего вечера не пасти там своих лошадей. Мужчины, женщины и дети завтра должны восстановить ограду у подножия утеса.

Друзья, в тот вечер всех охватило большое волнение, все ожидали большой радости для всего лагеря пикуни. В каждом вигваме женщины и дети говорили о замечательной новости, сообщенной лагерным глашатаем, и даже мужчины, собравшись говорили только об этом. Я помню, что был так возбуждён, что почти не спал, проснулся и разёел огонь в вигваме с первыми лучами нового дня. Во всех вигвамах женщины готовили ранний завтрак, потом все вышли в лес напротив подножия утеса и стали таскать оттуда материалы для ограды – стволы, ветки, даже кору с мертвых деревьев. Мы восстановили старую ограду, которая за долгое время, пока ей не пользовались, сгнила и рассыпалась в пыль, и сделали её высокой и крепкой, и работали мы так усердно, что закончили всё делать задолго до наступления ночи. Насколько я помню, в поперечнике от одной стены до другой она была в сто шагов, а от подножия утеса до обращенной к реке стороны – примерно семьдесят шагов. Все очень устали, когда пришло время возвращаться в лагерь.

Тем вечером Летящая Женщина вызвала молодых людей, которые должны были наблюдать за появлением бизонов там, где заканчивались стены; все эти юноши, разумеется, уже ходили в походы на врагов и считали свои ку; а в зазыватели она выбрала как вы думаете кого? Никого иного, как Чёрного Орла, деда сына Апикуни, Одинокого Волка! Он был могучим воином. Тем вечером, как и каждый следующий, вместе с тремя помощницами, одной из которых была моя мать, Летящая Женщина обучала его церемониям с Бизоньим Камнем и молилась камню и Солнцу, прося у них успеха в её делах. Всё это время в лагере было очень тихо, потому что все слушали молитвы и песни Бизоньего Камня, и все, даже дети, молились о том, чтобы большое стадо бизонов скорее было заманено в ловушку и сброшено с утёса. Летящая Женщина постилась – она не пила и не ела с того времени, как Солнце взойдёт утром и до того, как вечером оно уйдёт в свой вигвам, и так же делали моя мать и еще две ее помощницы, И каждый вечер, во время церемоний, Летящая Женщина заставляла зазывателя, Чёрного Орла, сидеть рядом с ней, пока она разрисовывала его лицо, волосы и руки священной красной краской, давала ему подержать священный Бизоний Камень и молилась ему, чтобы он получил силу, которая позволит ему заманить стадо в ловушку и сбросит его с утеса.

Почти каждый день наблюдатели поднимались на утёс и докладывали, что стада бизонов пасутся на северной равнине, но они постоянно перемещаются или отдыхают к востоку или западу от стен. Мы с братьями и сестрами хотели, когда придет время, помочь пугать бизонов, загоняя их к утёсу, но отец сказал, что это очень опасно, и не позволил нам этого. Он сказал, что стадо бизонов может прорваться через одну из стен вместо того, чтобы бежать к утесу, и в ярости затоптать много людей. Но он обещал нам, что мы увидим, как зазывают бизонов, и увидим, как они падают с утёса.

Однажды вечером, когда Солнце ушло в свой вигвам, оно нарисовало себя[23], и мудрецы, увидев это, сказали, что этот знак предвещает большое кровопролитие – может быть, нападение врагов, а может, обильную добычу, много бизонов. Следующее утро было холодным и безветренным, и наблюдатели, поднявшиеся на утёс, увидели, что один из них бежит к Летящей Женщине, чтобы сказать ей, что большое стадо отдыхает как раз к северу от входа в ловушку. Она сразу послала лагерного глашатая сообщить хорошую новость и позвала в свой вигвам Чёрного Орла, чтобы разрисовать его священной красной краской и в последний раз помолиться о его безопасности и успехе, и, пока она всё это делала, люди, которые должны были спрятаться за стенами, поднимались по восточному склону утеса и расходились по своим местам. Как он и обещал, отец повел нас вверх по склону до того места, откуда мы, подняв голову, могли увидеть бизонов: их было множество, они держались близко друг к другу и отдыхали – некоторые лежали на склоне хребта, спускавшегося на равнину, некоторые в стороне от них, ближе к устью ловушки. Взошло солнце, когда мы оказались на вершине утеса; оно снова нарисовало себя. Воздух был наполнен кристалликами льда, сверкавшими и медленно ползущими на юг, от бизонов по направлению к нам. Видимые сквозь это сияние бизоны казались вдвое крупнее и вдвое ближе к нам, чем это было на самом деле. Оглянувшись назад, в сторону лагеря, мы увидели Чёрного Орла, поднимавшегося по склону – шёл он медленно.

Когда он проходил мимо нас, отец сказал ему:

– Будет ли успешным то, что мы собираемся делать?

– Сейчас мне пришло время начать священное зазывание бизонов, и я боюсь, что не обладаю достаточной для этого силой Солнца. Молитесь за меня, ты и твои дети, и просите Солнце помочь мне, – ответил он.

– Будем! – воскликнули мы. – Мы очень усердно будем за тебя молиться, – крикнули мы, и так и поступили.

А наш старший брат, Пискан, сказал нашему отцу:

– Как он хмурит лоб! Какой у него печальный и беспокойный взгляд!

– Да. На нем лежит тяжёлый груз – безопасность всех этих людей, – ответил отец.

Посмотрев в ту